На кого работают наши медиа?

Сегодня каждому человеку нужны какие-то ориентиры и маркеры, какие-то путеводные нити и маяки. Ему необходимо четкое понимание того, что происходит и перспективы. На удивление, но именно это совершенно и непонятно.

Информация из публичных источников поступает настолько противоречивая, что собрать все в единую концепцию абсолютно невозможно. Какие-либо концепции не проходят проверку логикой. При попытке логически обосновать ту или иную концепцию на определенном шаге происходит сбой и все рассыпается.

С другой стороны, аналитикой занимаются далеко не все. Большинству нужна просто поддержка и разъяснения, что происходит. С последним, как мы уже выяснили, сложно. И ещё более усложняется попытка понять, что происходит, из-за ощущения, что в мире сейчас действует принцип запутывания. Политики и государства ведут себя крайне нелинейно и разные официальные лица в одном и том же государстве могут говорить разное. Да что там разные лица... Одно и тоже лицо может сказать одно, а через час совершенно противоположное.

Помимо этого, рассказывать о том, что происходит, может быть невыгодно и из стратегических соображений. Это как раз понятно, ведь услышать это могут и враги, и конкуренты, и партнеры. Но тогда остаётся поддержка. И здесь возникают вопросы к СМИ и медиа.

Вот вроде бы, медиа и СМИ должны формировать у общества какой-то позитивный настрой или хотя бы говорить о необходимости терпеть какие-то трудности, потому что государство и общество, страна, решают большую историческую задачу. Но вместо этого наши медиа выливают вслед за нашими киношниками на головы людей тонны негатива, начиная с самого утра.

Повестка, которую мы видим в медиа, и в особенности, в Интернет-среде, это какая-то негативная повестка, которая ведет к росту тревожности и пессимизму. К телевидению тоже есть такие же вопросы. Иногда смотришь новости и просто непонятно, для чего это делается и кем. На кого они, эти медиа, вообще, работают?

Иногда кажется, что между государством и медиа вообще нет никакой согласованности. Государство решает свои задачи, а медиа изображают отстраненность и незаинтересованность, некую дистанцированность. Вот только почему-то такая "отстраненность" рисует однобокую картину.

В дайджестах показывают, в основном, западные СМИ, которые пугают Россию и русских агрессивными заявлениями и планами. Также собирают по России самые плохие и негативные новости, акцентируя внимание на проблемах, существующих и грядущих. А об успехах говорят вскользь или вообще не говорят.

Не сходят с российских телеэкранов Трампы, Макроны, Мерцы и прочие типы из западной тусовки. Кто что сказал, куда посмотрел, кого потрогал.

Медийные личности, эксперты и прочие "говорящие головы" анализируют таким образом, чтобы почему-то оставить США за рамками конфликта на Украине. Если удары, то по Украине или Европе, уж на крайний случай, но и то, лучше не сейчас, а потом. А то и, вообще, лучше договориться. Любые попытки вернуть США в повестку дня забалтываются, прерываются и профанируются. Не надо, дескать, говорить о какой-то фантастике. Или со снисходительной улыбкой рассказывают, что это невозможно.

Или начинают рассказывать о первичности экономики и денег. А поскольку в США печатный станок и экономика, то... и опять снисходительная улыбочка. И у них там планы и все такое, а у нас... и опять снисходительная улыбочка. Все это весьма странно.

И вот тот же Трамп, на которого многие молятся и так постоянно цитируют, постоянно говорит, что всё у них там прекрасно и замечательно. И всё у них хорошо, а они властелины мира. Тот же Пит Хегсет, бывший политический комментатор телеканала Fox News, а ныне Министр обороны, то есть, войны США, рассказывает, какие они сильные и всё решают "на раз".

Если наши медиа так любят говорить про Америку, наверное, даже в пример ее приводят, так можно же взять в пример их любовь к своей стране и патриотизм. Или это другое?

В общем, ситуация с нашими медиа и СМИ очень странная. Неоднозначная. И в этой сфере тоже неплохо было бы навести порядок, независимо от того, предательство это или непрофессионализм.