Одна пара или семь? Великая загадка первого челове

Одна пара или семь? Великая загадка первого человечества

Библия: два рассказа — два ответа

Книга Бытия даёт нам не один, а сразу два рассказа о сотворении первых людей — и они заметно различаются между собой.
В первом, более кратком повествовании (Быт. 1:26–29), мужчина и женщина создаются одновременно, в конце шестого дня творения, после того как уже сотворены все животные. Бог произносит: «Сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему» — и дальше следует лаконичная формула: «мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 1:27). Создаётся впечатление, что создан был «гермафродит». Никаких деталей — ни материала, ни последовательности, ни отдельного акта творения женщины. Просто — сотворил, и всё. Цель тоже обозначена: человек должен владычествовать над землёй, наполнять её и подчинять себе.
Во втором рассказе (Быт. 2:4–3:24) картина совсем иная. Сначала Бог лепит одного человека — Адама — «из праха земного», вдыхает в лицо его дыхание жизни, и тот становится душою живою (Быт. 2:7). Потом насаждается райский сад, Адам поселяется в нём, чтобы «возделывать его и хранить его» (Быт. 2:15). Затем Бог создаёт животных и птиц и приводит их к Адаму — пусть выберет помощника. Но среди всех тварей не нашлось «помощника, соответственного ему» (Быт. 2:20). И только тогда, наведя на Адама крепкий сон, Господь берёт одно из его рёбер (в еврейской библии – одну его грань) и создаёт из него женщину — Еву. 
Получается: в первом рассказе — одна пара, созданная одновременно. Во втором — тоже одна пара, но созданная последовательно: сначала мужчина, потом, через неопределённое время, женщина. Библия, таким образом, говорит об одной паре, но в двух разных оптиках — космической (человек как венец творения) и интимной (человек как садовник, нуждающийся в помощнице).
Иудейская мистическая традиция пошла ещё дальше в различении этих двух рассказов. В Каббале за первым повествованием закрепилось понятие Адам Кадмон — «первозданный человек», идеальная, духовная сущность, сотворённая по образу Божию, свободная от плотских страстей и изъянов. За вторым — Адам Афар, «человек перстный», сотворённый из праха, внутренне противоречивый, совмещающий в себе и дыхание жизни, и земное начало. Даже грамматика подтверждает это различение: глагол, использованный для создания человека в Быт. 2:7, содержит две буквы «йуд» — что талмудические толкователи рассматривали как указание на онтологическую двойственность человеческой природы.

Коран: одна пара, одна миссия

Коран в вопросе о количестве первых людей вполне однозначен: одна пара. Адам — первый человек, сотворённый Аллахом из глины, и Хавва (Ева), сотворённая из Адама. Текст Корана прямо говорит: «Мы сотворили человека из эссенции глины» (сура 23, аят 12), и комментаторы единогласно понимают под этим человеком Адама.
Глина для Адама, по преданию, была собрана ангелами со всех уголков земли — отсюда, согласно хадису, переданному от Абу Мусы, «сыны Адама» получились разными: «красные, белые, чёрные и средние между этим, плохие и хорошие». Имя Хаввы в самом Коране не названо — она упоминается просто как «супруга» Адама. Но комментаторы, опираясь на предание, считают, что она была создана из левого нижнего ребра Адама.
Цель творения в Коране сформулирована недвусмысленно и принципиально отличается от того, что мы увидим в шумерских текстах. Аллах говорит ангелам: «Я установлю на земле наместника» (сура 2, аят 30). Человек — не раб и не чернорабочий, а наместник Бога на земле, наделённый разумом, свободой воли и ответственностью. «Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне» (сура 51, аят 56) — и это поклонение включает в себя не только ритуал, но и благоустройство мира, установление справедливости, познание законов природы.
Исламская традиция знает и историю грехопадения, и изгнания из Рая, но подчёркивает: Аллах простил Адама, принял его покаяние и сохранил ему своё покровительство. Человек спустился на землю не как проклятый, а как испытываемый — с миссией вернуться к Творцу через праведную жизнь.

Шумер: семь пар и корзина на плечи

А теперь перенесёмся в Месопотамию — туда, где письменность, а значит, и записанная мифология появились раньше, чем где бы то ни было. Здесь картина меняется радикально.
Аккадский эпос «Атрахасис» (XVIII век до н. э.), восходящий к более древним шумерским преданиям, рассказывает историю, от которой трудно оторваться. Боги, подобно людям, несли бремя труда: рыли каналы, таскали корзины, насыпали землю. Младшие боги — игиги — изнемогали под руководством старших — ануннаков. И тогда, после мятежа, на совете богов было принято решение: создать существо, которое возьмёт на себя тяжёлую работу.
Богиня Мами (она же Нинмах, она же Нинхурсаг, Нинту) — «праматерь, создательница судеб» — приступила к работе. По совету Энки был убит один из богов — тот, чьё имя означает «разум» или «мудрость» (в разных версиях — Гешту-Э или Ве-Ила). Его кровь была смешана с глиной, к ней добавлена космическая вода и слюна богов. И дальше — ключевой момент:
«Отломила четырнадцать ломтей глины. Семь она положила направо, семь она положила налево. Кирпич — посредине между ними. Семь мужей они сотворили, семь они сотворили женщин. Праматерь, создательница судеб, соединила их попарно, участь людей начертала Мами».
Не одна пара. Семь пар. Четырнадцать существ, созданных одновременно, распределённых направо и налево, соединённых в пары и наделённых судьбой.
И вот, быть может, самое поразительное: цель создания этих людей в шумерском тексте сформулирована без малейших экивоков. Боги устали работать. Люди нужны, чтобы работать вместо них. «Корзины богов — носить человеку!» — так звучит припев «Атрахасиса». Люди — рабочая сила, заменитель божественного труда, инструмент для рытья каналов, строительства святилищ и добычи пропитания для богов.
Шумеролог Сэмюэл Крамер резюмировал это мировоззрение так: «Человек вылеплен из глины и вообще создан богами только для того, чтобы приносить им еду и питьё, строить для них святилища и всячески прислуживать им, дабы боги могли, ни о чём не заботясь, заниматься своими божественными делами».
Между прочим, и в Библии Адам поселяется в Эдеме, чтобы «возделывать его и хранить его» (Быт. 2:15) — и библейские толкователи, начиная с Лопухина, отмечают: это первая заповедь о труде, исключающая «языческую идеализацию золотого века». Но в Библии труд — не рабство, а соработничество с Богом, продолжение Его творческой деятельности. В шумерском же тексте труд — это прямое избавление богов от работы.

Ситчин: семь пар как результат генной инженерии

Захария Ситчин (1920–2010), изучавший шумерские клинописные тексты на протяжении десятилетий, предложил радикальное прочтение этих мифов. В его «Хрониках Земли» — начиная с «Двенадцатой планеты» и кончая «Потерянной книгой Энки» — семнадцать пар глиняных табличек прочитываются как отчёт о визите инопланетной цивилизации.
По Ситчину, ануннаки — не боги, а пришельцы с планеты Нибиру, прибывшие на Землю около 450 тысяч лет назад ради добычи золота, необходимого для восстановления атмосферы их родной планеты. Труд в шахтах оказался невыносимым, рядовые ануннаки подняли мятеж, и тогда Энки предложил создать «примитивного рабочего» — лулу — путём скрещивания ДНК ануннаков с ДНК земного Homo erectus.
Ситчин обращает внимание на шумерский термин те-е-ма, обозначающий божественную сущность, примешиваемую к глине. Он переводит его как «суть» — то, что мы сегодня назвали бы ДНК или генетическим материалом. Слово «глина» (или «грязь», «прах») в его интерпретации — не буквально земля, а метафора земного существа, стоявшего на низкой ступени развития.
После первого успешного эксперимента — создания единичного «образца» по имени Адаму — была приготовлена новая порция «смешанной глины» уже для четырнадцати суррогатных матерей. Нинмах (Мами) «отщипнула 14 частиц глины: семь она расположила справа, ещё семь расположила слева; посредине она поставила формочку». Семь женщин-ануннаков согласились вынашивать оплодотворённые яйцеклетки в своих утробах. Так появились семь мужчин и семь женщин — семь пар первых людей, предназначенных для работы в рудниках.
Лаборатория, где происходило это действо, Ситчин отождествляет с шумерским Бит Шимти — «домом, где вдыхается ветер жизни». Само название, по его мнению, описывает процесс оживления генетического материала. Когда первый успешный образец появился на свет, Нинмах подняла его и воскликнула: «Это я сотворила, мои создали руки!».
У Ситчина, таким образом, число семь пар получает технологическое объяснение: это не мистический символ, а количество суррогатных матерей, которых удалось привлечь для первого «производственного цикла». Цель тоже становится предельно прагматичной: люди — искусственно созданная рабочая сила, гибрид, выведенный для конкретной задачи.

Сравнение: одна пара или семь?

Если свести все три традиции в одну таблицу, картина получится следующая:
Параметр Библия Коран Шумерский эпос Ситчин
Количество первых людей Одна пара Одна пара Семь пар Семь пар
Материал Прах земной Глина (эссенция) Глина + кровь бога ДНК ануннаков + Homo erectus
Создатель Бог (Яхве) Аллах Энки + Мами (Нинмах) Энки + Нинмах (генная инженерия)
Цель Возделывать сад, владычествовать над землёй Быть наместником Аллаха, поклоняться Творцу Носить корзины богов, работать вместо них Добывать золото в шахтах
Расхождение бросается в глаза. Библия и Коран, опираясь на единую монотеистическую традицию, говорят об одной паре, созданной Богом из земли с возвышенной целью. Шумерский эпос, на тысячелетия старше, повествует о семи парах, вылепленных из глины с кровью убитого бога — и созданных исключительно как рабочая сила.
Но вот что любопытно: библейский рассказ в своей второй, более детальной версии (Быт. 2) сохраняет рудименты шумерского предания. Материал тот же — прах земной, глина. Цель — труд, возделывание сада. И даже мотив создания женщины из части мужчины (ребро) находит отзвук в шумерском акте «соединения попарно» — где параматерь распределяет сущности направо и налево, словно выкраивая пару из единого материала.
Некоторые исследователи предполагают, что библейский рассказ о единичной паре Адама и Евы — это результат монотеистической переработки более древнего мифа о множественном творении. Один Бог, одна пара — вместо совета богов и семи пар. Творец, создающий человека «по образу Своему», — вместо богини, лепящей рабов из глины с кровью.

Зачем их создали — вопрос, который меняет всё

Различие в количестве пар — это, в сущности, внешняя сторона. Гораздо важнее вопрос о цели. И здесь три традиции дают три принципиально разных ответа.
Библия говорит: человек создан как венец творения, как существо, носящее в себе образ Божий, как соработник Бога в мире. Труд — не наказание, а призвание. Даже после грехопадения труд остаётся осмысленным, хотя и отягощённым.
Коран добавляет: человек — не просто работник, а наместник Бога на земле, наделённый разумом и ответственностью, сотворённый для поклонения и благоустройства мира. Аллах «почтил сынов Адама» (сура 17, аят 70) — это формулировка, не оставляющая места для идеи человека-раба.
Шумерский эпос не знает ни образа Божия, ни наместничества. Человек — это инструмент. «Корзины богов — носить человеку». Точка. Люди расплодились — богам стало шумно. Боги насылают чуму, потом засуху, потом потоп. Не получилось с инструментом — выбросить.
И всё-таки даже в этом суровом мифе есть трогательная деталь. Когда потоп уничтожил человечество, богиня Нинту — та самая, что лепила людей из глины — зарыдала: «Для того ли рожаю я человеков, чтобы, как рыбий народ, наполняли море!» Она раскаивается в том, что согласилась на гибель своих созданий. Создатель скорбит о своём творении — даже если создал его лишь для того, чтобы таскать корзины.

Одна пара или семь — один вопрос

Так одна пара или семь? Библия и Коран единогласны: одна. Шумерские таблички говорят: семь. Ситчин пытается соединить обе версии, объясняя технологией то, что миф описывал ритуально.
Но за этим расхождением стоит более глубокое единство. Все три традиции — библейская, кораническая и шумерская — сходятся в одном: человек сделан из земли. Глина, прах, грязь — материал один и тот же. И во всех трёх традициях в эту глину вложено нечто большее: дыхание жизни, кровь бога, дух — назовите как угодно. Земля и дух, прах и дыхание — вот реальный состав человека, независимо от того, сколько пар было создано в первый день.
Количество — вопрос подсчёта. Состав — вопрос сути. И в этом смысле одна пара Адама и Хаввы и семь пар, вылепленных Мами из глины с кровью, — это одна и та же история, рассказанная с разных сторон. История о том, как из земли был поднят прах и вдунут дух — и прах стал живым.