Притча, кому отдать последнюю воду и хлеб?

Три человека, отправившиеся в долгое и изнурительное путешествие, встретились на большой дороге и решили странствовать вместе. Они объединили свои припасы и по-дружески делили невзгоды и удачи, лишения и радости пути.
Но вот наступил день, когда от всей их провизии остались кусочек хлеба и глоток воды во фляге. Между путниками разгорелся спор, кому из них троих должны достаться хлеб и вода. Никто не желал уступить другим своей доли. Они решили было разделить всё поровну, но это им не удалось.
Так они спорили, пока не стало смеркаться, и тогда один из них предложил:
— Давайте ляжем все спать, и кому из нас приснится ночью самый чудесный сон, тому и быть судьёй над нами.
Его товарищи согласились с ним, и они тут же улеглись и заснули. Наутро, с восходом солнца, друзья проснулись.
Первый стал рассказывать:
— Приснилось мне, что я был восхищён в столь совершенный мир, что описать его великолепие бессилен язык; меня словно объял безмятежный покой. Там я встретил мудреца, который сказал мне: «Эта еда должна достаться тебе, ибо твоя прошлая и будущая жизнь наполнена подвигами, достойными восхищения».
— Как странно, — сказал другой путник, — ведь когда я заснул, то я в самом деле увидел своё прошлое и будущее, и в будущем я встретил всезнающего человека, который сказал: «Ты заслуживаешь этот хлеб, ибо терпеливее своих товарищей и ученее их. Согласно твоему предначертанию ты будешь обучен и поведёшь за собой людей».
Третий путешественник сказал:
— Во сне я ничего не видел, ничего не слышал, ни с кем не разговаривал. Но какая-то непреодолимая сила заставила меня подняться, отыскать хлеб и воду и разом проглотить всё это, что я тут же и сделал.
 

Эта старая суфийская притча, весьма поучительна — блестящая иллюстрация того, как по-разному человеческое сознание реагирует на кризис и дефицит. В ситуации, когда ресурсы на исходе, маски спадают, и каждый из героев демонстрирует свой способ взаимодействия с реальностью.
Взгляд суфийской мудрости: классификация учеников (в современной реальности это могут быть претенденты на должность, политические выборы и т.п.)
В суфийской традиции эта история — классический пример того, как «нафс» (эго) пытается оправдать свои желания через духовные декорации.
1. Первый путник — «Искатель признания»: Его сон — это классическая ловушка духовного тщеславия. Он пытается легитимизировать свое желание через «божественное одобрение». В суфизме это состояние называют «макам» (статус), который человек присваивает себе сам. Он ищет подтверждения своей исключительности, чтобы подпитать свое эго.
2. Второй путник — «Интеллектуал-теоретик»: Он пытается обосновать свое право на ресурс через логику, иерархию и «предназначение». Это тип ученика, который застревает в концепциях и знаниях, забывая, что истинное знание ведет к самоотречению, а не к накоплению благ. Он строит «духовную карьеру» там, где нужно просто проявить человечность.
3. Третий путник — «Человек действия»: С точки зрения суфизма, он — самый опасный, но и самый честный. Он не прикрывается снами. Он — воплощение «нафс-аммара» (повелевающего эго), которое действует импульсивно, не заботясь о последствиях и других. Однако в этом есть и урок: пока двое других витали в облаках своих фантазий, третий был единственным, кто оставался в реальности. Он не стал играть в «духовность», а просто удовлетворил свою нужду.

А теперь давайте рассмотрим эту притчу через призму  психоанализа: психологические механизмы защиты
Психоаналитически эту ситуацию можно разобрать как реакцию на фрустрацию:
• Первый и второй герои используют «рационализацию» и «проекцию». Они создают сложные когнитивные конструкции (сны), чтобы снять с себя чувство вины за эгоизм. В данном случае сон здесь — это защитный механизм, позволяющий превратить банальную жадность в «высшую справедливость». Они пытаются договориться со своей совестью, делегируя ответственность за решение «мудрецам» из своих сновидений.
• Третий герой демонстрирует «импульсивное поведение» (acting out). Он не выдерживает напряжения, которое создает ситуация неопределенности и ожидания. Его «непреодолимая сила» — это не мистика, а примитивный инстинкт выживания. Он не способен на отсроченное удовольствие или компромисс, поэтому «сбрасывает» напряжение через действие.
Итог
Притча обнажает горькую правду: в момент критического выбора люди склонны либо уходить в иллюзии (первые двое), либо поддаваться животным инстинктам (третий).
Никто из них не проявил главного качества, которое ценится и в суфизме, и в зрелой психологии — эмпатии. Они все трое остались заперты в своих «я». Ирония в том, что, пока они спорили о том, кто из них «достойнее», они потеряли не только хлеб, но и саму возможность остаться людьми, способными к сохранению братских чувств.
Истинный мудрец в этой ситуации, вероятно, просто отдал бы хлеб другому, тем самым победив и свое эго, и свой страх перед голодом. Но до этого уровня осознанности героям притчи еще предстоит пройти долгий путь...