5. Сократ философ или трикстер?

Сократ: философ или трикстер?

 Апология Сократа


Сократ начинает свой ответ обвинителям на суде с утверждения, что его обвинители говорили красиво, но все лгали. Он сам будет говорить просто, но правдиво. Можно подумать, что он дальше перейдет к разоблачению обвинений как лживых? Вовсе нет. На самом деле он сам здесь просто использует древнейший риторический прием, когда  видимую простоту речи   выдают за правдивость. Он также упоминает, что он говорит, как иностранец. И, действительно, его речь отличалась от нормальной речи не только других афинян, но и от обычной речи самого Сократа, как мы увидим.

Дальше он рассказывает свою эпопею. История начинается с  высказывания оракула Аполлона, что  Сократ — самый умный. У Сократа есть свидетель! Все знают этого свидетеля! Правда,  свидетель сам умер и не может этого подтвердить. Сократ говорит, что он не поверил оракулу и хотел доказать, что тот ошибся. Поэтому он стал приставать ко всяким важным гражданам, чтобы убедиться, что они умнее. И каждый раз оракул оказывался прав.  Это - красивая легенда.

По многим диалогам Платона о Сократе мы знаем, что происходило в этих его столкновениях с согражданами на самом деле. Он просил дать определение какого-то понятия, как добродетель, красота и т.д. Когда собеседник давал определение, Сократ находил какой-то исключительный странный случай, когда определение не работает. Из этого Сократ делал вывод, что собеседник ничего не знает, не понимает ничего в добродетели, и вообще является плохим гражданином. Сократ  делал вывод, что он умнее и добродетельнее.

Очевидно, Сократ тут делал логическую  ошибку,  даже три ошибки.
— Предположение о возможности дать исчерпывающее определение ложно, Сократ по-видимому знал это - поэтому он охотно приставал к гражданам с такими вопросами в расчете посмеяться над ними.
—Способность дать какое-нибудь словарное определение не имеет ничего общего общего с добродетелью, Сократ должен был знать это.
—  Если предположить, что незнание исчерпывающего определения все-таки означает отсутствие добродетели и мудрости, то и Сократ никакой добродетелью или мудростью не обладает. 

Значит, утверждение Сократа о его превосходстве иронично (если не сказать лживо).  Сократ говорил одно, но понимал другое.

Дальше в своей речи Сократ говорит о своих встречах с поэтами. Это любопытный фрагмент. Сократ, по его словам, приходил к поэту и спрашивал, что он хотел сказать своим произведением. Он утверждает, что все присутствующие могли бы лучше объяснить это. Из этого он делает вывод, что поэт ничего не понимает.
Давайте считать ошибки:
— Присутствующие понимают поэмы, значит поэмы  имеют смысл. Значит, поэт — вовсе не дурак.
— Поэт уже написал то, что он хотел сказать. Это и есть сама поэма. Из того, что поэт не может сказать то же самое другими словами, не следует, что поэт чего-то не понимает.
— Из того, что поэт не сообщил Сократу, как понимать его поэму, не значит, что он не мог этого сделать. Может, ему Сократ или его вопрос не нравился.

Собственно,   Сократ должен был сам легко заметить каждое из этих противоречий. Скорее всего, эта история тоже иронична. И объектом иронии являются не поэты, а слушатели, которые принимают утверждения Сократа без возражений.

Дальше Сократ смело утверждает, что бог (Аполлон) который через своего оракула заявил о мудрости Сократа, был ироничен. Это, якобы,  бог  таким образом хотел показать, что человеческая мудрость ничего не стоит.  Но чего бы ни стоила человеческая мудрость, никак нельзя утверждать никакого превосходства Сократа над другими. И бог или оракул не давали ему права издеваться над согражданами.  Как-то Сократ  упустил этот момент.

Вот теперь Сократ приступает к развенчанию своего обвинителя. Для этого он тут проигрывает в лицах диалог со этим обвинителем, придумывает его ответы и его неспособность ответить.

Это довольно длинный и диалог,  в котором Сократ пытается подвести своего обвинителя к тому, чтобы признать противоречие у себя. Например, обвинитель обвиняет Сократа, что Сократ не признает афинских богов, но признает иностранных. Сократ почему-то приписывает обвинителю утверждение, что Сократ не признает богов вообще. И потом уже спорит с этим надуманным обвинением. На обвинение в том, что Сократ развращает молодежь, Сократ не мог ответить ничего вразумительного.

Но дальше идет еще более интересный фрагмент. Сократ отвечает на обвинения проповедью, которая как раз  должна была означать, что он учит людей добру.
—-------------------------------
… не пере­ста­ну фило­соф­ст­во­вать, уго­ва­ри­вать и убеж­дать вся­ко­го из вас, кого толь­ко встре­чу, гово­ря то самое, что обык­но­вен­но гово­рю: …, не стыд­но ли тебе, что ты забо­тишь­ся о день­гах, чтобы их у тебя было как мож­но боль­ше, о сла­ве и о поче­стях, а о разум­но­сти, об истине и о душе сво­ей, чтобы она была как мож­но луч­ше, не забо­тишь­ся и не помыш­ля­ешь?» …. Могу вас уве­рить, что так велит бог, и я думаю, что во всем горо­де нет у вас боль­ше­го бла­га, чем это мое слу­же­ние богу.
—----------------------

Этот фрагмент читается как цитата, потому. что Сократ здесь резко меняет свой язык по сравнению с предыдущим текстом Апологии  и со своей обычной речью. Вот основные поразительные словосочетания, которые не имеют смысла в греческом языке:
— душа связывается и истиной и разумностью, тогда как в греческом  языке душа - жизненность тела; ни в каких диалогах Сократ никогда не говорит о душе
— выражение "заботиться о душе " — душа это не то, что требует заботы в греческом
— выражение "служить богу" у Сократа абсурдно:  богов много, каждый имеет свое имя, и им не служат, их ублажают
— противопоставление богатства и добродетели идет вопреки представлениям греков  потому,  что богатство рассматривалось как свидетельство  добродетели, покровительства  богов.

Все эти особенности вместе взятые указывают, что это - цитата, и источник этой цитаты - Танах, святая книга иудаизма. Сократ здесь цитирует библейских пророков. Невозможно себе представить, чтобы столько отклонений от греческого словоупотребления и совпадений с Библией возникли случайно.

Неизвестно доподлинно, были ли еврейские поселения в Афинах во времена Сократа, они описаны  только в 2 веке  до нашей эры. Но и отрицать их существование при жизни Сократа нельзя - скорее всего, там уже были еврейские общины, которые говорили на греческом языке и проводили свои иудейские богослужения, от которых Сократ мог узнать эти идеи пророков. Речь Сократа - свидетельство влияния этих сект на Сократа по крайней мере.

Я не первая, кто обнаружил, что Сократ здесь говорит как пророк. Это замечали и эллинистские, и христианские исследователи.

Интересно, что этот фрагмент противоречит предыдущей легенде  об оракуле. Оракул никакой добродетели и заботы о душе не упоминал. Могло  быть только одно из двух: или Сократ хотел подтвердить оракула, или он служил какому-то богу, кому надо было, чтобы люди заботились о душе.

Но Сократ не замечает противоречия, он уже видимо вошел в роль пророка, и дальше продолжает в этой роли.

Он смело утверждает, что он дан народу богом (каким - не говорит). Он это подтверждает тем, что он забросил свое хозяйство и проводит жизнь, призывая людей заботиться о добродетели. Но его поучения добродетели  не подтверждаются свидетельствами Платона, его ученика.

Все еще в роли пророка, Сократ говорит о себе, как святом человеке, который слышит голоса, прорицания и сновидения. Но в этом случае, он не придумал это на суде: он и раньше говорил о таинственном голосе, гении или даймонии, который его останавливал. 


Заключение.  Можно понять их этой речи, что Сократ любил допрашивать людей и делал из этого спектакли
c—--------------
Слы­ша­ли вы это, о мужи афи­няне; сам я вам ска­зал всю прав­ду: пото­му что они любят слу­шать, как я пытаю тех, кото­рые счи­та­ют себя муд­ры­ми, не будучи тако­вы­ми. Это ведь не лише­но удо­воль­ст­вия.
—-------------
Сократ дает два несовместимых объяснения своему поведению. Первое объяснение дается в духе афинской культуры (про оракула Аполлона), второе объяснение ссылается на некоторого другого бога, который понимается в монотеистском смысле с использованием терминологии Танаха.

Вся его речь иронична, и, по-видимому, и эти два противоречивых объяснения также ироничны. Сократ не скрывает своего презрения и к обвинителям, и к судьям, и к афинскому государству. Неожиданная ссылка на чуждого монотеистического Бога только должна была подтвердить это презрение.

Скорее всего, это презрение к людям и уверенность в своем превосходстве, в том, что он является человеком другого порядка,  и было его главным мотивом  в его систематических интеллектуальных пытках и унижениях людей, с которыми он имел дела.

К несчастью, его обвинители не смогли предъявить ему правильные обвинения: цинизм (циники были учениками Сократа), презрение к людям, высокомерие, отсутствие совести.

Из этой речи нельзя сделать вывод что Сократ был философом и внес вклад в сокровищницу человеческой мудрости. Скорее, он был трикстером - провокатором, который пользовался доверием и простодушием людей довольно долго.