Судьба длиною в век

Предисловие

Эта повесть — дань памяти Алексею Евлампевичу Боркову, нашему земляку, чья жизнь стала олицетворением целой эпохи. Родившись в 1923 году в селе Борково (бывшая Горбачиха), он прожил 102 года, пройдя через все испытания XX столетия. В восемнадцать лет он встал на защиту Родины, прошёл фронтовыми дорогами, познал горечь потерь и радость надежды. За мужество был награждён медалью «За отвагу», Медалью За боевые заслуги, орденом Отечественной войны II степени и медалью «За победу над Германией». Главная его награда — возвращение домой с победой. Пусть эти страницы сохранят память о нём.
 
Часть 1.Детствао Алеши.

На кромке соснового бора стоит село, затерянное в укромном уголке благодатного Алтая. Здесь издавна жили и крестьянствовали люди. В этих местах поселилась семья староверов, а также сбежавшие работные люди после закрытия Демидовских заводов после смерти их владельца.

Позже сюда приехало несколько семей переселенцев из Малороссии и окраинных районов России. Безземельные и бедные крестьяне прибыли на Алтай в поисках лучшей доли, обещанной министром Столыпиным. Они, согласно реформе, получили землю и стали крестьянствовать на предоставленных государством наделах.
Выбрали для расселения красивое место среди перелеска на берегу речки. В селении под названием Горбачиха, как и речка, на берегу которой оно стояло.

Как-то после сильной грозы от удара молнии загорелось ближайшее соседнее село Шипуновка. Люди в спешке выносили из дома имущество, выгоняли из сараев скот. Жители сгоревшего села, оставшиеся без крова, переехали с насиженных мест в Горбачиху – нужно было срочно решать жилищный вопрос. Семья Борковых вместе со своими родственниками также переселилась в соседнее село, благо оно находилось недалеко.

Речка Горбачиха была небольшой, вода в ней текла светлая и чистая. Осенью речка плавно несла по воде красивые листья рябины и жёлтые, обожжённые солнцем листья берёзы. Если оглянуться вокруг, то природа своей благодатью бушевала повсюду и радовала людей, живущих здесь.
Когда чиновники приехали в село Горбачиху с переписью населения, они удивились: многие семьи в селе носили фамилию Борковы.

Недалеко от села, через перелесок, располагалось озеро Малое Островное. Его синяя гладь завораживала своей девственной красотой. Через озеро протекала речка Касмала, пополняя его свежей речной водой. Жители села Горбачихи рыбачили на Малом Островном. Пойманная рыба была существенной добавкой к их рациону, особенно когда случалась засуха и неурожай хлеба.

Сельчане, рыбачившие на озере, очень радовались, когда попадались крупные, жирные караси. В озере также водились гольяны, колючие окуни и скользкие лини. В мелкоячеистые сети рыбаки из села Горбачихи ловили гольянов. Из них хозяйки готовили вкусное блюдо с яичницей, и все были довольны выдумкой заботливых женщин. Это лакомство с гольянами и по сей день пользуется популярностью у жителей прибрежной зоны.

На новом месте, в этом тихом и спокойном селе, жил и крестьянствовал Евлампий Борков со своей женой Еленой. Жили они, как все: трудились не покладая рук, хозяйничали в поле и на своём подворье. Всё у них было хорошо и дружно, только недоставало своих деток. Евлампий очень хотел сыночка — наследника и помощника в крестьянских делах.

Они ждали сына, и наконец в 1914 году у них родился первенец. Сыночка назвали Григорием. Семья пополнилась. Жизнь в селе шла своим чередом. Весной, 30 марта 1923 года, у Борковых родился второй сынок. Назвали его Алексеем. Евлампий с Еленой были счастливы.
Время не стояло на месте. Евлампий с Еленой растили детей и радовались, что, слава Богу, они были здоровы. Григорий уже подрос и помогал родителям во дворе, по хозяйству, а Алексей был ещё мал.
Любовь царила в их семье.

Смеркалось. Солнце уже село за горизонт. Евлампий с женой ужинали после трудового дня, дети спали. Поев сытного ужина, Евлампий посмотрел на жену и лукаво улыбнулся. Затем разгладил рукой свою бороду и сказал:
— Что же, жена моя Елена, сыновья у нас есть, теперь сестрёнку им надо. Ты не против, голуба моя?
Елена зарделась румянцем и, смущаясь, ответила:
— Ой, Евлампий, я одна такие вопросы не решаю. Ты знаешь, будем Господа просить, чтобы помог. — Елена ласково посмотрела на мужа, улыбнулась и добавила: — Пока силушка и здоровье есть, будем с Божьей помощью ожидать дочку.

В 1926 году в селе Горбачихе повитуха Марфа подала Евлампию на руки завёрнутую в пелёнку дочку. Назвали её Евдокией.
Прошло всего полгода после рождения дочки, как в семью Борковых пришла беда. Евлампий ехал на телеге с обмолоченным овсом. Колесо телеги провалилось по самую ось в промоину старого ручья. Вытягивая нагруженную телегу, Евлампий надсадился. Что-то оборвалось у него внутри, и вскоре он умер.

Елена, потеряв любимого мужа, плакала, заливаясь горькими слезами, и в голос причитала:
— Евлампий, муж ты мой любимый, сокол мой ненаглядный, на кого ты меня покинул? Оставил одну меня, горемычную, с тремя детьми. Боюсь, без тебя не сдюжу!
Дети сидели, прижавшись к матери, и ревели, не понимая до конца, что произошло.

Сельчане помогли Елене похоронить мужа Евлампия, отца её детей. В селе он пользовался уважением. На поминках сельчане много говорили хороших слов об усопшем.  Елена ночи напролёт плакала горькими слезами и не могла смириться с утратой мужа. А утром, утерев слёзы, шла во двор управляться со скотиной: доила корову, поила и кормила телят. Остальным хозяйством во дворе занимался Григорий — старший, уже подросший сын. Теперь это была его забота — помогать по хозяйству без отца.

В тридцатых годах Советская власть проводила укрупнение сельских советов. Село Горбачиха стало называться Борково и вошло в состав Покровского сельсовета. Название села никак не было связано с фамилией Борковых. А жаль. Назвали его так потому, что оно стояло в небольшом бору.
Спустя год началась коллективизация сельского хозяйства. В поселении Борково организовали сельскохозяйственную коммуну, а затем артель из жителей села.

Некоторые жители были бедными, без крепкого собственного хозяйства. У них во дворах не хватало дойных коров и лошадей, не было и необходимого сельскохозяйственного инвентаря. Поэтому они не смогли успешно вести коллективное хозяйство в своём селе.
Власть решила проблему коллективизации волевым способом. Она раскулачивала работящих жителей села с крепкими хозяйствами, забирала у них всё имущество. В итоге вместо несостоявшихся коммуны и артели, с использованием раскулаченного имущества и лошадей, был организован колхоз имени Ворошилова.

После организации в селе Борково колхоза имени Ворошилова со двора Елены Яковлевны Борковой забрали корову. Коня увели со двора ещё раньше.
Оставшись без кормилицы, Елена Яковлевна не опустила руки - устроилась работать дояркой в организованный колхоз. Это был шанс приносить домой бутылочку молока своей маленькой дочке Евдокии.

В этом же году мама Алексея, Елена Яковлевна Боркова, отвела сыночка первого сентября в начальную школу села Борково учиться.
Так началась новая эра в жизни людей — жизнь при советской власти и деятельности сельских советов.
Школа в селе Борково была небольшая, сложенная из крепкого добротного дерева. Алексей Борков учился хорошо. К удивлению окружающих, он был сообразительным и усидчивым, особенно по сравнению со своими сверстниками. По русскому языку он очень старательно выводил каждую букву. Со временем его почерк стал почти каллиграфическим, и в школе его постоянно ставили в пример за красивые записи в тетрадях.

Когда Лёша Борков, одна девочка и ещё трое ребят из села Борково окончили начальную школу, им предстояло решить, где продолжить учёбу. Долго выбирать не пришлось: в селе Покровка в школе детей учили до шестого класса. Все, кто окончил начальную школу в Борково, захотели продолжить образование.
Учиться теперь предстояло в селе Покровка. Первого сентября Елена Яковлевна отвела Алексея в Покровскую школу. Заявление о его поступлении она заранее подала директору школы.

Лёша в Покровской школе учился старательно. У него было удивительное стремление непременно получить хорошее образование. Уже в этом возрасте он понимал, что быть грамотным — значит сделать шаг в будущее и получить профессию.
В конце пятого класса у него открылся талант к математике. Он в уме складывал и вычитал числа, не заглядывая в таблицу умножения.

Ходить в школу из села Борково приходилось пешком — это было три с половиной километра. Когда на улице было тепло, ребятам было хорошо и даже весело шагать гурьбой. Но когда наступали холода и морозы, в простой одежде — фуфайке на вате, подпоясанной маминым пояском, — было очень зябко. Приходилось согреваться быстрым шагом, а порой и бегом.
Когда в Покровку ехала попутная подвода, детей всегда подвозили.
 
Часть 2.
Во время летних каникул Лёша Борков с сельскими ребятами помогал родителям в колхозе на сенокосе: они сгребали сено и верхом на лошадях подвозили его на волокуше к скирдам, где взрослые укладывали стога. Дети в сёлах всегда помогали родителям в работе по колхозу — на прополке свёклы, на арбузной бахче, да и дома — везде, где требовалась их помощь.

Григорий, старший брат Алексея, работал в колхозе. Когда ему исполнилось шестнадцать лет, правление направило его на курсы трактористов, организованные для сельской молодёжи в Мамонтово, на предприятии МТС. Очень требовалось заменить ручной труд и лошадей. После окончания курсов Григорий стал работать в колхозе трактористом. Елена Яковлевна Боркова была рада, что старший сын стал уважаемым человеком, стал больше зарабатывать и доход семьи улучшился.

Лёша Борков успешно закончил шестой класс в Покровской школе. Наступили каникулы, и дети с радостью окунулись в беззаботные игры и развлечения.
Лёша с соседским пацаном Колькой построили за селом, на берегу речки, шалаш и ходили туда на рыбалку. Шалаш был их вигвамом: там они в обед перекусывали куском хлеба с помидором. Порыбачив и наловив скользких гольянов, они развлекались, стреляя из самодельных луков. Сначала тренировались, целясь в дерево, затем, с гусиным пером на голове, изображая индейцев и выкрикивая воинственный клич, охотились на крикливых ворон, но добыть ворону им не удавалось. Искупавшись в речке, они по известной им тропинке среди зарослей ивняка шли домой — отдохнувшие и счастливые.

Ближе к концу лета начались сенокосы, и всё население посёлка вышло на луг. Ближе к вечеру Елена Яковлевна с Лёшей и подросшей дочкой Евдокией убирали на своём огороде урожай помидоров. Лёша в корзине из ивы относил их в пристройку к дому — там Елена Яковлевна давала им дозревать и хранила их до заморозков.
Вечером, когда закончили работу на огороде, уставшие сели ужинать. Григория не было — он задерживался на работе. Когда поужинали, Дуся ушла по своим делам. Лёша спросил:
— Мама, скоро начнётся учебный год. Я хочу продолжить учёбу в Буканской школе: там учат до седьмого класса.
Елена Яковлевна посмотрела на сына с улыбкой и сказала:
— Сыночек ты мой, это хорошо, что ты хочешь учиться! Я поговорю с директором Буканской школы, чтобы тебя зачислили в седьмой класс.
— Спасибо, мамочка, — он подошёл к матери, поцеловал её в щеку. — Обещаю, мам, что буду хорошо учиться!

Короткое сибирское лето быстро проходит, и вот первого сентября Лёша Борков и несколько ребят из Покровки пришли учиться в седьмой класс Буканской семилетней школы. Школа была просторная, и все учащиеся хорошо разместились по классам. Учеба в школе Лёше нравилась: она давалась ему легко, отметки по предметам у него всегда были хорошие, и он охотно помогал одноклассникам решать по математике уравнения и сложные задачки.

После уроков Лёша и ребята из Покровки гурьбой весело шли домой по дороге, которая шла через сосновый бор. Это расстояние длиной в семь километров совсем не казалось утомительным, когда было солнечно и тепло. Бывало, по дороге домой ребята заходили в глубь леса и нарезали полные холщовые сумки опят, несли их домой. Осень — благодатная и красивая пора: листья на деревьях принимают причудливые цвета, царит разноцветье, будто небесный художник старательно раскрашивает их.

Как всегда, неожиданно выпал снег и накрыл ковром всё вокруг. Сосны стояли с белыми шапками на верхушках — наступила зима. Пока было ещё тепло, после уроков в школе Лёша с ребятами пешком уходили домой. Когда наступили холода, Елена Яковлевна договорилась с бабой Нюрой в селе Буканка, чтобы та приютила сыночка Алексея и разрешала ему ночевать у неё в морозы.
Баба Нюра сказала:
— Нехай ночует, я одна живу, место на полатях для него найдётся.

Пока крепкие морозы не наступили, Лёша по снежку, в валенках, ходил домой. А как начались метели да суровые морозы, Лёша оставался ночевать в Буканке, у бабы Нюры. Когда ложились спать, баба Нюра иногда рассказывала Лёше разные истории из своей жизни.
Однажды Лёша спросил бабушку:
— Баб Нюра, я теперь про вашу жизнь всё знаю, а сказки или байки знаете?
— Конечно, знаю, только они страшные.
— Расскажите, не побоюсь.
— Хорошо, Лёшка, слушай.

Раньше, в давние времена, на месте здешнего леса, сказывали, деревня была. Жила в той деревне красавица девушка Алена. Её «суженый» ушёл на войну и не вернулся. Она в ночь перед назначенной уже свадьбой пошла к старому колодцу в лесу и утопилась. С тех пор каждую полночь в чаще леса огонёк мерцает, будто кто-то со свечой ходит. Сказывали, что это невеста-утопленница в белой фате жениха ищет. Увидит парня или мальчика — кольцо протягивает. Если возьмёшь у неё кольцо, она тебя к колодцу поведёт. Утром найдут только твои ботинки, полные воды.

Когда баба Нюра окликнула Лёшу, тот уже спал крепким сном.
— А говорил: расскажи, — проворчала уже сонная баба Нюра.
Учёба у Леши Боркова в седьмом классе шла успешно: он по математике не переставал удивлять учителя — с лёгкостью решал сложные задачи.
Вот уже и весна пришла: зажурчали ручьи, прилетели грачи, они на проталинах в полях выискивали себе пропитание. Скворцы расположились чинно на деревьях и выводили свои трели, радуясь весеннему теплу. Для Алексея Боркова быстро пролетело время учебы в седьмом классе. Счастливый, с хорошими оценками в «Свидетельстве» об окончании семилетки, он возвращался домой в родное село Борково.
Дома мама поздравила Лёшу с окончанием школы и приготовила по этому случаю

праздничный обед, где всей семьёй они отметили окончание семилетки.
На следующий день в дом к Борковым пришёл, опираясь на тросточку, Петрович — бухгалтер колхоза имени Ворошилова. Поздоровавшись, он безотлагательно начал:
— С окончанием школы тебя, Алексей. Справлялся я у учителей, что ты силён в математике, поэтому приглашаю тебя в колхоз работать учётчиком.

Лёша был рад такому предложению и охотно взялся работать учётчиком труда колхозников своего села. Он измерял результаты их труда, начислял трудодни. Своим каллиграфическим почерком Алексей записывал все отработанные часы в ведомости, которые служили основанием для начисления трудодней на лицевой счёт колхозников и делал необходимые записи в их трудовые книжки.

 Счетовод Петрович хвалил Алексея за добросовестное отношение к работе и аккуратность — это было немаловажно, чтобы все могли прочесть запись.
Была мысль у Лёши продолжить учёбу дальше, в Мамонтовской средней школе, но там с восьмого по десятый класс надо было платить за учёбу — десять рублей за год, да и за проживание на квартире тоже нужно было платить. У семьи Борковых таких денег не было. Позже — в 1956 году, указом Никиты Сергеевича Хрущёва, плату за учёбу в школах отменили.
Алексей, уже не задумывался, где работать, просто  продолжил трудиться в колхозе учётчиком.
В декабре 1938 года правление колхоза имени Ворошилова направило Алексея Боркова в Мамонтово на курсы счетоводов, где он проучился шесть с половиной месяцев. После обучения Алексей приступил к работе в новой должности в колхозе имени Ворошилова. Работа стала ответственнее: он перечислял и получал денежные средства в банке, вёл учёт имущества и скота, составлял годовой отчёт. Со всей своей скрупулёзностью к цифрам, у него всегда был порядок во всём. Такие люди всегда на хорошем счету.

В 1940 году районное руководство села Мамонтово направило Алексея Боркова работать налоговым агентом по Покровскому сельсовету. В течение года сельский совет, где работал Алексей Борков, с 14-го места по сбору налогов вышел на 7-е по району. В этом — заслуженная оценка труда Боркова Алексея налоговым агентом.