Чужая боль. 13 часть. Смерть подростка

Вечер разливал свой малиновый аромат над деревней, обильно сдабривая его соловьиными трелями. Кое-где еще цвела сирень, которой была обсажена каждая усадьба. Небо, украшенное рассыпавшимися звездами, словно замерло в ожидании месяца. Тишина. Покой. Ни с чем не сравнимая  прелесть летней ночи.

 Дмитрий шел на свидание с девушкой, заранее ощущая дрожь во всех членах. Он нисколько не сомневался, что сегодня будет "продолжение банкета", и это настраивало парня на определенную волну. И что, что они не дождались свадьбы? Все равно Галка будет всегда принадлежать  только ему, и он, он один будет целовать ее тугие девичьи груди, ласкать все ее красивое тело, такое упрямое и потому еще более желанное! А потом... Дмитрий даже остановился, чувствуя, как судорогой сводит тело желание. " Я хочу тебя, хочу! - шептал он, едва справившись с накатившей горячей волной. - Сразу к тополю! Сразу!" Он пошел быстрее и вскоре услышал девичьи голоса.

По дороге шли девушки, освещаемые выглянувшим месяцем. Прислушавшись, молодой офицер понял, что это Галкины подруги. Наверное, и она с ними. А, может, и нет! Может быть, она ждет его, только его? Зачем ей какие-то подруги? Он вспомнил близость  с другими женщинами: ни одна из них не шла ни в какое сравнение с робкой, волнующей любовью Галки, Галочки, Галюши! И он у нее - первый! Так и должно быть! Это не просто радовало, это возбуждало настолько, что Дмитрий опять вынужден был остановиться и дрожащими руками достать сигарету. Закурив, немного успокоился и стал поджидать идущих  навстречу девчонок.

-  Здравствуйте, девчата! - вышел из темноты молодой человек. - Долго идете, я вас тут уже заждался.
-  А ты по привычке всех ждешь или кого-то одного? - усмехнулась в ответ Надька.
-  Надя, я что-то не понял твоего настроения, - глубоко затянувшись, ответил Дима. -  Я жду вас всех, чтобы похитить самую, пардон, лучшую из вас! - он как-то по-хозяйски обнял Галку.
-  Подожди, Митя! - остановила его Тимохина. - Некоторые ее тоже только сегодня увидели. Так что, придется тебе с этим смириться. Мы идем на танцы. Хочешь, идем  с нами, а нет - извини!
-  Гал, ты-то что молчишь? - повернулась к подруге Надежда. - Ты с нами или с ним?
-  С вами, с вами, девочки! Я думаю, нам всем по пути? - посмотрела она на Дмитрия.
-  А может, мы пойдем к нашему тополю? - удивленно и несколько неуверенно предложил тот: он никак не ожидал такой встречи.

Галя отрицательно покачала головой.
Но ни на танцы, ни в Школьный парк молодые люди сегодня не попали. Не успели они, встретившись,  сделать еще и нескольких шагов, как услышали какой-то необычный хлопок, громкий и страшный.

-  Ой, Господи, что это было? - первой подала голос Зоя Головлева: она училась в Белгороде и приехала недавно, как и Галка, на каникулы.

-  Это выстрел, - спокойно произнес Дима, - и похоже, из ружья.
-  Да у нас и ружей-то ни у кого нет, - недоуменно пожала плечами Надька.
-  Есть! Есть ружье, у нашего "Бедняка"  есть ружье, - вдруг вспомнила одноклассница Галки, Зоя, тряхнув густой каштановой челкой. Убрав с плеча тяжелую косу, продолжила. - Ему положено, он же объездчик.
-  А что это он ночью стрельбу открыл? - Дмитрий был явно озабочен. - Вот что, девочки, пойдемте-ка на выстрел! Не нравится мне все это. Вдруг там кто-то ранен?-  Скажешь тоже! - усмехнулась Надя.
- Что это тебе, война или учебка?
-  Не скажи! - бросил окурок Дима и быстро пошел в сторону прогремевшего выстрела.   
-  Тимохина, а что это ты рванула за Димкой? - дёрнула за руку приехавшую из Германии девушку Надька. - У него невеста есть, почти жена, так как свадьба скоро... А ты что, забыла или не знаешь об этом? Думаешь, надела белые брюки  германского производства и красную блузку и стала первой леди? Во даёт второгодница! А ты что молчишь, Галь? - повернулась она к Серебрянской.
-  Прекрати, Надь! Там, может, кого-то застрелили, а ты с этой ерундой... Скорее, девочки, скорее!
Девушки торопливо бежали следом. Около дома Бедняковых никого не было. Только у самого крыльца стоял, опираясь двумя руками о крылечные столбы, какой-то паренек. Подойдя совсем близко, Галка узнала в нем Женю, двенадцатилетнего сына  санитарки Татьяны Васильевны. Из его груди текла кровь.

-  Женя, Женя! - позвала девушка, но мальчик молчал.

Отодвинув Галку, Дмитрий скинул на землю пиджак и порвал свою белоснежную рубашку. Обмотав ее раненого ребенка, парень отправил Зойку в больницу: девушка сказала, что мать Жени сегодня в смене.

-  Надя, бегом  к Виктору Еськову, он же водитель машины скорой помощи?
-  Он, а кто же? - ответила девушка и бегом побежала к дому Еськовых.
-  Вы обе, - повернулся офицер к Тимохиной и своей невесте, - оставайтесь рядом с мальчиком, а я пойду к этим Бедняковым. Надо же найти виновника.

Но в доме никого не оказалось.

-  Нет никого, - вышел на порог Дмитрий. - Кто же стрелял? И где ружье?
-  Стрелял, наверное, Лешка! Больше некому: дядька Ваня с теткой Настей, небось, в Шалашах под лесом, а Лешку дома оставили, как старшего из детворы, - предположила Галка. - А вон и скорая мчится! Молодец Надька! Быстро справилась!
-  Что тут у вас?  - выскочил шофер.
-  Огнестрельное ранение. Немедленно к хирургу! - отдавал распоряжения Дима, когда мальчика осторожно положили в машину.
-  Я не могу один, без врача, - начал было Виктор, водитель скорой, но Дмитрий перебил его.
-  Дорога каждая минута! Не заезжай к Луговой, мчи скорее в районную больницу!

Виктор понял ситуацию. Развернув машину, он помчался к шоссе. Фары выхватили из темноты бегущую навстречу машине женщину. Это была мать Жени. На секунду остановилась машина скорой помощи забрать кричащую от горя Татьяну Васильевну и, не сбавляя скорости, помчалась в районную больницу, разгоняя горящими фарами темноту ночи.

Надев пиджак, опустился на корточки Дима и достал сигареты.

-  Дай закурить, Дим! - вернулась от дома Еськовых Надька. - Как думаете, успеют? - вытащив из протянутой пачки сигарету, спросила она,
-  Надо надеяться на лучшее! - за всех ответил Дмитрий.
-  А ты молодец, Димка! Я тебя даже зауважала, - закашлялась Надька. - Крепкие куришь, мужские.
-  А я, по-твоему, кисейная барышня? - невесело усмехнулся  молодой офицер. - Девчонки, вы-то что молчите? - обнял он обеих Галок. - Испугалась, принцесса моя? - поцеловал он невесту.
-  Я никогда не видела так близко смерть, - поежилась Серебрянская.
-  Ну, какую, на хер, смерть, Галь? Ну, не каркай ты! - разозлилась на подругу Надька. - Может, все обойдется! Где же этот малолетний охотник за дичью?
-  Вы обратили внимание, как текла кровь? Как вода из носика чайника, - закрыв руками лицо, прошептала Галка. - Как из носика чайника...
-  Ну, ты, блин, скажешь! - сплюнула в траву Надька. - А вообще, правда, как из чайника, - внимательно посмотрев на невесту офицера, вдруг согласилась она. - Ты прямо, как в воду смотришь.
-  Вот вам и танцы - манцы - зажиманцы! - проговорила молчавшая все время Тимохина. - Где же Лешка? А Зоя не пришла? Что она, в больнице, что ли, осталась? А может, ей плохо стало?

Но Зойку привез несколько минут спустя участковый милиционер, приехавший этим вечером навестить мать.

-  Ну, ребята, будем давать показания, - поздоровавшись, произнес он, оглядывая стоящую у дома Бедняковых молодежь. - Головлева мне рассказала, что ОНА видела. Теперь вы по очереди.
-  Да мы же шли все вместе и видели то же самое, - вышла вперед Галина Тимохина, которая по возрасту была старше других.
-  И все-таки каждый говорит  только о том, что видел лично, - отрезал Владимир Михайлович. - Итак, Серебрянская Галина Павловна. Я вас слушаю...

Ложась спать, Галка загадала: если Женя выживет, все у них с Димой будет хорошо, если нет - умрет их любовь.  "А какой молодец все-таки Димка! Сделал все быстро и правильно! И рубашку свою порвал, не пожалел, молодец!" - восхищаясь своим любимым, засыпала, свернувшись калачиком, Галя Серебрянская в своей уютной теплой постельке.

-  Слыхала новость, Варечка? - пришла к Серебрянским утром сестра хозяйки, Татьяна Семеновна, выгнав  на пастбище корову.
-  Тише, Тань, Галка спит! - зашипела на нее Варвара Семеновна. - И что ты ни свет ни заря орешь не благим матом?
-  Да она же его и спасала, Галка твоя!
-  Кого спасала? - ахнула хозяйка. - Диму?
-  Нет, Дима тоже был там! Очень хвалит его Вовка Мишкин, участковый наш.
-  Совсем ты запутала меня, сестра! Говори толком!
-  Что, теть Тань, не довезли до больницы Женю? - вышла из своей комнаты разбуженная теткой Галя.
-  Нет, дочь, не довезли! Одна капля пути осталась, в Княжевке помер, - заплакала тетка. - Ой, горе-то какое Татьяне! Женика ее Лешка Бедняков застрелил, насмерть застрелил, - сквозь слезы пояснила она ничего не понимающей Галкиной матери.
-  А Галя моя причем? - недоумевала Варвара Семеновна, перекрестившись.
-  Да они же все вместе в клуб шли вчера, а тут - выстрел! Ну, они и побегли в ту сторону, где выстрел прогремел...
-  А сам-то "Бедняк" где был? А Настя?
-  Где? В Шалашах, под лесом, где же им быть-то? На работе.
-  А ружье почему дома оставил? Да еще заряженное?
-  Да что ж ты ко мне привязалась, как банный лист? "Почему да почему"? Ну, я откудова знаю? Теперь Лешка вот пропал, нигде найти не могут...
-  А сами Бедняковы знают о горе этом?
-  Теперь уже знают! За ними Головлев еще ночью верхом поехал!
-  Вот горе-то, вот горе! Галя, а ты что же мне с вечера ничего не рассказала? - позвала дочь Варвара Семеновна, но ответа не дождалась.
-  Заснула, небось! Ну-ка такую жуть перенести на глазах, можно сказать! - сокрушаясь, качала головой тетка Таня. - Ну, нехай поспит... Пашка, вон, с рыбалки идет, - выглянула она в окно. - Что-то он рано нынче...
-  Знаете новость уже? - поздоровавшись, спросил Павел Андреевич.
-  А ты откудова узнал? Лягушки, что ль, наквакали? - ответив на приветствие, повернулась к свояку Татьяна. 
-  Нет, не лягушки. "Бедняк" ко мне подходил, спрашивал, не видал ли я Лешку его...
-  Вот окаянный! Из его ружья мальчонку застрелили, а он ходит, Лешку своего, убивца этого, разыскивает, - возмутилась тетка Таня.
-  Ты глупости не пори! - одернул ее хозяин дома. - Что же ему теперь  на сына наплевать? Пусть пропадает пацан? Еще неизвестно, как оно случилось.
-  А кто же теперь скажет? Женика Танькиного уже нету в живых, а этот переросток будет все отрицать, - не сдавалась Татьяна.
-  Вот найдут Лешку, тогда и видно будет, - поставил точку в споре Павел Андреевич.

"Значит, так тому и быть! - думала Галя. - Умер Женя, умерла и наша с тобою любовь, Димочка! Может, даже и лучше, что я ничего тебе не сказала об этой Клавусе! Пусть время нас рассудит!" - она закрыла глаза, но картины прошлой ночи не шли из ее головы.

Рядом со смертью все становится незначительным, неважным, второстепенным. Сегодня она с Тимохиной уедет в Сочи, а поговорит с Димой, когда вернется.