Два билета в Тулузу. Глава 18 Обними меня, Париж!

Глава 18 Обними меня, Париж!

1

Кто что везёт во Францию, и часто это очень странные вещи. Мне даже как-то передавали для одной студентки «яблоки с дачи». Я обычно тащу с собой чай и зубную пасту — всё это здесь есть, но, видите ли, не такое.

2

Как всегда после поездок в Москву, я забыла пин-код своей французской кредитки. Начала вспоминать, но вместо пин-кода совершенно некстати вспомнился код подъезда дома, где я жила несколько лет назад — 3508.

Не задушишь, не убьёшь.

После этого надежда вспомнить собственный пин-код стала совсем призрачной, потому что в голове постоянно вертелись эти 3508 из прошлой жизни. Сборы мои прошли в таком анабиозе, что в Париже я открыла чемодан и долго думала. Но думать надо было раньше, сейчас — надо выйти на улицу и попытаться прожить этот один день.

Кто бы мог подумать, что я дойду до состояния, когда приезд в Париж приравнивается к катастрофе. В самолёте я даже не молилась, потому что мне не хотелось, чтобы он сел. Но даже в своём безумии я признаю: я должна быть сейчас именно там, где я есть, пусть я даже и не понимаю зачем.

3

Руан всего в полутора часах езды от Парижа, и здесь очень классно, и хочется приезжать ещё и смотреть на собор и на полосатые домики. В французских храмах под частную молитву обычно отведён лишь небольшой придел, остальное — для туристов. В Руанском соборе в приделе сидел старичок времён высадки союзников и шёпотом что-то рассказывал Богу. Я постояла сзади, вспомнила «год назад», поплакала и записала свои соображения в тетрадь, озаглавленную «Бог вас обязательно услышит».

Церковь на месте сожжения Жанны д’Арк напоминает языки пламени. Я посидела и там, а потом пошла по улочке к старым часам. В домике с коломбажем XVI века застенчиво притаился «Макдоналдс».

В этот момент мне позвонила мама и сообщила, что намерена взломать дверь и проникнуть в мою квартиру. Это омрачило мою прогулку, но передо мной снова высился фасад Руанского собора, на фоне которого ничто не имеет значения.

4

Завтра ехать в Лион, и это волнительно, потому что увижусь с друзьями из Нанси, с которыми не виделись уже лет восемь.

— А вдруг они увидят, что я стала старая и некрасивая, и их это шокирует?
— Не шокирует, мы их предупредили.

Наверное, Нанси был самым счастливым годом моей жизни. Жаль только, что это обнаруживается только спустя столько времени.

5

Я притащилась в Тулузу к началу семинаров, а их взяли да и перенесли.

Это значит, что мне можно было бы ещё целых две недели побыть в Москве и разрешить вопрос с заменой окон в рамках капремонта, который, конечно же, неожиданно грянул именно в день моего отъезда.

Узнав, что семинары перенесли, я так загрузилась окнами, что чуть было не отправилась брать билет обратно в Москву. В итоге мой мозг перегрелся до того, что я пропустила важное совещание и теперь мучаюсь чувством вины.

Соседи в Москве названивали моей маме, мама обзвонилась мне во Францию и угрожала сломать дверь в мою квартиру. У Никиты через неделю защита — а у меня вот нет.

И даже к нему не прийти, потому что «я никогда его не понимала».
А теперь его «понимает» другая.

Всё это я гоняю до бесконечности в голове, какая тут учёба.
Меж тем в Тулузе +30!

6

В маркетинге есть такое понятие, как «посол бренда»: некоторые люди, сами того не подозревая, своим поведением способствуют всплеску интереса к различным успокоительным препаратам и антидепрессантам, стимулируя бизнес фармацевтических компаний. В моём случае — точно.

7

В «Фейсбуке» меня добавила моя экс-рецензент. Этим летом она уверяла, что я первый кандидат на защиту, а потом завалила мою предзащиту. Она, видимо, до сих пор искренне считает, что прокатиться в Москву просто ради того, чтобы услышать, что «предзащита отменена», мне было раз плюнуть. Я редко испытываю гнев, но, вспоминая о ней...

8

Мои французские друзья развеселили меня тем, что посыпали голову пеплом в связи с тем, что их дочка в пятнадцать месяцев не ходит: они звонили педиатру, няне и даже социальному работнику и без конца муссировали эту тему.

Но они за те четыре дня, что я была у них, ни разу не попытались просто водить малышку за ручку. При этом ребёнок уверенно вставал и цеплялся за все поверхности.

Мы с ней прошли, пока были за городом, наверное, метров по двести каждый день — она старательно вышагивала и не просилась на ручки, и видно было, что ей нравится.

9

Ещё меня глубоко поразило, что, когда мы приехали в гостиницу, мои друзья решили искупать ребёнка, который к тому же кашлял — и, недолго думая, раздели его и посадили прямо на пол душевой кабины.

Я замерла с открытым ртом, потому что обычно даже встать босиком в душе в гостинице не решаюсь, не говоря о том, чтобы туда сесть. Пока я воображала в голове всевозможные грибки и стафилококки, друзья попросили подать полотенце — и мне стало казаться, что я становлюсь соучастницей преступления.

10

А потом я подумала: ну а к чему действительно из любой мелочи раздувать «Похороните меня за плинтусом»?

В том смысле, что действительно — нас приучили гулять с ребёнком дважды в день, кормить грудью до детского сада, никуда не возить из-за акклиматизации, спать вместе до школы, охотиться за бактериями и тому подобное. Наверное, на каком-то историческом отрезке такой подход даже имел под собой основания — ну, например, не было в продаже хорошего детского питания или, там, были коммуналки, и у детей не было отдельной комнаты.

А сейчас условия изменились, и санитарные нормы изменились, и хотя мне это и непривычно, но, наверное, кафель в этой гостинице чистят современными средствами и подхватить там стафилококк шансов не больше, чем в метро.

11

Во всяком случае, мои друзья без всякой акклиматизации притащили двоих маленьких детей «на уикенд» из холодной Нормандии на юг Франции, поставили коляски в соседней комнате и спокойно занимались своими делами. Ну, изредка кормили их из бутылочек.

Когда я заикнулась о ночных кормлениях и грудном вскармливании, на меня посмотрели как на больную:
- А спать когда?

И никто не умер, не заразился, все отлично провели время. И, наверное, даже у таких детей будет меньше неврозов, чем было в своё время у меня: «туда не садись», «помой руки», «вскипяти воду» и тому подобное.

Уж не знаю, что я буду говорить, когда у меня будут дети.