Женщины в доме

Пьеса в одно действие


     По однокомнатной квартире барражирует немного подвыпивший и весёлый мужчина, ближе к пятидесяти годам. Он напевает себе под нос бравурно-веселое, похожее на военный марш, в песенке еле различимы слова: ожидаю вас, пташки, обожаю! Фигура его ещё сохраняет былую стройность, но уже кое-где начала расползаться. Черты лица отдалённо схожи с мужественным и суровыми лицами героев американских вестернов и поэтому часто, но неоправданно привлекают противоположный пол. Одет по-домашнему: в шорты и растянутую футболку с еле заметной дырочкой на левом плече. Зовут Борис. Он постоянно потирает руки и поглядывает в дверной глазок, ожидая кого-то.  Квартира обставлена просто и безвкусно. У стены стоит большой шкаф. Рядом кровать, возле неё комод. На стенах развешаны в рамках фотографии авиационной техники и самолётов. Хозяин квартиры на них в летческой форме, то с распущенным за спиной парашютом, то сворачивающим его в мешок. На крюке, где висит люстра, укреплен добротный канат с петлей на конце. Обитатель квартиры время от времени подходит к ней, как бы в шутку засовывает голову, примеривается, вытаскивает шею из петли и усмехается, продолжая бесцельное брожение по дому. Все остальное пространство занимают различные полочки, мостики, канаты, кошачьи когтеточки и домики для котов. В коридоре, ведущему на кухню, стоит огромное колесо. Большой и толстый чёрный кот периодически запрыгивает внутрь, перебирая лапами, раскручивает его, отчего оно специфически погремыхивает. Второй кот полосатой окраски лежит на пуфике и тщательно вылизывается. Слышится стук.
Борис с возгласом: Ну, наконец-то! Спешно освобождает дверь от многочисленных замков. Открывает. Грубо оттесняя мужчину, в квартиру протискивается маленькая чернявая  женщина с короткой с стрижкой и фигурой подростка.

Борис смущен, ошарашен. Он явно не ожидал увидеть её. Пробует вяло побороться с ней на пороге, но вскоре отступает.

Борис.
Вероника?! Ты, чего? Ко мне сейчас нельзя! Ко мне придут! Я занят!

Вероника.
Кто? Твои очередные ляди? Не беспокойся! Я ненадолго. Я пришла попрощаться с Мурзиком!

Не раздеваясь, стремительно проходит в комнату и внимательно осматривается, точно желая найти кого-то постороннего. Берет на руки полосатого кота и прижимает к груди.

Борис.
Послушай! Мы же расстались!

Вероника.
Тогда зачем ты присылаешь сообщения, желаешь доброго утра и ночи?

Борис.
Потому что ты первая начала. Хотя я предупреждал тебя не писать мне больше. И мои ответные сообщения всего лишь из вежливости.

Вероника.
Признания в любви и ласковые имена, которые ты мне придумываешь вот уже третий день, это всего лишь дань хорошему воспитанию, так?  А ты не думал, что я ещё не отошла, не отвыкла от тебя и могу снова поверить и полюбить?

Мужчина кладёт руки за голову, словно зэк на этапе и вертится на одном месте.

Борис.
Наши больные отношения идут по десятому кругу! Мы никак их не можем закончить!

Чёрный кот запрыгивает в колесо и начинает лениво в нем крутиться.
Вероника обращает внимание на верёвку, свисающую с потолка.

Вероника.
Что ты задумал?

Борис тревожно перехватывает взгляд женщины.

Борис.
Это мой основной вариант на всякий случай!

И бежит, протягивая руки к петле, но спотыкается и падает. Вероника выбросывает Мурзика и спешит за ним, срывает канат и хлещет упавшего на пол Бориса.

Вероника.
Ах, ты, мерзавец! Хотел вот так меня отблагодарить! Неудачник! Ты даже повеситься не можешь нормально!

Борис.
Потому что ты не даёшь мне решать дела самостоятельно!

Вероника.
И не дам! Тут всё на мои деньги куплено, и верёвка тоже! Купи свою и вешайся на здоровье!

Борис поднимается, отряхивается, осматривает себя.

Борис.
Отпусти меня, прошу!

Вероника.
Чтобы ты опять гулеванил! Я не Ленка! Ей кабаки и побрякушки нужны! А я на тебя три года своей жизни угробила!

Борис.
Когда была Ленка, мы ещё не встречались!

Вероника.
Да, но я уверена, ты до сих пор её любишь! И кроме неё, проституток всяких, грязных водишь! Развратник! Тварь!

Она продолжает хлестать Бориса веревкой, но формально без усердия. У того вдруг идёт из носа кровь. Вероника ахает, всплескивает руками и торопится к холодильнику, набирает кубики льда в пакет, усаживает мужчину на кровать, прикладывает холод к переносице, поглаживая, успокаивая его, бормоча добрые и нежные слова. В суете они не замечают: в квартиру проникает новая женщина. Она слишком высокая, прямо монументальная, с маленькой грудью, очень широкими бёдрами в коричневом платье до пят. Крашенная блондинка с нарощенными ресницами, татуажем бровей и губ. Если не приглядываться, то довольно миленькая.

Борис.
Елена?!

Елена проходит на середину комнаты и с интересом оглядывается.

Елена.
Ого! Славный кошкин дом! А где же ты здесь помещаешься, Борюсик? Ой, извините, вошла без приглашения  и стука, дверь оказалась открытой. Я слышала вы расстались?

Вероника.
Пришла посмотреть на чужую, разбитую любовь и позлорадствовать?

Вторая женщина, не обращая внимания на Веронику и её слова, прохаживается по квартире, трогает полочки, вертит колесо.

Елена.
Да, я, собственно, пришла за своим. Борюсик, тебе ведь со мной было лучше! Коты жили с нами, а не мы с ними! Пошли в кафешку, закажем вина и мяса, помнишь, как раньше? Попоем в караоке!

Вероника не выдерживает накопившегося в воздухе напряжения, срывается и с диким индейским воплем кидается на Елену, вцепляется ей в волосы. Чёрный кот испугавшись, запрыгивает в колесо и начинает его бешено раскручивать. Полосатый пробует заскочить к черному, но его постоянно выбрасывает из колеса, однако он с тупым упрямством продолжает туда нырять. Борис разнимает женщин. Слышится визг, плач, ор, грохот и скрип разогнавшегося колеса, рискующего слететь с подставки. Присутствующие не замечают нового человека, оказавшегося в квартире. Возглас Бориса останавливает все боевые действия разом.

Борис.
Галина?!

Бывшая жена Галина, раздобревшая, ну, прямо, купчиха, сошедшая с картин позапрошлого века. С красными щеками из-за постоянно высокого давления, выразительно наведенными стрелками, подправленными в зеленоватый цвет веками и бардового цвета вампирскими губищами. За улыбкой она пытается спрятать брезгливость. Отпихивает ногой, попавшегося ей на пути Мурзика, и по хозяйски осматривает мебель, открывает шкаф, роется в одежде.

Галина.
Ничего здесь моего нет? Может, я чего забыла и не забрала?

Женщины перестают драться и с вызовом глядят на новенькую.

Борис.
Ты-то откуда тут взялась? Живёшь за тысячу километров...

Галина величаво, слегка касается ладонью рта Бориса, предлагая тому заткнуться. Строго посматривает на мужчину, указывает пальцем на кошек и женщин.

Галина.
Боренька, объясни мне, что это за шалман домашних животных?

Борис.
Мы развелись шесть лет назад и я имею право жить так, как хочу!

Галина.
Да, но не по-скотски! И не наводить полный дом шалав! А если они обобьют мой шкаф?

Борис.
Это мой шкаф! Я приобрёл его на свои кровно заработанные деньги!

Вероника.
Какие свои!? Забыл, сколько я тебе добавляла?

Галина.
Попрошу не кричать на моего мужа!

Елена.
Какой он вам муж!? Он обещал жениться на мне!

Вероника.
И на мне тоже!

Женщины теснятся, размахивают руками, ругаются и чуть ли не впиваются друг дружке наманикюренными ногтями в глотки. Коты, стрессуя, дружно запрыгивают в колесо и начинают крутить с удвоенной силой. Поднимается гвалт и скрежет.

     Борис на цыпочках выходит в коридор, собирает небольшой рюкзак, просматривает авиабилеты, шепча: основной парашют не раскрылся, дергаем запаску! Запирается в ванной и звонит по телефону. Через несколько минут он тихо одевается, вешает ключи от квартиры на гвоздик и незаметно выскальзывает на улицу. Там его ожидает маршрутное такси до аэропорта.

     Женщины продолжают спорить и уже чуть ли не дерутся. Их останавливает настойчивое покашливание. Они оборачивается на звук. В комнате стоят три полуголые, вульгарно раскрашенные девицы, с ними женщина постарше в строгом костюме, вся увешаная золотом, по виду мамка.

Мамка.
Эээ... У вас дверь нараспашку. Девочек вызывали?

И не находя среди них мужчины, выдерживает некоторую осторожную паузу, потом, словно сообразив нечто, уверено продолжает.

Мамка.
Если женщина с женщиной, то берём в два раза дороже.

Девицы удивлённо и недовольно смотрят на свою патронессу. Та сурово им кивает. Они жалобно вздыхают и улыбаются, переминаются с ноги на ноги,  принимая обольщающие, по их мнению, позы, желая, как говорят в народе,  показать товар лицом.

Немая сцена.