Собаковедение- 8. Широта души собачьей

Продолжение. Начало см.:
http://proza.ru/2026/09/09/1464

                Статья 8
                Широта души собачьей
      Быть может тот облезлый кот был раньше негодяем,
      А этот милый человек был раньше добрым псом.
                В. Высоцкий - «О переселении душ».
   В 1993г. окончив техникум, я трудился на сталепрокатном заводе. Иногда нас ставили работать во вторую смену, которая заканчивалась в 23.45., а домой я возвращался уже ближе к часу ночи. И каждый раз, заходя в квартиру, я обнаруживал, что Жулик старательно дожидается меня в прихожей. Покрутившись у моих ног, радостно повизгивая и вертя хвостиком он, с чувством добросовестно выполненного долга, шел в гостиную, где обычно спал на кресле или в ногах у родителей.
   Но вот, однажды моя вольная жизнь закончилась и настал тот черный день, когда я распрощался с Жуликом и ушел служить в армию. Меня переодели во все новое, со склада, военное обмундирование. Изрядно пришлось помучится, пришивая погоны, шевроны, петлицы... Затем унылой чередой потекли суровые зимние будни в солдатской учебке. Когда я принял присягу, меня отпустили на денек домой «на побывку». И вот я захожу в родной подъезд, звоню в дверь… Дверь открывают и меня встречает Жулик, смотрит на мою шинель, и с недоуменным видом, пару раз осторожно негромко гавкает. Наверное, сквозь поток незнакомых запахов от новенькой шинели и кирзовых сапог, всё-таки пробивается мой собственный запах, но не настолько сильный, чтобы можно было определить кто именно перед ним.
   - Жулик, дружище, не узнал либо??? – восклицаю я.
   Услышав знакомый голос, Жулик радостно завертел своим крохотным хвостиком, повизгивая засуетился у моих ног… Я погладил и почесал его «за ушком», а он в ответ лизнул мою руку…
   Окончив учебку, я был переведен для дальнейшего прохождения службы в другой регион. Потом отец рассказывал, что всякий раз, завидев на улице солдата или курсанта, Жулик «с радостной рожей на морде лица» кидался к нему на встречу. Подбежав и обнюхав, поняв, что это не я, удрученно отходил обратно.
   Когда я служил «на точке» в Тульской области, к нам перевели из батальона на должность ротного зампотеха старшего лейтенанта Широких. Хотя оному было только 24 года он, как выяснилось, уже был хроническим алкоголиком. Вскоре он завел себе смешного толстенького черного короткошерстного щенка, назвав его «Бегемотом». Оба наших ДОСа, – новый кирпичный и старый деревянный - находились на территории части, и я не раз видел этого щенка близь деревянного ДОСа, в коем жил Широких. Потом щенок исчез. Говорили, что это алкочмо – Широких - убил его спьяну.
   Вскоре наш алкаш завел нового щенка, такого же черного и короткошерстного, как и Бегемот. Назвал его «Бостон». Наверное, щенок ему вскоре надоел, и он его отдал прапорщику Новицкому – своему соседу по ДОСу. Таким образом, Бостону, в отличие от его предшественника, весьма повезло.
   Прапорщик Новицкий был немолодой уже мужик, – лет сорока на вид – мастер на все руки, непьющий (закодирован), детей у него не было, жил с женой в противоположной от зампотеха четверти дома (входы в квартиры располагались с углов строения). Щенок быстро вырос в небольшого пса, очень похожего на нашего Жулика. Собачник из Новицкого оказался хорошим, - Бостон его крепко полюбил - он научил пса некоторым командам и приемам. Всех военнослужащих и иных жителей части пес знал в лицо. Обычно он ходил по части со своим прапорщиком, но иногда и бегал самостоятельно. Бостон был короткошерстный пес с темно-коричневыми подпалинами на груди и на лапах, с длинным пушистым хвостом. Мы с ним быстро подружились.
   Обычно, завидев Бостона, я приветливо здоровался с ним: «Бостон, дружище, здравствуй, дорогой!!!» - наклонившись и распростерши объятья. Бостон размахивая хвостом весело подпрыгивал, стараясь лизнуть меня в щеку, а я его быстро обнимал, похлопав по спине и почесав «за ушком». Как-то Вицин (солдат, родом из Мценска) проходивший мимо, подколол меня, что у меня – де только и остался один друг, - Бостон. Отчасти это было верно. Все вокруг настолько закостенели на своих проблемах, думая и заботясь только о себе, что никакой настоящей дружбы ни у кого, ни с кем не было.
   Бостон был пес веселый, очень добродушный и дружелюбный. Так, если один солдат делал вид, что ударил или толкнул другого, пес кидался между ними и гавкал на «обидчика». Если солдаты делали вид, что дерутся, он вклинивался между ними и подпрыгивая отталкивал их лапами в разные стороны. Нам очень смешно было наблюдать такую-вот собачью заботу о любви и дружбе в коллективе. Очевидно весь наличный состав части, – около двадцати пяти человек – он воспринимал как некую «стаю», которую знал и привык с самого своего рождения, а по сему заботиться о мире и согласии внутри нее считал своим естественным собачьим долгом.
   Однажды, когда я приехал в отпуск из армии, изголодавшийся за время службы, – недоедать в армии того времени приходилось нередко - и уставший за долгую дорогу, меня в прихожей радостно встретил Жулик. Потом я очень долго отъедался на кухне, пытаясь насытится, но не мог. Живот уже был туго набит, но есть все равно хотелось. Я сказал, что чуть отдохну, тогда еще поем и пошел в свою комнату. И вот, после холодной мрачной казармы я снова дома, в своей такой привычной домашней обстановке, о чем последние месяцы даже мечтать не мог. Я включил настенную лампу и уютно устроившись на диване взял почитать. Правда почитать мне не довелось, - от усталости я быстро уснул. Через какое-то время я проснулся и обнаружил, что возле меня лежит, подняв голову Жулик, наблюдающий за обстановкой.
   - Жулик, дружище, ты охраняешь меня?! – сказал, умиляясь я.
   Видя, что я проснулся, пес поднялся, кряхтя слез с дивана и, потянувшись, ушел восвояси.
   Как известно все хорошее быстро кончается и через пару недель я укатил обратно в часть. И снова эта добрая душа Жулик кидался на улице к каждому встречному солдату, надеясь, что это я… Так продолжалось все полтора года, пока я не вернулся из армии, после чего бегать за солдатами он перестал. Теперь я был «в наличии» и его добрая собачья душа успокоилась.
   Вообще Жулик был пес весьма дружелюбный и общительный. Он хорошо помнил всех членов семьи и, если кого-то из нас не было дома, он лежал в прихожей, ожидая недостающего. Всех, кто возвращался домой, он встречал, крутясь у ног и мельтеша своим хвостиком. Встречал даже тех, к кому в повседневной жизни был равнодушен. Больше всего он любил отца, а также меня и мать.
   Прошел год и вот, в один прекрасный летний день, точнее в ночь, уставший, но довольный, я снова позвонил в родную дверь квартиры. Дверь распахнулась и мне навстречу с радостным визгом выскочил черный пушистый клубок… Он долго крутился у моих ног, подпрыгивал, мельтешил своим хвостиком, стараясь лизнуть мои руки, не давая даже подойти ко мне родителям. «Ну, здравствуй, здравствуй, дорогОй!!! - воскликнул я и присев обнял Жулика… - теперь уже я насовсем!»
   Прям как в песне:
   «…Эх, Шарик, я как и ты был на цепи,
   Шарик, рубал хозяйские харчи,
   Шарик, и по ночам я видел сны,
   Всё как и ты, всё как и ты…»
   24, 28 июля 2026г.
   
   Продолжение см.:
   http://proza.ru/2026/09/21/1444