Тайна жизни

 Ольга взвыла. Всякому терпению приходит конец. Целую неделю нет покоя ни днём, ни ночью. Уже невмоготу выносить тот скулёж, который доносился через стенку от соседей.
Она знала эту историю. Прежний жилец Вован, накопив капитальчик, «сделал ноги» – уехал в теплую страну на ПМЖ,  купив себе «дачку» у самого Тихого океана.
На прощание же Ольге сказал:

- Типа, нажился во как,- и с этими словами провёл ребром ладони по своему горлу, - на родине в вечной борьбе за выживание. Дед мой так жил и отец, но я прерву это мучительное существование с лозунгом «покой нам только снится».

Съехал. Правда, успел рассказать, кому продал квартирку - молодой вдове олигарха. Та, действительно, очень любила своего покойного мужа и поэтому пребывала в глубочайшей депрессии и целыми днями выла и причитала, а то и пела высоким голоском:

- Миленький ты мой, возьми меня с собой.

От такого пения у Ольги мурашки по спине начинали ползать. Что она только не делала: и включала громко музыку, и долбила в стену, и орала, что вызовет полицию и психушку. Ничего не помогало.

- Ну всё теперь. Пойду знакомиться с этой гадиной. Она сейчас у меня в самом деле, поедет за своим муженьком «в далёкую страну»,- взревела Ольга и, схватив ключи, вылетела за дверь.

Хотя квартиры соседствовали через стену и были зеркально похожи, но располагались в разных подъездах элитного дома. Поднявшись на одиннадцатый этаж, Ольга решительно нажала на звонок, потом ещё и ещё. Никакой реакции. Стала колотить ногами в дверь и орать на весь подъезд:

- Не уйду, пока не увижу эту рожу. Выходи, зараза!!!

Она занесла кулак, чтобы посильнее ударить, как вдруг дверь стала тихонько открываться. Ольга что было сил пнула и не рассчитала, дверью сильно ударила женщину, стоящую в коридоре, и та упала. Дебоширка поняла, что переборщила, переступила порог и стала поднимать за плечи хозяйку квартиры. Крови не было. Они так и стояли на коленях друг против друга. Минута, две. Вдруг Ольга закричала не своим голосом и отпрянула, женщина тоже вскрикнула и упала в обморок.

- Этого не может быть, этого не может быть, - только и твердила Ольга, тихонечко подползая к лежащей женщине.

Ей нужно было ещё раз увидеть это лицо, но она боялась. Наконец, она преодолела свой страх и осторожно перевернула девушку. Смотрела и не верила своим глазам. Это она, Ольга, лежала перед ней на полу без чувств.

- А тогда кто я?- удивлённо спросила.

Она стала внимательно рассматривать лежащую, пользуясь тем, что та была без сознания. Ни фига себе. Цвет, длина, фактура волос та же, что и у неё, словно два одинаковых парика. Овал лица, брови, губы. Даже две родинки идеально похожи. Вдруг девушка открыла глаза, теперь они вовсе, как две капли воды. Обе взвизгнули и отползли к противоположным сторонам.
Хозяйка квартиры спросила, потирая ушибленный лоб:

- Тебя как зовут?

- Меня – Ольгой, а тебя?

- Хочешь – верь, хочешь – не верь. Меня тоже – Ольгой.

- Кто бы сомневался, - ухмыльнулась гостья.

- А тогда кто мы? – спросила вдова.

- Надо думать… Предположим, самый простой вариант. Мы - близнецы, да ещё, из-за такой схожести, однояйцовые. У матушки случились тяжёлые роды, она была в таком состоянии, что ничего не помнила, а ей потом сказали, что она родила девочку, одну, а вторую налево, за бабло продали. Так. Жили мы с тобой разными жизнями, и события у нас должны быть тоже разные. Вот я, например, в шесть лет звезданулась с велика, и у меня на левой ноге, под коленкой, остался довольно внушительный шрам. А у тебя что есть?

- И у меня тоже шрам на левой ноге, тоже с велика в шесть лет летела,- ответила вдова и для убедительности подняла штанину дорогой шелковой пижамы.

Сравнили: один к одному.

- Ничего не понимаю. А знаешь что, покажи-ка мне одну вещь,- и с этими словами Ольга вплотную подошла к вдове.

- Что показать? – испугавшись такого напора, женщина стала медленно пятиться назад.

- Стой! Не шевелись, - приказала Ольга и, схватив за рукав, стянула шёлк с плеча, на теле у той оказалась изящная тату в виде стрекозы. Ольга тоже медленно освободила своё левое плечо от свитера, там была точно такая же стрекоза.

- У кого колола? У Жорика?

Вдова медленно покачала головой в знак согласия.

- Я теперь поняла. Да, ты – «овечка Долли»!

- Совсем рехнулась. Сама овца, - вдова вырвалась из цепких рук Ольги.

- Ты клон. Когда успели-то?

- Оль, ты совсем дура. Какой клон? Тогда даже понятия не имели. Думай. Это что-то другое.

- Так. Вариант с клоном не катит. Значит, возвращаемся. Говорят, что у таких близнецов и жизненные ситуации тоже совпадают. Положим, совпало. Но ведь ты вышла замуж, а я ведь нет. Тащи мужа своего сюда.

У вдовы округлились глаза от испуга и удивления:

- Так он же умер, - еле слышно прошептала женщина.

- Фото. Фото тащи, - раздраженно сказала Ольга.

Через минуту появилась вдова, трепетно держа в руках богатую рамку, перетянутую траурным крепом, и протянула её Ольге. Та взяла и почувствовала, как её затрясло от волнения. Она медлила, но, пересилив себя, повернула фотографию лицом к себе и ахнула:

- Это же Олег! – сказала, как выдохнула.

- Да, это мой покойный муж - Ковалёв Олег Игоревич. А что?

- Какой покойный-то? Да я сегодня, только что, разговаривала с ним по телефону.

- Ты врёшь. Я тебе и свидетельство покажу, и могилу, и фото.

- Могилу не надо, тащи ещё фото с похорон.

Через миг у Ольги в руках были фотографии. А вот и гроб с покойником. Это одновременно был он и не он. В гробу лежал мужчина средних лет, упитанный и ухоженный, словом – барин, хоть и умерший. Ольга же знала Ковалёва худого, замотанного тяжёлой жизнью мужичка, отца многодетного семейства.

- В моей жизни Ковалёв делал мне предложение. Но, как-то раз, я опоздала на свидание, да и он меня в другом месте ждал. Тогда сильно поссорились, и у нас ничего не получилось, разбежались. А ты, как вышла за него замуж?

- А я не опоздала и согласилась на его предложение. Правда, он тогда не был ещё олигархом.

- А-а! Вот оно. Нашла,- радостно завопила Ольга.

Вдова вопросительно смотрела на взволнованную девушку:

- Успокойся, что кричишь-то? Объясни толком.

- Это элементарно, как яблоко. Мы – это я. Одна, только из параллельных жизней. Понимаешь?

Вдова отрицательно покачала головой.

- Да тут и понимать нечего. Наши поступки определяют всю дальнейшую жизнь. Вот смотри, хотя бы на примере с Ковалёвым. Если бы мы встретились тогда, то я вышла бы за него замуж и вся моя жизнь была бы такой, какой живёшь ты. И он стал бы олигархом и от волнений умер в сорок лет, и я бы стала тобой, то есть вдовой.
Но случилось так, что обстоятельства помешали той нашей встрече и мы по-глупому расстались, и теперь он - чужой муж с целым выводком голодных детей, но живой, а я осталась вековухой и работаю, как лошадь. Но, что-то случилось. Здесь какая-то аномалия. Что могло вызвать этот феномен, что параллели пересеклись?

Обе удивленно посмотрели друг на друга.
Здорово увидеть себя, но только другую из совершенно незнакомой тебе жизни. Увидеть и понять, какой ты могла бы быть, если бы твоя судьба пошла иной дорогой.
Тишину нарушил вопрос вдовы:

- Оль, а кто гость? Кто незаконно вошёл в чужую жизнь?

Ольга печально посмотрела на вдову и тихо сказала:

- Это ты.

- Почему?- испугалась та.

- Да потому, что ты так истерила и убивалась по мужу и была в таком неадекватном состоянии, что провалилась в другую свою жизнь, где живу я.

- И что теперь делать-то?

- Тебе необходимо возвратиться к себе. Обязательно.

- Хорошо,- сказала вдова и немного подумав, продолжила,- Я всё сделаю, только исполни одну мою просьбу.

- Какое?

- Я хочу последний раз услышать голос Олега. По телефону, можно?

- Можно, но ты не должна говорить с ним.

- Не буду, я только послушаю.

- Хорошо. Ты обещала молчать.

Ольга посмотрела на вдову и, достав свой мобильник, набрала номер Олега. Сразу же по громкой связи услышала его голос:

- Ольгунь, что-то случилось? Мы же только что говорили...

Вдова вся напряглась, как струна.

- Олежек, у меня к тебе странная просьба. Сейчас обед, и ты один. Спой мне нашу, любимую.

- Оль, ты что, совсем?

- Олежек, прошу тебя, в память о том, что с нами НЕ СЛУЧИЛОСЬ. Прошу тебя очень.

Пауза, и по комнате поплыл бархатный баритон:

- Отцвели уж давно хризантемы в саду,
Но любовь всё живёт в моём сердце больном...

Вдова давилась рыданиями, обеими ладошками зажимая себе рот. Ольга смотрела на неё и тоже плакала. Они обнялись. Как себя жалко!

Утром, одеваясь на работу, Ольга машинально сунула руку в карман и вытащила чужое обручальное кольцо, на внутренней стороне которого было написано:

«Оленьке, жене моей, от Олега. Навсегда!».

Жизнь удивительная штука!