Цветаева. Причины самоубийства

Цветаева. История гибели
Если Пушкин -   это стихия и форма из французского  языка,  Лермонтов – из английского, то Цветаева – из немецкого, первого из ее языков, потом  - русский и французский.
    Цветаева не понята ни современниками, ни во  многом и нами, наследниками. Потому что быть ее наследником не удалось никому. Когда ее ставят обычно рядом с Ахматовой, это -  не рядом. Ахматова  -  классически совершенна. А  что такое классика,  по определению? Образец. Стало быть, рамками данного ранее образца -  ограничена. У  Цветаевой  - безграничность.  Да,  порой выходящая за рамки  хорошего    вкуса. А, может быть, раздвигающая эти рамки.  Она одинока на той вершине, которую позволяет  и даже навязывает гениальность, сочетающаяся с полной безоговорочной бескомпромиссностью. Здесь она так же одинока, как веком ранее был одинок Лермонтов – единственный из русских поэтов, с кем ее можно сопоставить.
Вопрос смерти, этой главной непоправимости бытия,  мучил ее всю жизнь. Весьма недолгий период, в 11-12 лет, она была верующей, находясь в католическом пансионе Лозанны. Следующий, протестантский пансион в Фрейбурге сделал ее окончательно неверующей и даже протестующей  -   простите невольную тавтологию - против веры, настолько атмосфера его была чужда ее натуре. В   16 -   вставила в киот портрет Наполеона. В письме к Розанову от 7 марта 1914 пишет: «Я скажу Вам одну  вещь, наверное, для Вас    ужасную: я совсем не верю в существование Бога и загробной жизни». Этим же мотивом проникнуты многие ее стихи  1920, в «Поэме конца» (!924)сказано и вовсе резко:  «Паром в дыру ушла пресловутая ересь вздорная, именуемая душа».  Цветаева говорит: «В самоубийстве  тело - главный герой, то есть только   телу бывает страшно». На   два главных   самоубийства  - 1925, Есенин и 1930, Маяковский - Марина Ивановна откликнулась циклом из 7 стихов, где не понято ничего. Что не   удивительно: Есенина она видела мельком в мае 1922 в Берлине и ничего   о нем не знала. Хотела написать поэму, просила Пастернака сообщить ей самые минимальные сведения:   когда и где родился. Поэма не вышла, материала не было. Маяковский,  коего знала, тоже был не понят и мотив суицида виделся Марине Ивановне в его общеизвестном «Любовная лодка разбилась о быт»:
«И полушки не поставишь
На такого главаря.
Лодка-то твоя, товарищ,
Из какого словаря?
Фуражечку б на бровишки
И -   прощай, моя джаным.
Правнуком своим проживши,
Кончил – прадедом своим».
Поэт будущего осужден ею за дворянско-вертеровский жест и, стало быть, у нее таких  мыслей не должно даже возникнуть. Но о  смерти - думала:(3.5.1913)
Идешь на меня похожий,
Глаза устремляя  вниз.
Я их опускала тоже.
Прохожий, остановись!
Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь.
Легко обо мне  подумай.
Легко обо мне забудь.
И в том же 1913:
К вам всем — что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои?!-
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.
За то, что мне прямая неизбежность —
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,
За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру…
— Послушайте!- Еще меня любите
За то, что я умру.
Потом, в 1920, отношение  к смерти  становится совершеннейшим реализмом:
Смерть – это нет.
Нет -  матерям.
Нет – пекарям.
Выпек – не съешь.
Смерть – это так:
Недостроенный дом.
Недовзращенный сын.
Но о  суициде -  не возникало! После окрыляющей похвалы М.А.Волошина на первую ее книгу «Вечерний альбом», сдержанная от Гумилева на вторую, «Волшебный фонарь» вызвала дерзкий  ответ: «Я не из Цеха, я сама!» Да, она сама и ее дом, купленный ей отцом в 1913, который А.Н.Толстой назвал за бесшабашное   веселье «обормотником», стал центром кружка почитателей ее таланта. И первая  любовь ( май 1911), Сергей Эфрон, которому  уже в октябре она «в вечности жена, не на бумаге», а в январе 1912 с ним обвенчана, и дочь Ариадна, радость и гордость – такой талантливый ребенок!  - всё обещает счастье на всю жизнь. Ее лучший   в мире муж, почти мальчик, еще не окончивший гимназию,  к которому она питает лучший   вид любви, описанный потом Пастернаком  в его романе – смесь женской и материнской, станет потом причиной всех бед и виновником гибели семьи. А все его лучшие качества -   честность, фанатичная преданность, мягкость и душевная деликатность – о которых  писала в октябре 1911 Марина:
«Я с вызовом ношу его кольцо…
В его лице я рыцарству верна
Всем тем, кто жил  и умирал без страху.
Такие -  в роковые времена –
Слагают стансы и идут на плаху»
станут  ненужными  для жизни. Для  другой жизни:
Красных коней запрягайте  в дровни.
Графские вина  пейте из луж.
Продавайте на вес часовни.
Стойла -  в соборы, соборы- в стойла.
«У   меня нет будущего, нет воли. Мне кажется, лучше умереть. Если Сережи нет в живых, я не смогу жить. Всё чужое. Мы с Алей такие брошенные. Зачем длить муку?» Дочь не отдает в советскую школу : учиться новой орфографии? И сама демонстративно пишет по старой. Но не  всё вокруг чуждо: есть рядом  театр ( будущий им. Вахтангова), Завадский (письмо Сергея Волошину 1923  об этом   увлечении: застает их в свой краткий тайный приезд ), даже  четыре пьесы написаны для него; близкий духовно Владимир Алексеев ( про него особенно грустно -  уехал в 1919 на Украину  и пропал, бесследно), всё, что сохранилось о нем -  только  из «Повести о Сонечке».  Дружба  с женой Скрябина Татьяной Феодоровной Шлёцер, и дружба дочерей, обе Ариадны. И одновременно бессмысленная работа  в Наркомнаце ( «Мои службы») . Сестра Аля  в голодном Крыму. Марина умоляет Илью Эренбурга, знакомого еще по дому Волошина,  при его отъезде заграницу в июне 1921, найти там Сережу, он с  декабря 1917  в Добровольческой армии. Читает свой цикл «Лебединый стан» (1917-1921) красноармейцам. Они  в восторге – думают, это их доблесть восхвалена. Но Сергей о Ледяном походе ( 80 дней, 1000 км, Ростов-Екатеринодар, 40 боев, погиб генерал  Корнилов): И кто мы были: герои или душегубы? И те, и те.
На кортике своем: Марина —
Ты начертал, встав за Отчизну.
Была я первой и единой
В твоей великолепной жизни.
Я помню ночь и лик пресветлый
В аду солдатского вагона.
Я волосы гоню по ветру,
Я в ларчике храню погоны. (1918)

Пал без славы
Орел двуглавый.
— Царь! — Вы были неправы.
Помянет потомство
Еще не раз —
Византийское вероломство
Ваших ясных глаз.
Ваши судьи —
Гроза и вал!
Царь! Не люди —
Вас Бог взыскал.(1917)

Плохо сильным и богатым,
Тяжко барскому плечу.
А вот я перед солдатом
Светлых глаз не опущу.
 С 18.1.18 до 7.21 нет  известий о  муже. Наконец летом 1921 письмо. И –сразу  потоком - цикл стихов Марины «Благая весть»:
Жив и здоров!
Громче громов
Как топором
Радость!
Проигравший – самый беззащитный. Она с юности против   формулы «Победитель всегда прав». Упал – прав!  С 15.5.22 по пути  в Чехию– Берлин, 77 дней. Роман с Абрамом Вишняком ( «Чувствую себя Вашей, как никогда ничьей»). Она написала Пастернаку на его «Сестра моя жизнь», а он на ее «Лебединый стан». Огромное счастье - найти равного  себе. И еще умного    критика -  Александра Бахраха. Через  Пастернака начинается  переписка с Рильке, первым поэтом Европы.
Чехия. Наконец семья воссоединилась. Ей приходится рассказать о гибели 2- летней Ирины. И тут же: У нас обязательно будет сын! Однако  впервые Марина без вечной преданной няни. Быт организовать категорически не умеет. Их без конца выгоняют хозяйки, вплоть до  вызова полиции, за тот бедлам, в который она превращает арендуемое жилье. Картина рождения Мура впечатляет. Ее нам оставил врач- акушера, пришедший 1 февраля 1925  в день рождения Мура: «… обстановка была такова: один угол занимали книги, лежавшие  плашмя друг на друге до потолка, другой угол был занят грудой мусора.» Вообще ведро с мусором, стоящее и посреди комнаты, фигурирует во многих воспоминаниях о Цветаевой. Марина с папиросой в зубах (а курит она с 17 лет), встретила его улыбкой: «Вы опоздали, я только что родила». По поводу Мура. Александра Захаровна Туржанская: Мур - сын Сергея Эфрона, по датам. По фото – похож на Константина Родзевича в его  детстве. Сергей принял без оговорок как сына. Но  все знают благодаря  стихам   Марины про ее страстный роман  с Родзевичем.
«Поэма горы» – написана за несколько  дней  января 1924. Петршин холм – место для   чешских  влюбленных  святое. Для  Марины – символ. Как и сам Родзевич. «Она меня выдумала». Никогда не писал, не давал комментариев: Читайте Цветаеву. Она сказала лучше меня». Да, сказала еще  в  «Повести о Сонечке»:
Володечка, знаете, для чего   существуют поэты?  Чтобы не стыдно было говорить самые большие  вещи».
Потому Родзевич молчит. Марина – говорит.  Своим любимым enjambement:
Достаточно дешевизн.
Рифм, рельс, номеров, вокзалов.
Любовь – это значит жизнь?
Нет, иначе называлось
У древних. Итак, лоскут
Платка в кулаке как рыба.
Так едемте. – Ваш  маршрут.
Ад, рельсы,  свинец. На выбор.
Когда женщина  любовь приравнивает к смерти – это  пугает.
Нам, птицам безвестным,
Челом Соломон
Бьет, ибо совместный
Плач больше, чем сон.
И в полые волны
Мглы – сгорблен и равн –
Бесследно безмолвно
Тонет корабль. (1.2. – 8.6.2024).
Так  заканчивает поэму Марина. В ней -  перекличка  с Маяковским, невольная:
Вы думаете : любовь-
Беседовать  через столик?
Часочек – и по домам?
Как те господа и дамы?
Любовь – это значит… - Храм?
Дитя, замените шрамом.
«Письмо товарищу Кострову из Парижа о  сущности   любви»(1928):
Любовь – это с простынь, бессонницей рваных
Срываться, ревнуя к Копернику.
Его, а не мужа Марьи Иванны
Считая своим соперником.
А  у нее - «Попытка ревности»  (1924):
Как живется вам с простою
Женщиною? Без божеств?
С пошлиной бессмертной пошлости…
Как живется вам с любою…
Как живется вам с подобием –
Вам, поправшему Синай!
Как живется  вам  с чужою, здешнею…
Как живется  вам  с товаром
Рыночным?
После мраморов Каррары
Как живется  вам  с трухой…
С женщиною без шестых Чувств…
Как живется, милый,
Тяжче ли. Так же ли,
Как мне с другим?
Родзевич однажды пресек разговор неблагосклонным отзывом о Цветаевой. И больше никогда о ней не говорил. А труха – это Мария, дочь Сергея Николаевича Булгакова, того  самого, с картины Нестерова «Философы».
Запись от  5.12.23 в ее черновой тетради «Тезея»:
Жизнь моя в жизни, т. е. в днях  и местах  не удалась. Думаю, 30 летний опыт (ибо не удалась сразу) достаточен. Причин несколько. Главная в том, что я – я. Вторая – ранняя встреча с человеком из прекраснейших прекрасным, долженствовавшая быть дружбой, а осуществившаяся  в браке». Она дает  и литературное объяснение: «Ты первый Арлекин в жизни, в которой не счесть – Пьеро». В итальянской commedia dell’arte Арлекин  хитрец, умеющий выходить из самых трудных положений (  что и доказал потом своею жизнью), Пьеро – простак, даже глупец. Кто на сцене был Пьеро в те годы? – Вертинский. В Шанхае в таком беспроигрышном бизнесе, как ресторанный, он  сумел  прогореть!
Что ж, Родзевич, хоть и важный, но все же эпизод, закончился. Увы, с Рильке не случилось даже встречи: сгорел от быстротечного рака крови 26 декабря 1926.  Остались двое главных   мужчин  ее жизни: муж и сын. С 8- месячным Муром переезжают в Париж: там русская диаспора, там больше  возможностей печататься. А главное, у Сергея закончилось выдаваемое правительством Томаша Масарика «иждивение». Жить в Чехии не на что.
Париж. Сергей -  член редколлегии журнала  «Своими путями». Там же – Марина, с 7.1926 – журнал «Вёрсты». Оба в редакции.  Русский демократический студенческий союз. Евразийство. Отзыв митрополита Антония ( Храповицкого): «Это  - современные Хомяков, Киреевский, Аксаковы К.С., И.С». Установлено, что с 1931  служит  в ОГПУ. Искренне или из выгоды  служить злу -  что это  меняет? Однако она в журнале  «Русские записки»  и «Современные записки» зарабатывает 600-800 франков., он получает от органов  1500- 5000 франков. Сергей тоскует по России, он в «Союзе возвращения на родину». Там разные кружки, хор, оркестр. Марина ему : Той России – нет! Он ей: Ты мещанка, не способная понять время.
НО!  Умна –то  как раз  Марина. Задолго до них всех  поняла: коммунизм =фашизм.  Мур потом в дневниках пишет о  бесконечных ссорах и скандалах  в семье. Сергей уже живет на два дома. У него  есть любовница, и, м.б., не одна. В июне 1935  - Антифашистский конгресс. Так надеялась увидеть Пастернака. Но это была  - невстреча. Поговорить по душам не получилось. Аля уже в Париже отошла от нее. Любит отца, верит ему. В марте 1937 уехала в СССР, пишет письма о  прекрасной жизни  в стране Советов.4 сентября убит  Игнатий Рейсс. Дмитрий Сеземан ( друг Мура) пишет: у С.Эфрона благодушное удовлетворение по Рейссу. Сначала это не взволновало французскую  полицию: волки от испуга скушали друг друга. Однако была установлена связь с похищением Евгения Карловича Миллера,  царского генерала. Аресты. Сергей скрылся, буквально  выскочив из такси. Шофер -Родзевич. Те, кто ранее подозревал мужа Цветаевой, теперь удостоверились. Ей везде отказывают, на литературные вечера не приглашают . Эмигрантская пресса называет Эфрона «злобный заморыш, темное насекомое, делец, их газета «Евразия» стала на путь большевизма, они готовы  ордами залить Европу, они издеваются над  европейской культурой». Она начинает понимать:  если добровольно не уедет, то увезут в СССР.  В 1917 она писала: Буду ходить  за Вами  как собака. В 1938: Вот и пойду как собака. Она плачет: неизбежно всё. После его бегства подает прошение о возвращении. М.б., ей приказали.  16.6.1939 отправляются из Парижа в Гавр.
Сергей Эфрон провалившийся агент. Отработанный материал. Аля арестована первой. Август 1939. Следом  муж.  Сестра Анастасия  и ее сын Андрей давно были в лагерях. Остался последний, любимый до безумия Мур – Георгий Эфрон. Ему 14. Он красив, талантлив, умен. Он, поначалу   веривший отцу,  быстро понял про жизнь  в СССР. В 1936   вышла книга «Возвращение из СССР» его любимейшего  писателя Андре Жида, чей роман «Фальшивомонетчики» (1925) он увез  с собой в Москву и перечитывал. Здесь он не имел возможности даже идти в школу, в 9й класс. Она писала отчаянные письма Фадееву, его заму Павленко  - не столько  о себе, сколько о сыне. Что он без конца болеет, что, не имея пристанища,  он сменил уже 8 школ, и  несмотря на это, учится хорошо ( она особенно подчеркивала этот момент). В Елабуге ему предлагают только место ученика токаря. Он  согласен  и на это. Марина Ивановна  хочет для него другой судьбы. Она уже ничего  для него сделать не может. И   тогда ей, как когда-то  перед приездом в СССР мечталось, что ее примет Пастернак, и они будут жить на его даче в Переделкине ( он же имеет 5 комн.квартиру в Москве, в Лаврушинском), так теперь ей, загнанной, боящейся, что могут взять как ЧСИР, представилось единственным выходом отдать сына в  семью  обласканного советского поэта-вельможи Николая Николаевича Асеева. Даже в эвакуации они купаются в довольстве, едят гусей, покупаемых на рынке – невероятная роскошь в военное время – за что получили прозвище Гусеевы. Она пишет ему письмо с просьбой усыновить Мура -    ведь у них с женой, прославленной супругом-поэтом Окжемир ( Оксана  жемчужина мира) нет детей. Они богатая бездетная пара.. Хорошо, что дальнейшее она уже не узнала. Мур пробыл у Асеевых… 10 дней. А потом они сдали его  в детдом. Сохранились подлинные слова жены Асеева на просьбу взять к себе  сына:
- Вот  еще! Сделала нам одолжение.
А Цветаева, решаясь на самый  страшный шаг, делала его  - для сына.  Это было не   самоубийство – это было самопожертвование. Может быть, за это Довлатов назвал ее клинической идиоткой, а он умел давать точные характеристики, так что присмотримся: когда они ехали в СССР, Марина Ивановна почему-то решила, что будут жить  в квартире Пастернака: у него же большая квартира в Лаврушинском переулке, в Доме  писателей, а живет он в основном на даче  в Переделкино. Но Зинаиде Николаевне такой вариант и в голову не приходил. Было в Цветаевой это романтическое принятие желаемого за действительное. И с Асеевым – то же.
Вообще она жизнь свою  прожила под знаком:
Человечество только и живо
Бескорыстной  порукой любви.
Эту строку из стихотворения малоизвестной поэтессы она считала  лучшей в ее графоманском творчестве, а для  себя оставила как лозунг, как принцип