Странная старушка

Рисунок автора

В двадцатых числах мая командирами было принято решение перевести меня на хозяйство к старшине роты в Лисичанске. Я собрал вещи в своём блиндаже и ждал команду. Почти со всеми сослуживцами попрощался. Сидел на доске, выполнявшей роль лавочки и пил чай с уставными вафлями. У меня был шоколад, но решил оставить его мужикам в моем экипаже. Правда, это был уже не совсем мой экипаж. Меня отправляли в пехоту, в другую бригаду. Не знаю почему так получилось, просто приходилось подчиняться тому безусловному, которое который раз вело меня дальше по дорогам этой войны. Я предполагал про себя, что там такие же люди, возможно, встречу кого-то из знакомых. Хотя, бригада, в которой я числился, как оказалось, по какому-то странному стечению обстоятельств, в двадцати километрах от нас, надо было ехать в Новочеркасск. Как это было мне сделать без денег я не понимал. В кошельке у меня оставалось сто рублей. На эту сумму далеко уехать я не смог бы. С карты все деньги куда-то делись. Пару дней назад я проверил в банкомате, а там на счету ноль рублей. Денежное довольствие мне почему-то не платили. С этим надо было разбираться самому там в Новочеркасске. Куда ещё надо было доехать...

- Что, Учитель, старшину ждёшь?

- Да.

- Он себе сейчас Жигули взял, семерку, цвет "мурена". Ездит как франт, - подошёл меня проводить Угрюмый.

- Прокачусь, - улыбнулся я.

- Кофе есть?

- Найдём. Растворимый только...

- Пойдёт.

Я взял кружку Доширака, прополоскал её водой. Взял пакет с растворимым кофе, который недавно привезли из города, насыпал чайную ложку коричневого порошка.

- Одну или еще?

- Ещё одну, люблю крепкий кофе.

- Хорошо, - я забросил ещё одну ложку кофе. Залил всё кипятком, - есть молоко. Будешь?

- Сгущенка?

- Есть и сгущенка.

- Лей...

Видимо, на запах кофе пришли мехвод и наводчик из экипажа Угрюмого.

- А нам будет кофе?

- Мужики, только одна свободная кружка Тоника...

- У меня своя есть, - Серьга, мехвод ростом под два метра вытащил откуда-то железную кружку и чайную ложку. С широкой и добродушной улыбкой протянул её мне.

- Придется немного подождать. Только налил в чайник воду, - я приоткрыл крышку своего туристического чайника и посмотрел закипает ли вода, - несколько минут...

- Ладно. Значит в пехоту посылают, - спросил Серьга.

- Фиг знает. Говорят, что в пехоту. Возможно, к Валере в его роту.

- Ну, он хороший мужик, - резюмировал Угрюмый.

- В нём я не сомневаюсь. Тут другое дело. Танкистом выжить на войне больше шансов. С кем мы были зимой в пехоте, многих уже нет. Киргиза встретил тут по пути из магазина. Он же теперь командир разведроты. Говорит, что никого уже не осталось из наших. Кто триста, кто двести...

- Да, уж. Ты там береги себя...

- Сложно это на войне, беречь себя. Это как фишка ляжет.

Ещё немного посидели, мужчины выпили свой напиток и пожав мне руку пошли к своему танку. Через час приехал старшина. С ним уехал в город из леса. Конечно, жить в доме лучше чем в блиндаже.

- Что там говорят? Какие новости, старшина?

- Наши Бахмут взяли. Идут дальше, вроде.

- А что по мне?

- Сказали ждать боевое распоряжение. Как только будет бумага из бригады, поедешь.

- Меня отвезут?

- Не знаю. Не доводили...

- Ладно, подожду, что там будет...

- У меня зелёные щи с тушенкой. Будешь?

- Не откажусь...

- Насыпай сколько влезет. Кастрюля вот, - он открыл алюминиевую крышку, - половник здесь. Хлеб сам отрежешь. Но он старый. Свежий ещё не привозили.

- Нормально. Благодарю, старшина.

- Если надо стираться, то машинка на улице. В душе воды нет. Надо натаскать. Знаешь где наша бочка?

- В конце улицы у хозяйства старшины третьей роты была...

- Так точно. Тогда сходишь за водой, как поешь.

- Благодарю...

На хозяйстве у старшины третьей роты во дворе под навесом сидели танкисты. Я разговорился с ними. Поведал о своей проблеме. Один пообещал дать мне взаймы деньги, сколько мне надо будет. Я мог только пообещать, что как только окажусь на связи, то скажу чтобы перевели необходимую сумму на его банковскую карту.

Натаскал воды, постирал в машине свою одежду, повесил сушиться на верёвке под деревьями в саду. Сел на лавочку перед домом и наслаждаясь майскими тёплыми лучами Солнца делал какие-то записи в своём смартфоне. Тем временем домой вернулся старшина от наших обеспеченцев с сумкой продуктов.

- Учитель, у меня хорошие новости. Во взводе обеспечения разжился консервами, яйцами. Сегодня приготовим знатный ужин.

- Хорошо. Чем помочь?

- Пока нет. Я сейчас сам посмотрю что можно сделать.

- На кухне я нашёл несколько килограммов прошлогодней картошки. Она, правда, вялая, но если почистить и подарить с тушенкой, то вполне будет съедобно. Тут даже специи нашёл. Будет не только вкус, но и запах как в ресторане.

- Ты тоже что-ли, как Тоник, в Москве поваром был?

- Нет. Долгое время жил один, научился кое-чему.

- Давай тогда занимайся картошкой.

Уже часа через полтора на столе нашего скромного мужского жилища в большой сковороде шкварчала в масле картошка с тушеным мясом. Российский сыр на украинском хлебе дополнял картину.

- Учитель, ты только сильно не налегай на картошку. Давай так, половину на ужин, а другую часть на завтрак разогреем. Завтра у нас ещё дела...

- Принял, старшина, - если честно, то я думал уговорить эту сковороду уже сегодня. Но мой старший начальник решил поэкономить на картошке, которая начала уже портиться. Возможно, она здесь и не год лежит, а два, судя по виду...

В кружку налил кипяток, закинул туда пакетик Краснодарского чая, взял пару пряников и пошёл пить горячий и тонизирующий напиток на улицу. Через минуту к нам в калитку постучала женщина...

- Помогите! Помогите! Откройте! Помогите, - вроде, как и кричала, но не громко, рыдающим срывающимся голосом.

- Что случилось, - спросил я пытаясь разглядеть в щели забора пожилую женщину.

- Помогите! Он меня убьет!

- Кто вас хочет убить, - я снял с плеча автомат и открыл калитку. К нам во двор быстрым шагом зашла старушка лет под восемьдесят.

- Он меня убьёт! Вот, - она показала запястье поцарапаное по диагонали. Из раны текла одна капля крови. Женщина смотрела на меня с надеждой заплаканным глазами.

Я обернулся на крыльцо, там стоял растерянный старшина и непонимающе смотрел на женщину.

- Учитель, сходи разберись...

- Есть. Пойдёмте, - обратился я к старушке. Та довольно бодро зашагала куда-то в сторону по улице.

Конечно, это какая-то авантюра, думал я тогда. Неизвестно, кто мог подослать эту бабулю к нам. Зачем я пошел за этой старухой? Всю дорогу она причитала одно и то же. Когда мы пришли к её дому, то к нам на встречу вышел небольшого роста тщедушный дедушка лет под девяносто. Когда я его увидел, то понял, что он не способен на то, что рассказывала эта женщина. Мои сомнения оправдались, это не правда. Скорее всего она сама себя поцарапала и решила обратиться к военным чтобы напугать своего деда.

- Что у вас тут происходит, - как можно строже спросил я у обоих.

- Что? Он меня хочет убить, - пролепетала бабуля, уже с каким-то сомнением, - он, он...

- Вы в конфликте? У вас ссора? Из-за чего, - я смотрел на этого дедушку, который может быть живёт сегодня последний день и думал, что вся эта интрига не имеет смысла.

- Мы живем по соседству. Это моя жена, - пролепетал старичок слабым голосом.

- То есть ваш дом здесь, - я махнул рукой в тот двор, откуда вышел дед, - а её двор тот?

- Да, там мой дом.

- Ну и если боитесь смерти, то не ходите в соседний двор к вашему мужу...

- Черт меня дернул жениться на молодой...

- Дедушка, сколько вам лет?

- Девяносто два. Она младше меня на восемнадцать лет...

- Эх, добрые люди, живите в мире! Мне пора, я пошел. Всего вам доброго, - для меня картина происходящего была ясна. Залезать в чужие отношения желания не было.

Я повернулся и пошёл обратно, вспоминая как шли со старухой по этим улочкам частного сектора Лисичанска...

#ДоброволецZ