Тот самый чернодеревщик 7

Роман в 12 частях о короле мебели Андре Шарле Буле

Чернодеревщик это мастер владеющий высшими технологиями в мебельном искусстве и работавший с чёрным деревом, панцирем черепахи, слоновой костью, перламутром, а также с цветными металлами, умевший набирать маркетри,и обязательно владел техникой  инкрустации и  интарсии.

И поверьте  здесь тоже будут настоящие страсти и захватывающие моменты ибо мебель тогда была настоящая, а не из стружек и поролона


Глава седьмая. Шесть лишних дюймов

Первый шкаф застрял, ещё не коснувшись стены.

Носильщик переставил ногу, собираясь навалиться плечом.

— Назад! — крикнул Буль.

На позолоченном обрамлении ниши уже осталась вмятина.

Господин де Вилье поставил бокал. Он пригласил жену посмотреть на покупку; теперь она стояла в дверях, а двое лакеев выглядывали из-за второго шкафа.

— Что мешает?

— Николя, линейку.

Буль измерил нишу, затем шкаф. Проверил ещё раз.

— Три дюйма, — сказал он.

— Лишних?

Андре кивнул.

— А другой?

Николя уже опустился на колени у противоположной стены.

— Тоже три.

Хозяин повернулся к жене.

— Шесть лишних дюймов. А ты говорила, за эту цену можно получить больше.

Она не улыбнулась.

В мастерской Буль потребовал первоначальный чертёж.

Николя раскрыл папку, перебрал листы. Потом выложил всё на верстак и провёл рукой внутри.

— Он был здесь.

— Где он теперь?

— Не знаю.

— Размеры снимал ты?

— Я. Дважды.

— Следовало трижды.

Юноша покраснел.

— Я не ошибся.

Буль оглянулся на работников. Все слышали разговор; никто не смотрел в их сторону.

— Значит, у господина де Вилье за это время уменьшилась комната?

— Столярам я передал ваш окончательный рисунок.

— Я спрашиваю об обмере.

— Он был правильный.

Это спокойное упрямство раздражало Андре всё сильнее. Сам он ещё мог бы простить ошибку. Но ему казалось, что Николя отказывается признавать очевидное и заставляет хозяина выглядеть глупо при людях.

— До утра найдёшь лист. Иначе нам придётся расстаться.

Николя ничего не ответил. Начал складывать бумаги обратно.

Анна узнала о неудаче от носильщиков. Муж, войдя, сразу принялся искать что-то на своём столе.

— Шкафы целы?

— Целы.

— Уже хорошо.

— Великолепно. Осталось найти дом, куда они поместятся.

Она подождала, пока он перестанет перекладывать бумаги.

— Что ищешь?

— Длинный лист, сложенный втрое. Две ниши. По краю я мог рисовать.

— Тогда посмотри в папке с украшениями. Ты сам велел убрать туда всё со стола.

Буль достал папку. Стал перебирать наброски. Анна села напротив и расправляла листы, которые он уже просмотрел.

Чертёж нашёлся между двумя эскизами дверец.

Андре узнал цифры Николя. Правильные цифры.

Ниже, его собственной рукой, стояло: «Прибавить по полтора дюйма с каждой стороны».

Он сразу вспомнил тесный завиток у кромки. Расширил боковую часть, чтобы орнамент получил красивое завершение. Передал исправленный рисунок в работу. К размерам ниш больше не возвращался.

Анна складывала бумаги спиной к нему.

Буль опустил чертёж под следующий лист.

Несколько мгновений сидел неподвижно. Завтра Николя уйдёт. Никто не сможет ничего доказать. Шкафы всё равно придётся как-то устраивать, но мастерская хотя бы не узнает, кто виноват.

Он вытащил чертёж обратно.

— Анна.

Она обернулась.

— Нашёл? Ну слава богу.

Андре подвинул к ней лист и показал пометку.

Она прочла. Посмотрела на него, потом снова на бумагу.

— Ты велел сделать шире?

— Да.

— А Николя?

— Сделал, как я велел.

Анна села.

На этот раз ни у одного из них не нашлось слов, которые могли бы что-нибудь облегчить.

Утром Николя собирал инструменты.

Буль положил перед ним чертёж. Юноша увидел размеры, быстро взглянул на мастера и прочёл поправку.

— У вас был?

— У меня.

Вошли ещё двое работников. Андре подождал, пока они подойдут к верстакам.

— Шкафы расширил я. Поправка моя. Николя снял размеры правильно.

В мастерской стало тихо.

Буль повернулся к юноше.

— Вчера я был неправ. Прости.

Николя разгладил бумагу.

— При заказчике тоже скажете?

— Поедешь со мной.

Шкафы стояли посреди гостиной де Вилье. Хозяин встретил их возле двери.

— Надеюсь, вы придумали, как это отсюда убрать.

— Я приехал объяснить ошибку. Размеры сняли верно. Ширину изменил я, когда дорабатывал рисунок.

— Вчера вы обвиняли этого молодого человека.

— Поэтому сегодня он здесь.

Де Вилье посмотрел на Николя.

— Тогда забирайте мебель. Аванс прошу вернуть.

Буль подошёл к нише.

— Можно расширить проём.

— Разумеется, можно. Можно построить другой дом. Но я заказывал шкафы для этой комнаты.

— Пусть ваш каменщик осмотрит стену. Если работу можно сделать, я всё оплачу. Обрамление и отделку тоже.

Хозяин помолчал.

— Вы хотите ломать у меня стены?

— Я хочу поставить шкафы. За свой счёт.

Де Вилье прошёл между ними, открыл створку, задержал ладонь на внутренней отделке. Ему нравилась эта мебель; Буль видел это и молчал.

— Мой каменщик, — сказал наконец хозяин. — И мой позолотчик. Никаких ваших знакомых, которых потом не сыщешь.

— Согласен.

— Сначала смета. И срок.

— Согласен.

Каменщик осмотрел ниши. Расширение оказалось возможным, но отделку предстояло переделать с обеих сторон. Смета получилась длиннее, чем Андре ожидал.

Анна прочла её вечером.

— Это всё?

— На обороте ещё позолотчик.

Она перевернула лист, придвинула счёт за шкафы и начала складывать суммы.

Буль сидел напротив. Прежде он непременно сказал бы, что она слишком долго считает. Теперь ждал.

— Почти весь заработок, — произнесла Анна.

— Знаю.

— Мастерам полностью заплатишь?

— Они не ошиблись.

Она посмотрела на мужа, затем положила смету возле его тарелки.

— Ешь. Завтра пойдёшь договариваться с позолотчиком.

Через две недели шкафы встали на место.

Николя проверил зазоры, открыл обе створки. Госпожа де Вилье подошла и долго рассматривала узор.

— Как хорошо, что вы их не уменьшили.

Буль поклонился.

Хозяин осмотрел восстановленную отделку, провёл рукой вдоль обрамления.

— Теперь точно по размеру.

Андре ничего не ответил. В передней его ждал каменщик.

Он отсчитал деньги. Тот пересчитал их на ладони и протянул расписку.

Буль просушил подпись, сложил лист и взял у Николя папку.

Нашёл первоначальный чертёж. Рядом с чужими правильными размерами и собственной поправкой положил оплаченную расписку.

Николя держал папку раскрытой, пока мастер завязывал тесёмки.

Совместно с Ильёй Игоревичем Разумовым