Из Архива Наблюдателей. Часть VI

Том VI. О Памяти Потока
Запись первая. Закон Резонанса

Из Архива Наблюдателей

Том V ответил не на всё. При чтении сохранившихся наблюдений снова возникал один и тот же вопрос: почему одна и та же Волна, проходя через нескольких людей, первого будто не замечала? Возле второго задерживалась лишь на мгновение. Третий менялся сразу.

Никаких различий в самой Волне обнаружить не удалось. Поначалу это считалось особенностью отдельных наблюдений. Потом заметили, что подобные случаи повторяются слишком часто.

Объяснения им в известных томах не нашлось. Лишь позднее стало ясно, что искать его следовало не в самой Волне, а в том, что она оставляет после себя.

Самих записей на этот счёт тогда ещё не существовало. По крайней мере, среди известных копий.

Позже стало понятно, что отсутствовал не комментарий. Отсутствовал целый том.

До появления Иртышского свода Том VI был известен лишь по отдельным упоминаниям.

Настоящая запись публикуется по найденному Иртышскому своду, который считался утраченным полностью.

Запись получила название: «Закон Резонанса».

===

Часть I. Ошибка

После истории с подростком Борис несколько дней не мог думать ни о чём другом. Красная Волна прошла сквозь десятки людей. Одних она словно вовсе не заметила. Возле других задержалась на мгновение и поплыла дальше. А к тому мальчишке свернула сразу. Будто узнала его.

Борис снова и снова прокручивал увиденное. Если Поток подчиняется законам, значит, случайностей быть не может. Значит, есть причина. Оставалось понять какая.

Следующие недели он почти каждый вечер проводил в метро. Он больше не искал сами Волны. Теперь его интересовало другое: почему они выбирают именно этого человека?

Борис вернулся на свой наблюдательный пункт в метро.

Вот красная вспышка сорвалась с раздражённого мужчины, перескочила на Нить и понеслась вперёд.

Первой на её пути оказалась молодая девушка, которая читала книгу, слегка покачиваясь вместе с вагоном. Волна пролетела совсем рядом. Даже не коснулась.

Вот следующая нить потянулась к пожилому мужчине, устало опирающемуся на поручень. Красная струя приблизилась. Замедлилась. Несколько мгновений словно колебалась. Потом исчезла за его спиной. Не оставив после себя ничего.

Ещё через несколько метров всё повторилось, но на этот раз Волна буквально бросилась к женщине, державшей за руку сына. Женщина резко нахмурилась. Через секунду раздражённо одёрнула мальчика:

— Сколько можно вертеться!

Борис нахмурился. Может быть, всё дело в силе?

Он стал наблюдать внимательнее.

Самые яркие вспышки далеко не всегда что-либо меняли. Иногда густая красная Волна проходила через половину вагона и словно растворялась. Зато слабая, почти прозрачная искра вдруг заставляла человека резко изменить настроение.

Через несколько дней эта мысль рассыпалась сама собой. Сила Волны ничего не объясняла.

Тогда Борис стал смотреть на Нити. Толстые. Тонкие. Яркие. Почти невидимые.

Иногда ему казалось, что разгадка совсем рядом. Он даже ловил себя на том, что мысленно сравнивает их толщину. Словно врач, который пытается поставить диагноз по одному пульсу. Но чем больше он наблюдал, тем сильнее путался. Самые толстые Нити иногда оставались совершенно спокойными. Самые тонкие вспыхивали мгновенно. Нет. И это было не то.

Последняя мысль казалась самой простой. Наверное, Поток выбирает слабых.

Он специально начал искать уставших людей. После работы их в метро было особенно много. Опущенные плечи. Пустой взгляд. Медленные движения. Но и здесь всё оказалось иначе. Пожилой мужчина, едва державшийся на ногах, пропустил через себя сразу несколько красных Волн и никак не изменился. Зато молодой парень, только что смеявшийся с друзьями, вдруг резко оборвал разговор. Лицо потемнело. Он отвернулся к окну.

Борис почувствовал знакомое раздражение. Не на людей. На самого себя. Три недели наблюдений. Три красивые версии. И ни одна не выдержала проверки.

Он вышел из метро уже затемно. Прошёл несколько шагов. Остановился. И неожиданно тихо сказал вслух:
— Нет... Я ищу не там.

---

Часть II. Камертон

Ошибки не расстроили Бориса. Наоборот. Если прежние догадки оказались неверными, значит, настоящая закономерность была ещё интереснее.

На этот раз он не пошёл в метро. Поток людей там был слишком плотным. Слишком много Нитей. Слишком много красок. Они накладывались друг на друга, словно кто-то одновременно играл сотню разных мелодий. Разобрать каждую по отдельности становилось невозможно.

Парк оказался совсем другим. Здесь Поток двигался медленнее. Каждую Нить можно было проследить взглядом. Борис сел на знакомую скамейку. Ничего не происходило. Люди гуляли. Кто-то разговаривал. Кто-то молча шёл по аллее. Пожилая женщина читала книгу. Молодая мама катила коляску. Мужчина кормил голубей.

Через несколько минут мимо него пробежали двое мальчишек. Один что-то крикнул. Второй засмеялся так громко, что сам едва удержался на ногах. Смех оказался удивительно красивым. Из груди мальчишки вырвалась прозрачная золотистая Волна. Она быстро нашла ближайшие Нити и понеслась вперёд. Борис сразу напрягся. Сейчас... Сейчас он увидит, что происходит.

Волна коснулась женщины с коляской. Ничего. Прошла дальше. Скользнула по мужчине с рюкзаком. Ничего. Задела девушку в наушниках. Та даже не подняла головы.

Через несколько секунд Волна почти угасла. И вдруг... Пожилой мужчина, сидевший на дальней лавочке, неожиданно улыбнулся. Он даже не смотрел в сторону детей. Продолжал задумчиво вертеть в руках трость. Но его Поток вспыхнул тем же тёплым золотистым светом. Совсем ненадолго. Потом всё исчезло. Борис просидел в парке до самого вечера.

На следующий день Борис пришёл в парк снова. Потом ещё раз. Теперь он ждал не красных Волн. Любых.

Постепенно странных совпадений становилось всё больше. Испуг ребёнка иногда проходил через десятки людей и неожиданно находил одного-единственного прохожего.

Чужая радость вдруг отзывалась в человеке, который находился совсем в стороне.

Спокойствие матери почему-то передавалось только тем, кто сам был готов успокоиться. Остальные оставались прежними. Словно ничего и не произошло.

Борис достал свой походный блокнот. Долго искал подходящие слова. Потом написал всего одну строку:

«Эмоция не рождается в другом человеке».

Он остановился. Подумал. И дописал:

«Эмоция ничего не создаёт. Она находит».

Он ещё раз перечитал запись. Нет... Опять не то. Находит... Будто ищет специально. Но Поток ничего не ищет. Он не может выбирать. Значит...

Борис поднял голову. В этот самый момент мимо прошла молодая женщина. На руках у неё спал ребёнок. Она улыбалась так тихо, что этого почти нельзя было заметить. Тонкая бирюзовая Волна медленно растеклась по Нитям. Большинство людей даже не изменились. Но девушка, читавшая книгу на соседней скамейке, вдруг подняла глаза. На её лице появилась точно такая же спокойная улыбка. Внутри её Потока вспыхнул тот же оттенок. Не похожий. Тот же самый.

Борис почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Он смотрел уже не на Волны. Он смотрел на цвет.

На мгновение два одинаковых свечения соприкоснулись. Не слились. Не усилили друг друга. Они словно... узнали друг друга.

И тогда мысль, несколько недель ходившая где-то рядом, наконец обрела форму. Они не смешались. Они вспомнили друг друга.

---

Часть III. Древесина

Домой Борис вернулся почти затемно. Он включил тусклый ночник в коридоре. Прошёл на кухню. Поставил чайник. Сел и смотрел в надвигающуюся темноту. Мысль не отпускала. «Они вспомнили друг друга...»

Он повторил эти слова вслух. Что именно они вспомнили? Почему одна Волна проходила мимо десятков людей, а другая словно находила кого-то одного? Ответ всё время вертелся рядом. Он чувствовал это. Но поймать не мог.

Следующим утром Борис решил наконец заняться делами, которые откладывал уже несколько недель.

На балконе лежала старая деревянная полка. Дерево рассохлось. Местами потемнело от времени. Он собирался зачистить её и покрыть новым лаком.

Прежде чем начать, Борис плеснул на доску немного воды, чтобы смыть пыль. Вода растеклась. Постояла несколько секунд. Потом медленно ушла в древесину. Он машинально перевернул доску и занялся другими делами.

Через пару часов полка почти высохла. Что-то в структуре дерева привлекло внимание Бориса, и он снова взял кружку. Ещё раз плеснул воды. И неожиданно замер. Вода не расползалась как попало. Она почти сразу побежала по тем же самым дорожкам. Туда, где только что была. Борис наклонился ближе. Он вылил ещё немного. И ещё. Каждый раз происходило одно и то же. Будто древесина уже помнила, где однажды прошла вода.

Он задумчиво смотрел на деревянную полку. Потом взял карандаш. На обратной стороне старой квитанции написал:

«Вода не ищет дорогу. Она вспоминает её».

Перечитал запись. Положил карандаш. И снова посмотрел на мокрую доску.

Если вода каждый раз возвращается в прежнее русло... Почему Поток должен вести себя иначе?

Он закрыл глаза. Перед ним снова возник тот подросток в метро. Тонкая багровая жилка. Красная Волна. Мягкое касание. И слова, которые несколько дней назад показались красивым сравнением, вдруг стали похожи на закон.

Эмоция не исчезает бесследно. Она оставляет после себя русло. Оно может стать почти незаметным. Может зарасти. Потускнеть. Но никуда не исчезает. И если однажды рядом снова проходит Волна того же цвета... Она уже знает дорогу.

Борис почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Впервые за всё время наблюдений он понял не то, что происходит. Он понял почему.

Он снова взял карандаш. Ниже первой записи появилась вторая:

«Поток не прокладывает путь. Он идёт по памяти».

Молча разглядывал слова, словно пытаясь найти скрытый смысл.Потом аккуратно обвёл их кружком.

Ему вдруг показалось, что это первая мысль, которую он не придумал. А подсмотрел у самого мира.

---

Часть IV. Молния

Несколько дней ничего нового не происходило. Борис продолжал наблюдать.

Иногда ему казалось, что он уже всё понял. Через час это чувство исчезало. Появлялась новая мелочь, которая снова разрушала стройную картину.

Так продолжалось до вечера, когда над городом наконец прогремела гроза.

Первые раскаты грома донеслись ещё издалека. Потом небо резко потемнело. Борис подошёл к окну. Дождь начался неожиданно. Крупные капли застучали по карнизу.

Через несколько секунд вспыхнула первая молния. Белая трещина на мгновение разрезала небо пополам. Почти сразу ударил гром. Потом ещё одна вспышка. Ещё ярче. На этот раз Борис успел заметить, куда пришёлся удар. Высокая одинокая берёза за пустырём.

Он продолжал смотреть. Еще через несколько минут новая молния снова ударила почти туда же. Потом ещё одна. Совсем рядом.

Борис машинально нахмурился. Почему? Деревьев вокруг было много. Почему именно здесь?

Откуда-то из памяти всплыла давно прочитанная фраза. Он уже не помнил ни книги, ни автора. Помнил только смысл. После первого разряда воздух ещё какое-то время сохраняет проводящий канал. Следующей молнии пройти по нему легче.

Борис медленно повторил эти слова про себя. Легче...

Не по той причине, что молния выбирает это место. А потому, что путь уже существует.

Он продолжал смотреть на берёзу. Потом отвернулся от окна. Перед глазами всплыли воспоминания. Красная Волна. Подросток. Тонкая багровая жилка. И вдруг всё стало на свои места.

Волна никого не выбирает. Она идёт туда, где уже существует путь. След внутри человека становится проводником. Первая сильная обида оставляет едва заметную дорожку. Следующая проходит по ней легче. Потом ещё легче. С каждым разом русло становится глубже. Как тропинка в лесу. Сначала её почти нет. Прошёл один человек. Потом второй. Потом десятки. И однажды люди уже идут по ней, даже не замечая, что когда-то сами её протоптали.

Наверное, так же происходит и с Потоком. Ни одна злость не рождается на пустом месте. Ни одна обида не приходит первой. Она всегда находит след, оставленный прежней. Именно поэтому старые чувства возвращаются так легко. Они не появляются снова. Они проходят по дороге, которую однажды уже проложили сами.

Борис открыл блокнот и аккуратно вывел слова, возникшие в голове:

«След становится проводником. Проводник не притягивает Поток. Он лишь позволяет ему пройти легче».

Он поставил точку. Закрыл блокнот. И впервые за всё время почувствовал странную вещь. Законы Потока переставали быть похожими на чудо. Они всё больше напоминали обычную физику. Только физику, о которой человечество пока ещё ничего не знало.

---

Часть V. Резонанс

После грозы Борис несколько дней почти не записывал в блокнот. Мыслей было слишком много. Каждая цеплялась за другую. Стоило ухватиться за одну, как тут же появлялась следующая. Он решил больше не искать подтверждений. Если закономерность существует, она ещё встретится.

Так и произошло.

В воскресенье Борис оказался возле старого здания музыкальной школы. Окна были открыты настежь. Изнутри доносились обрывки гамм. Где-то скрипнула дверь. Кто-то неуверенно провёл смычком по струнам.

Возле входа пожилой мастер что-то показывал мальчику лет десяти. На ладони у него лежали два небольших камертона. Он ударил одним из них о металлические перила. Раздался чистый высокий звук. Второй он просто держал рядом. Несколько секунд ничего не происходило. Потом его тонкие рожки едва заметно дрогнули. Он тоже запел. Тихо. Почти шёпотом. Мастер улыбнулся.

— Видел?

Мальчик восхищённо кивнул.

— А ведь я его не трогал. Он сам.

Борис остановился. Сам...

Он долго смотрел на второй камертон. Потом перевёл взгляд на первый. И снова на второй. Значит, звук не перелетел. Никто ничего не переносил. Первый лишь заставил второй зазвучать. От этой простой мысли внутри словно что-то сдвинулось.

Перед глазами одна за другой всплывали последние наблюдения. Красная Волна. Подросток. Тонкая багровая жилка. Мокрая доска. Берёза после грозы. Они больше не спорили друг с другом. Каждое наблюдение вдруг оказалось продолжением предыдущего.

В своём блокноте, который Борис носил теперь с собой повсюду, он написал:

«Волна ничего не приносит».

Посмотрел. Зачеркнул. Слишком неточно. Ниже появилась новая строка:

«Волна не переносит чувство. Она заставляет чувство прозвучать».

Борис снова задумался. Нет... И это было не совсем то.

Он ещё раз посмотрел на камертоны. Первый уже давно замолчал. Второй тоже перестал звучать. Но Борис уже видел не металл. Перед ним были Нити. И тогда появилась последняя запись:

«Поток не переносит эмоции. Поток ищет совпадение».

Он перечитал её несколько раз. Закрывая блокнот, Борис неожиданно поймал себя на странной мысли. Все эти дни он наблюдал вовсе не за Потоком. Он наблюдал за памятью, которую люди носят внутри себя.

---

Часть VI. Подтверждение

На следующий день Борис снова спустился в метро.

Теперь он уже не ждал неожиданностей. Он искал подтверждение.

Поезд медленно втянулся на станцию. Двери открылись. Поток людей смешался в один живой организм. Нити вспыхнули сразу. Десятки. Сотни. Красные. Голубые. Янтарные. Мутно-серые. Они переплетались, расходились, исчезали и снова появлялись между незнакомыми людьми.

Борис терпеливо наблюдал. Ему нужен был только один цвет. И вскоре он появился. Мужчина в дорогом пальто раздражённо бросил что-то вслед выходившему пассажиру. Из его груди вырвалась густая красная Волна. Она быстро набрала скорость. Нашла ближайшую Нить. И понеслась вперёд.

Красная струя приблизилась к молодой женщине. И... прошла мимо. Даже не коснувшись. Будто её вовсе не существовало.

Следующая Нить уходила к мужчине в рабочей куртке. Внутри его Потока медленно перекатывались тяжёлые серые полосы усталости. Красная Волна замедлилась. На какое-то мгновение словно прислушалась. Потом двинулась дальше. Снова мимо.

Лишь на третьей Нити произошло именно то, чего Борис теперь ждал. Подросток. Лет шестнадцати. Он стоял, опустив голову над телефоном. Снаружи — спокойный. Даже немного отрешённый. Но глубоко внутри прозрачного голубого свечения всё ещё тлела тонкая багровая жилка. Та самая. Красная Волна будто сразу её увидела. Она мгновенно изменила направление, мягко коснулась багровой жилки. И произошло невозможное. Две одинаковые краски не смешались. Они вспомнили друг друга.

Багровая жилка едва заметно вспыхнула, потянулась, словно долго спала и только сейчас кто-то тихо позвал её по имени. Она начала разгораться. Не сразу. Медленно. Красная Волна уже исчезла среди Нитей. Но след продолжал жить собственной жизнью. Голубое свечение постепенно мутнело. В нём проступали тонкие красные прожилки.

Подросток поднял глаза от телефона. Нахмурился. Несколько секунд смотрел в одну точку. Потом резко сунул телефон в карман. Случайно задел плечом стоявшего рядом мужчину и, вместо извинений, мгновенно обернулся и бросил:

— Аккуратней!

Голос прозвучал громче, чем требовала ситуация. Мужчина удивлённо поднял руки.

— Извини...

Но багровая жилка уже расправлялась внутри Потока. От неё одна за другой расходились новые красные Нити.

Борис не смотрел на ссору. Он смотрел туда, где всё началось. Тонкая багровая полоска больше не казалась случайностью. Она была памятью. Именно её узнала проходившая Волна. Именно она стала тем самым проводником, о котором он думал последние недели.

Борис медленно перевёл взгляд на остальных пассажиров. Теперь всё выглядело иначе.

Красные Волны больше не казались охотниками. Они никого не преследовали. Они просто проходили мимо. До тех пор, пока не встречали место, где уже однажды бывали.

===

Выписка из Архива Наблюдателей

Том VI. О Памяти Потока

Следствие II. Закон Резонанса

Долгое время считалось, что Поток способен изменять внутреннее состояние человека. Последующие наблюдения показали, что данное предположение ошибочно. Поток не создаёт новое состояние. Он приводит в колебание уже существующее.

Каждая сильная эмоция оставляет в Потоке носителя остаточный след. Со временем такой след может ослабнуть, однако полностью не исчезает. При встрече с Волной совпадающего спектра остаточный след входит с ней в резонанс.

Подобно тому как вода вновь находит однажды промытое русло, а электрический разряд проходит легче по уже существующему проводящему каналу, Волна стремится к тем следам, которые совпадают с её собственной природой.

По этой причине человек редко приобретает чувства, которых прежде не испытывал. Значительно чаще он возвращается к тем состояниям, след которых уже присутствует в его Потоке.

След не притягивает Волну. След позволяет ей пройти. Поток не ищет жертву. Поток узнаёт собственный След внутри человека.