Минное поле ожиданий

Мы довольно часто сидим с моим приятелем и философствуем. Иногда обсуждаем совершенно насущные вещи, которые происходят сегодня и требуют какого-то решения завтра, иногда уходим далеко в сторону, в историю, в человеческие отношения, в устройство мира, а иногда и вовсе начинаем бродить по сослагательному наклонению, вспоминая собственные поступки и поступки других людей, пытаясь понять, что было бы, если бы тогда мы сделали иначе, промолчали там, где сказали, или, наоборот, сказали то, что предпочли оставить при себе. В таких разговорах неизбежно начинаешь оценивать не только прошлое, но и собственный способ смотреть на жизнь, и вот здесь мой фокус внимания довольно часто падает на одну вещь, которая, как мне кажется, сопровождает человека практически постоянно. Это - ОЖИДАНИЯ.
Само по себе ожидание вроде бы совершенно безобидно. Мы все чего-то ждём, потому что иначе невозможно ни строить планы, ни договариваться, ни вообще существовать среди других людей. Мы ждём, что человек, которому сделали добро, хотя бы не ответит злом; что близкий поймёт без длинных объяснений; что тот, кто обещал, выполнит обещание; что если мы вели себя порядочно, то и с нами поступят приблизительно так же. Мы ждём, что справедливость всё-таки существует не только как красивое слово, что разумный поступок приведёт к разумному результату, а хороший человек в нужный момент окажется хорошим человеком. И именно здесь, как мне кажется, начинается самое интересное, потому что ожидание незаметно перестаёт быть предположением и начинает превращаться в требование к реальности.
Мой приятель в этом смысле человек гораздо более романтичный, чем я. Он способен искренне предполагать, что вот этот человек должен поступить именно так, потому что иначе было бы неправильно, что ситуация непременно разрешится справедливо, потому что существуют какие-то очевидные правила человеческого общежития, которые всем должны быть понятны. Потом человек поступает совершенно иначе, ситуация развивается по собственной логике, справедливость куда-то отлучается по своим делам, и возникает то самое разочарование, которое, если разобраться, зачастую вызвано не произошедшим событием, а несостоявшимся ожиданием. Реальность ведь ничего не обещала. Обещание мы довольно часто выписываем ей сами, расписываемся за неё, ставим печать, а потом удивляемся, почему она не исполняет договор, о существовании которого вообще не подозревала.
Я давно заметил это за собой и поэтому стараюсь ожидание ловить раньше, чем оно успеет превратиться в убеждение. Не всегда получается, конечно, потому что человек вообще довольно самонадеянное существо и почему-то постоянно считает, что способен заранее вычислить поведение другого человека, развитие отношений, результат какого-нибудь дела или хотя бы направление, в котором всё это пойдёт. Но чем раньше замечаешь собственное ожидание, тем легче задать себе простой вопрос: а с чего, собственно, я решил, что будет именно так? Потому что мне этого хочется? Потому что так было бы справедливо? Потому что я сам на месте другого человека поступил бы именно таким образом? Ни одно из этих объяснений, если подумать, ничего не гарантирует.
Ожидания вообще напоминают мне минное поле, по которому человек идёт совершенно добровольно, причём мины туда он тоже заложил собственными руками. Вот здесь лежит ожидание благодарности, чуть дальше ожидание верности, потом ожидание справедливости, за ним ожидание успеха, признания, любви, понимания, приличного поведения, правильного решения. Идёшь вроде бы спокойно, потому что прекрасно знаешь расположение каждой мины, ведь сам же её туда положил, но проблема заключается в том, что взрываются они совершенно не тогда, когда происходит что-то объективно страшное, а тогда, когда жизнь просто идёт не по придуманному тобой маршруту. Человек не позвонил, хотя должен был, по твоему мнению. Не поддержал, хотя ты рассчитывал. Не оценил. Не понял. Не ответил тем же. И каждый такой маленький взрыв воспринимается как удар со стороны мира, хотя очень часто мир здесь вообще ни при чём.
Наверное, полностью избавиться от ожиданий невозможно, да и не нужно. Без них человек превратился бы в существо, которое ничего не планирует, ни на что не рассчитывает и никому не доверяет, а это уже другая крайность, ничуть не более разумная. Вопрос, скорее, в том, чтобы не путать ожидание с реальностью и не наделять собственные предположения статусом закона природы. Можно надеяться на человека, но помнить, что он свободен поступить иначе. Можно рассчитывать на успех, понимая, что обстоятельства могут сложиться совершенно по-другому. Можно верить в справедливость, не требуя от мира ежедневного подтверждения того, что она существует и непременно работает именно в твою пользу.
Чем старше становишься, тем, наверное, важнее правильно настроить тот самый внутренний хрусталик глаза, через который мы смотрим на происходящее. Не затем, чтобы видеть мир хуже, чем он есть, и не затем, чтобы заранее подозревать всех вокруг в предательстве, глупости или неблагодарности. Скорее наоборот, чтобы видеть его без лишней оптики, которая дорисовывает человеку качества, которых у него нет, отношениям приписывает глубину, которой они не достигли, а будущему выдаёт гарантии, которых никто не давал. Реальность в таком виде может оказаться менее романтичной, зато она значительно реже обманывает.
И, пожалуй, именно поэтому у меня с годами стало меньше разочарований. Не потому, что люди стали лучше, мир справедливее, а события предсказуемее. Просто я всё реже требую от них соответствовать заранее написанному мной сценарию. Когда человек поступает хорошо, это приятно именно потому, что он мог поступить иначе. Когда случается удача, она становится удачей, а не выполнением обязательств судьбы. Когда кто-то оказывается порядочным, не потому что обязан был соответствовать моему представлению о нём, а потому что действительно оказался таким, это уже не подтверждение ожидания, а факт. И, может быть, взросление в какой-то степени именно в этом и заключается: не перестать ждать хорошего, а перестать считать, что хорошее тебе обещано...