Фёдор Михалыч и семки

Голос автора: Вечер. Лавочка у подъезда. Колян и Тоха сидят, лузгают семки. На Тохе - спортивные штаны «Абибас» и кепка-таблетка. На Коляне - тёртая косуха.

Тоха: Слышь, Колян, а ты читать-то умеешь?

Колян: Ты чё, погнал? Я в школе, до девятого бычил. Пока не выгнали.

Тоха: А чё выгнали-то?

Колян: За Толстого. Сказали что я «альтернативно одарённый». Что, моя трактовка «Войны и мира» не соответствует трактовке нормальных людей. Типа Наполеон, говорят, не фраер был, а стратег. А я им: если б Наполеон к нам на район приехал, ему б шементом объяснили, кто тут Бонапарт. Ну и всё, слово за слово, закусились. Завуч сказала, что у меня не трактовка, а диагноз.

Тоха: Засада. А я вот вчера думал. Сидел, по пивасу прошелся, и думал. Про современную литературу.

Колян: Про чё?

Тоха: Про чё, про чё! Про книги, блин. Раньше же как было? Писатели эти, классики, страдали фигнёй. Высасывали свои прогоны из пальца. «Бедная Лиза», блин, утопилась из-за любви. Ну не дура? Нашла бы пацанов нормальных, они б тому обидчику стрелу забили, люлей наваляли. Может, и жила бы до сих пор. А то сразу бултынь в пруд - ну реально овца.

Колян: Да вообще без базара, братан. Или Гоголь этот. Помнишь? «Шинель» написал. Мужик новой шмоткой прибарахлился, и её сразу сняли. Жизненная тема? Конкретно жизненная. Я сам в прошлом году новые «абибасы» купил, хлоп, через день на соседнем районе сняли. Ну так я ж не умер, как этот Акакий, блин, Акакиевич. А на следующий день уже я пошёл туда с нашими братанами, нашёл этих пацанчиков, слова подобрал правильные. Вернули, ещё и извинились.

Тоха: Во-во. Или Пушкин. Чувак вроде в авторитете был. А его тоже грохнули в итоге. Шмальнул то ли лягушатник, то ли немчура недобитая. И кранты. Не добазарились пацаны.

Колян: Ну да. Не смог Пушкин вопрос перетереть. А если б не стихи писал, а по понятиям базарить учился, глядишь, и пожил бы дольше. И чуваку этому, Дантес вроде, быстро бы объяснил, что сразу из волыны палить - это не по-пацански. А то - «я помню чудное мгновенье». Кому это надо? Ты чё, стихи бабе читать будешь? Бабе надо чётко объяснить: или ты со мной, или иди гуляй, чувих на районе полно. И никаких мгновений.

Тоха: Точняк. Раньше вся эта писанина была для лохов, которые страдают. А сейчас - ништячок. Берёшь книгу, а там или баба голая, или дракон, или наш пацанчик попал в прошлое и всех там кошмарит.

Колян: О, про попаданцев - вообще тема. Вчера зашёл в «Читай-город», закладку там оставили для меня, искал, ну, не суть. И вижу - пипец. Стоят эти стеллажи. И везде, как ты базаришь, и драконы, и бабы голые. Одну книжонку взял, листанул, а там Вася какой-то, из нашего 2024-го провалился в средневековье.

Тоха: И чё Вася?

Колян: А чё Вася? За неделю всех рыцарей нагнул, открыл сеть шаурмичных и женился на принцессе. И никаких тебе шинелей.

Тоха: Ну красавелло! А принцесса чё?

Колян: А принцесса сначала ломалась, динамо включила, типа «я королевских кровей», а он ей: «Слышь, девочка, иди семок пожарь, прихвати портвешка пузырь и в спальне жду». И всё, любовь! Прям как Юлий Цезарь в древности базарил: «Люблю. Хочу. Буду.»

Тоха: Вот это я понимаю, психологизм. Не то что эти твои классики. Достоевский там. «Преступление и наказание». Чувак старуху топором, хрясь, порешил. Реальная тема, кстати, жизненно. В современной книжке он бы после бабули сразу на зону заехал, там бы авторитетом стал, откинулся и открыл свой бизнес по ритуалке. А тут - сопли на кулак мотают.

Колян: Точняк. Размазня какая-то, порожняк Фёдор Михалыч гонит.

Тоха: Кстати, про бизнес. Я вот думаю: а почему никто не напишет книжку, как наш пацан попадает в мир, где все друг другу должны по понятиям объяснять? Ну, типа альтернативная реальность, где вместо законов - стрелки, а вместо судей - сходняк.

Колян: Так это уже есть. «Заводной апельсин» вроде называется.

Тоха: Не, это пиндосская. Я про нашу книгу. Чтоб со смыслом. Чтоб типа философия. Чтоб Достоевский отдыхал.

Колян: Слушай, а реально. Можно же замутить. Берём реального пацана, кидаем его в девятнадцатый век. И он там начинает всем объяснять, как надо жить. Толстому - что «Война и мир» не формат, надо серию клепать. Достоевскому - что Раскольников мутный лошара, и вообще, тема сисек у тёлки той, что шалавой работала - не раскрыта. А Пушкину - чтоб Дантесу сразу лося в лоб задвинул, а не ждал, пока тот из волыны шмальнет.

Тоха: Ага, а Толстой бы его послал, а наш пацанчик ему: «Слышь, чепушила, ты тут бородой трясёшь, пафос разводишь, а народ в темноте, без понятий в будущем живёт. Иди-ка ты в свою Ясную Поляну, да скрепы эти самые, для потомков сочиняй».

Колян: Ништяк. И название - «Попаданец в законе». Или «Лев Толстой - раскоронован».

Тоха: А ты позырь! Раньше, в 90-х, какие книги читали? Про бригады, про разборки, про житуху. Там хоть слова правильные были: «авторитет», «стрелка», «западло». А сейчас что? «Маг», «артефакт», «портал». Я вчера полистал одну - у них там главный герой вместо того, чтоб по понятиям базарить, машет палкой и несёт шнягу на латыни. Отстой какой-то.

Колян: Ну, может, это у них магия вместо оружия? Типа ствол не надо носить, прогнал заклинание - и готово.

Тоха: Ага, а если у него заклинание даст осечку? Или манна кончится? Что он тогда делать будет? Не, братан, битой валить надёжнее.

Колян: Слышь, Тоха. А я тут подумал: почему бы в нашу книжку всякую нечисть не подселить, чтоб интереснее было?

Тоха: А чё, тема. Пока Толстой землю пашет, вокруг все эти эльфы ходят, распальцованные, «владыки» хреновы. А наш пацанчик им: «Слышь, ушастый, ты пургу не гони, ты ваще кто по жизни?» И эльф сразу зашкерится, понимает, что не прав.

Колян: Или гномам объяснит, что по понятиям делиться надо. А то вечно они свои сокровища стерегут, а в общак не отстёгивают. Жлобы.

Тоха: Во-во. А дракону скажет: «Ты чё разлёгся? Рамсы попутал? Дышишь тут на всех, без маски, про ковид не слыхал? Либо плати за крышу, либо вали в свой Крым». И дракон подумает и решит не связываться.

Колян: Вот такую и замутим. Где всё по-нашему, чисто конкретно. Чтобы никаких этих «любовь до гроба» и «вечные ценности». Чтобы если любовь - то сразу понятно, чья баба. Если ценности - то которые в ломбард сдать можно. А если война - то чтоб без соплей, с разборками и по понятиям.

Тоха: Так в том-то и дело, Колян, что сейчас так и пишут. Но пишут, как тебе объяснить. Нет, понимаешь, настоящего, как его, пацанского духа. Всё понарошку, как в компьютерной игре. Герой там бессмертный, бабы сами вешаются, золото рекой. А где жизнь? Где, блин, ситуации, когда ты на мели сидишь, тебе должны, а отдают нехотя?

Колян: Ну, наверное, потому что это фэнтези. Там всё сказка.

Тоха: А мне не нужна сказка! Мне нужна правда! Пусть жестокая, пусть грязная, но чтоб за душу брало. Чтоб как в шансоне: всё по-настоящему - тюрьма, любовь, разлука. А эти попаданцы, они же как роботы. Попал, нагнул, женился, спит спокойно. Не мучается, не переживает. Где тут искусство?

Колян: Слушай, а ты, оказывается, глубокий. Я думал, ты только про футбол и про пиво. А ты вон куда завернул - про душу, про искусство.

Тоха: Так жизнь заставляет, брат. Сидишь тут, семечки лузгаешь, а вокруг культура пропадает. Раньше вон классику мы в школе проходили - Пушкина, Лермонтова. Стихи там учили. Я, конечно, ни одного не выучил, но знал, что они есть. А теперь наши дети, получается, будут знать только то, как дракон принцессу, ну, это, любил.

Колян: А чё, дракон - тоже символ. Могучий, сильный, огнём дышит. Чем не пацан?

Тоха: Тем и не пацан, что дышит огнём, а базарить не умеет! Ты видел, чтоб в этих книгах драконы с людьми по-человечески разговаривали? Они либо рычат на фене непонятной, либо загадками говорят, съезжая с базара. А нормально, по понятиям, объяснить не могут. Вот в чём беда.

Колян: Это да. Слабый навык переговорной коммуникации. Сразу в атаку, сразу огонь. Не по-пацански.

Тоха: А бабы эти, принцессы, эльфийки, они вообще странные. То они недотроги, то сразу в постель прыгают. Где логика? Где «ты меня уважаешь?» Нет, сразу - любовь. «Не верю», как Станиславский говорил.

Колян: О, ты и этого перца знаешь?

Тоха: Ну, слышал краем уха. Говорят, мужик был толковый, про театр базарил. Вот он бы точно сказал, что в этих книгах одна фальшь.

Колян: Ладно, Тоха. Что, идём писать?

Тоха: А чё нет? Слышь, а если там всё же эльфы будут, назовём «Бригада и эльфийский косяк».

Колян: А любовь где?

Тоха: А любовь будет. Местная колдунья втюрится в нашего главного. Но он ей сразу скажет: «Ты, это, дурью не балуй, а лучше борща свари. Уважаешь - докажи».

Колян: А дракон?

Тоха: А дракон будет у них охранником. За долю малую. И за уважуху.

Колян: Тоха, ты гений. Погнали прямо сейчас набросаем сюжет?

Тоха: Погнали. Только семечки докурим. Не пропадать же добру.