Христианство против свободного духа
Вот определения
============
Модель свободного духа утверждает суверенитет уникального свободного духа человека. В этой модели познание органически связано с бытием и сущностью самого человека, который обладает непосредственным внутренним чувством правды, добра и красоты. Суверенитет человека предполагает, что у него есть право и обязанность осуществлять независимый суд над миром и собой.
Модель законопослушности исходит из приоритета всеобщего над частным. В этой модели человек рассматривается как неотъемлемый элемент некоторой системы, а его духовная жизнь, свобода и предназначение оцениваются и реализуются только через интеграцию в эту систему.
------------
В Христианстве есть и понятие "душа", и понятие "дух" ("спирит"), и они имеют разный смысл. Душу имеет каждый человек, но это одушевленность всего живого, она включает низкие, корыстные желания, ничего возвышенного. Дух — это как раз то, что связывает человека с Богом. Этот дух дается Иисусом, и только Христиане могут его получить. Это — буквально, дыхание Иисуса. Не христиане душу имеют, но дух им не дан. В духовном смысле, они - низкие люди, ближе к животным.
Хорошо.
Теперь посмотрим на христиан. Есть ли между ними духовные различия? Конечно, есть, говорит христианство. Люди различаются по степени веры и по степени греха. Есть иерархия душ.
Но различия между людьми, которые не касаются преданности церкви, для церкви не существенны. Христианство не признает внецерковную уникальность и самостоятельную ценность ни одного человека. "Нет ни эллина, ни иудея".
Уникальной ценностью обладает только сам Иисус.
Вот прямые цитаты на этот счет:
—- «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Евангелие от Матфея 16:24)
-- «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей» (1-е послание Иоанна 2:15).
-- «Приблизьтесь к Богу, и приблизится к вам» (Послание Иакова 4:8).
-- «О горнем помышляйте, а не о земном» (Послание к Колоссянам 3:2)."
Когда христианство говорит, что надо освободиться от эгоизма, имеется в виду, что человек должен освободиться от своей личности, чтобы быть верным Иисусу. Вот прямые подтверждения
1-е послание к Коринфянам 3:9
«Ибо мы соработники у Бога, а вы Божия нива, Божие строение».
Послание к Филиппийцам 2:12-13
«...со страхом и трепетом совершайте свое спасение, потому что Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению».
Павел сравнивает себя и других лидеров с наемными работниками (у которых все-таки есть человеческий статус), а остальных христиан --- с землей, из которой он что-то должен выращивать.
Говоря о страхе и трепете, он требует рабского служения Богу. По мнению Павла, люди -- марионетки, которые двжутся Богом. Он и сам называл себя божьим рабом. В любом случае, ничего личного человек не должен иметь в этой идеологии.
Идея независимого суждения человека о добре и зле противна христианству потому, что все правильное моральное знание в этом учении может прийти только от Иисуса. Человек не должен иметь своих независимых суждений.
Поэтому целесообразно спросить, как же христианство относится к убийству?
Евангелия не дают однозначного ответа, так как Иисус иногда как бы противоречит себе. Вот, например, его прямое указание на разрешение участия в бою: "Тогда Он сказал им: но теперь, кто имеет мешок, тот возьми его, также и суму; а у кого нет, продай одежду свою и купи меч." Павел в 13 м послании к Римлянам прямо указывает, что власть от Бога, если власть предержащие убивают, то им на это дано право. Понятно, что это влечет разрешение и на массовые убийства тем, кто имеет власть совершить такие убийства.
Христианство, как оригинальное учение, не имело запрета на убийство. С тех пор некоторые церкви ввели этот запрет. Русская Православная Церковь наказывает за убийство лишением права участвовать в некоторых обрядах в течении года.
Интересно заметить, что сам Бердяев считал себя христианским философом, но его философия противоположна христианству в предложенной классификации. Бердяев не считал существующее христианство "правильным". Он верил в возможность идеального христианства, которое будет требовать духовной свободы, а не послушания. Но он понимал, что это потребует ревизии Нового Завета.
Свидетельство о публикации №226071101122