Айша Курбанова. Он мой

Фатима с полными слез глазами посмотрела на двери, за которыми был её сын. Она обхватила столб веранды и прислонилась к нему: «Как мне уйти без тебя, сынок? Ведь ты – самое дорогое, что у меня есть. Я не могу оставить тебя, родной. Не могу!».
– Фатима, ты идешь домой или нет? Зачем тебе этот ребёнок, чей отец так подло обманул тебя ты молода и красива. Родишь ещё многих детей. Вернись домой! Вернись, не позорь меня и себя, – приказывал отец.
Молодая женщина не могла сделать ни шагу, зная, что больше не увидит сына.
Горца нерешительность дочери стала раздражать:
– Ты идешь домой или нет? Что ты держишься за дом, из которого тебя выгнали? Если тебя не хотят видеть в этом доме, пусть сами растят своего отпрыска. Не надо из-за них губить свою жизнь. Создашь новую семью, где будут ценить тебя и уважать! А пока возвращайся домой!
Но слова отца не доходили до Фатимы. Её терзали сомнения: «Как можно оставить своего ребёнка под чужим присмотром? Простит ли он мне, если сейчас я оставлю его здесь?»
Соседка Малика, ставшая невольным свидетелем этой сцены, решительно шагнула в дом Гамидовых:
– Фатима, родная, если твой отец против твоего ребёнка, я заберу его себе. Ты знаешь, что я всю жизнь мечтала о сыне. Но Аллах не дал мне его. Забери сына и передай его мне: твой бывший муж и его любовница заведут своих детей. И тогда твой сын им будет обузой. А я его выращу, как своего ребёнка.
Слова соседки оглушили Фатиму. Она сорвалась с места, рывком распахнула двери, резким движением схватила спящего сына, ничего не подозревающего о родительских перипетиях.
– Нет! Ещё раз нет! Я своего ребёнка никому не отдам! Он – мой! И ничей больше! Не нужно мне никого другого, кроме него! Сама буду растить! Посвящу ему всю жизнь! Никому он не будет обузой! Никому! –Горянка прижала сына к груди: «Моя крошка, мой ангелочек, только рядом со мной ты будешь счастлив».
Глядя на дочь с ребёнком на руках, Абдул прослезился:
– Дочка, прости, я хотел наказать бывшего твоего донжуана и чуть не лишил тебя материнского счастья. Не знаю, суждено ли тебе создать новую семью. Но лишать тебя сына, я не имею права.
___

Патимат кёзлери жыламукъдан толуп, джашыны артында тургъан эшиклеге къарады. Ол веранданы чигинжисин къучакълады да анга таянды: «сенсиз къалай кетейим, балам? Сен мени бек багъалымса да. Мен сени къоялмайма, джаным. Болалмайма!».
- Патимат сен юйге барамыса, бармаймыса?
 Санга бу сабий неге керекди, атасы сени алай сылыкъ алдагъан сен джашса эм ариуса. Энтда кёб сабий табарса. Юйге къайт! Къайт, айып этме мени да, кесинги да, – деп буюрду атам.
джаш тиширыу энди жашын кёрмезлигин билип, бир атлам да эталмады.
Таулуну къызыны таукелсизлиги ачыуландыра башлагъанды:
- Сен юйге барамыса, бармаймыса? Сен къысталгъан юйден нек тутаса? Сени бу юйде кёрюрге сюймей эселе, туудукъларын кеслери ёсдюрсюнле. Аланы хатасындан джашауунгу бузаргъа керек тюйюлдю. джангы юйюр къурарыкъса, анда сени багъалатырыкъдыла эм хурмет этерикдиле! Алыкъа юйге къайт!
Алай атасыны сёзлери Фатимагъа джетмей эдиле. Аны ишекликле къыйнагъандыла: "сабийинги башханы къарауунда къалай къояргъа боллукъду? Бусагъат мен аны мында къойсам, ол мени кечерми?»
Ол сахнагъа амалсыз шагъат Болгъан Хоншусу Малика Гамидовланы юйлерине таукел атлады:
- Патимат джууугъум, сени атанг сабийинге къажау эсе, мен аны кесиме аллыкъма. Мен ёмюрюмде жашымы юсюнден мурат этгеними билесе. Алай Аллах манга аны бермеди, джашынгы ал да, аны манга бер: сени алгъыннгы эринг бла тос къатынынг сабийлерин къурарыкъдыла. Ол заманда сени жашынг алагъа джюк боллукъду. Мен а аны сабийимча ёсдюрлюкме.
Къоншуну сёзлери Фатиманы сангырау этдиле. Ол жеринден ычхынды да, эшикни сермеп ачды, жукълап тургъан жашын, ата-анасыны къаугъаларындан хапары болмагъан, суху къымылдап сермеди.
- Угъай! Энтта бир кере угъай! Мен сабийими кишиге берлик тюйюлме! Ол меникиди! Андан уллу киши да! Манга андан башха адам керек тюйюлдю, кесим ёсдюрлюкме! Анга ёмюрюмю берликм

Ол бир кишиге да жюк боллукъ тюйюлдю! Кишиге да
- Таулу тиширыу жашын кёкюрегине къысды: «мени балачыгъым, мени мёлегим, жаланда мени къатымда насыплы боллукъса».
Сабийи къолунда болгъан къызына Къараб, Абдул джылады
- Къызым, кеч, мен сени алгъыннгы донжуаннга азап берирге сюе эдим да, сени сыйырыргъа аздан къалгъан эдим