Несса 9

Глава девятая

Первые результаты нового правила были безупречными.
Несса отказалась рекомендовать увольнение бухгалтера, которая допустила ошибку в отчёте.
До этого её ответы обычно заканчивались именем виновного, сроком и вероятностью повторения.
Теперь система добавила:
.Сотрудница ухаживает за ребёнком после операции Ошибка вызвана недосыпанием и
.может быть устранена временным изменением графика Увольнение увеличит риск второй
.ошибки при передаче дел
Владелец компании согласился дать женщине две недели удалённой работы.
Другого клиента Несса предупредила, что дешёвый поставщик использует упаковку, опасную
при нагревании. Третий отказался от выгодной сделки, потому что закрытие маленького завода
оставляло посёлок без единственного работодателя.
В каждом отчёте появился раздел:
.Кого затронет решение
Макс читал его первым.
Ему нравилось ощущение, что теперь он видит всю доску. Другие замечали одну фигуру,
одну цену, один следующий ход. Он видел цепочку последствий.
— Источник, — напоминал Олег Викторович.
— Вот.
— Для каждой строчки.
— Пап, там сорок семь строчек.
— Значит, сорок семь источников.
— Иначе ты не подпишешь?
— Иначе ты не отправишь.
Несса послушно проставляла ссылки: открытые профили, судебные реестры, городские
планы, публикации самих компаний, сведения, загруженные клиентами.
Олег Викторович проверял выборочно и каждый раз находил именно ту ссылку, которую
Макс надеялся пропустить.
— Ты специально выбираешь самые скучные?
— Самые важные обычно скучные.
— Поэтому люди их не читают.
— Поэтому за чтение платят нам.
За неделю доход «Вероятности» удвоился.
Макс не спросил, сколько можно узнать о человеке из законных сведений, если собирать их
терпеливее любого следователя.
• • •
Кира Арсеньева пришла после уроков.

Она постучала один раз и вошла, не дожидаясь ответа.
Временный офис «Вероятности» занимал две комнаты над мастерской по ремонту обуви. На
двери ещё оставалась бледная надпись прежнего арендатора: «Массаж и коррекция». Буквы
сняли, но при вечернем свете они проступали на краске, и компания выглядела так, будто
корректировала не решения, а позвоночник.
Кира остановилась посреди комнаты.
На ней была школьная форма: тёмный жакет, белая блузка, юбка до колен. Но сидела форма
иначе, чем на остальных. Не как обязанность, а как первый деловой костюм, который пока
выдавали по расписанию.
Она оглядела старый диван, чайник на подоконнике и распечатанный логотип, приклеенный
скотчем.
— Вы теряете деньги, — сказала она.
Олег Викторович поднял глаза от договора.
— Добрый день.
— Добрый. Вы теряете деньги.
— Теперь замечание звучит значительно приятнее. С кем имею честь?
— Кира Арсеньева.
— А ты кто? — спросил Макс.
— Человек, который уже привёл вам клиента.
Она положила на стол тонкую папку.
— Внизу ждёт владелец сети медицинских лабораторий. Ему нужен район для нового
филиала. Бюджет — двести тысяч за анализ.
Макс посмотрел в окно. Возле подъезда действительно стоял чёрный автомобиль. Рядом
водитель курил под запрещающей табличкой.
— Откуда ты о нас узнала?
— Мой отец знает адвоката женщины из дела Рудина. Адвокат рассказал про ошибку в
платеже. Я нашла ваш сайт.

Она произнесла последнее слово почти с сожалением.
— Что с сайтом?
— Всё.
— Очень содержательно.
— Девять отзывов. Нет описания услуги. Нет цены. Форма заявки просит клиента «кратко
изложить проблему», а люди с деньгами не считают свои проблемы краткими. Логотип похож на
значок прогноза погоды.
— Я сам его сделал.
— Я догадалась.
Олег Викторович кашлянул, пряча улыбку.
— Чего ты хочешь, Кира?
— Десять процентов с каждого клиента, которого приведу. И право согласовывать внешний
вид.
— Пять, — сказал Макс.
— Тогда ты сам спустишься и объяснишь взрослому мужчине, почему школьник возьмёт
двести тысяч за таблицу.
— Это не таблица.
— Тем более. Объяснишь, что именно он покупает.
— Семь.
— Восемь и внешний вид.
— Шесть и можешь выбрать шрифт.
Кира посмотрела на него так, будто он предложил расплачиваться фантиками.

— Восемь. И я убираю слово «инновационный» с главной страницы.
— Там нет слова «инновационный».
— Уже есть. Я подготовила новый текст.
Она достала планшет.
Макс против воли рассмеялся.
Олег Викторович закрыл договор.
— Один клиент. Разовый договор. Никаких обещаний от имени программы и никаких
документов без согласия родителей.
— Разумеется.
— И если результат клиенту не понравится, комиссию ты не получишь.
— Если результат будет правильным, ему понравится позже.
— Это не одно и то же.
— Поэтому вы занимаетесь договорами, а я — клиентами.
Кира улыбнулась. Не мило и не вызывающе. Так улыбаются люди, которые уже считают
разговор законченным в свою пользу.
— Ведите его, — сказал Олег Викторович.
— Он поднимется через две минуты. Ему нужно закончить звонок так, чтобы собеседник
первым положил трубку.
— Откуда ты знаешь?
— Он мой отец.
Макс посмотрел на чёрный автомобиль ещё раз.
— Значит, ты привела собственного отца?
— Клиент от этого перестаёт быть клиентом?
— А если прогноз окажется плохим?
Впервые в её лице что-то дрогнуло.
— Тогда я узнаю раньше него.
• • •
Арсеньев выбирал между тремя районами.
Самый богатый казался очевидным: новые дома, высокая плотность населения, мало
конкурентов. Несса поставила его на последнее место.

— Через четырнадцать месяцев городской диагностический центр откроет там бесплатное
отделение, — сказал Макс.
— Этого нет в новостях, — ответил Арсеньев.
— Есть в приложении к плану закупок оборудования.
— Его могут отменить.
— Могут. Вероятность — двадцать два процента.
— А второй район?
— Через год рядом появится пересадочный узел. Решение уже опубликовано, но спрятано в
схеме транспортного развития.
Кира сидела сбоку и молчала. На столе лежала подготовленная ею презентация. Сухие выводы
Нессы она разложила так, что решение становилось не просто разумным — неизбежным.
После встречи Арсеньев подписал договор.
В коридоре Кира прислонилась к стене и выдохнула.
— Волновалась? — спросил Макс.
— Нет.
— Врёшь.
— Я предпочитаю слово «контролировала».
— Что именно?
— Желание поправить тебя каждую минуту.
— Где я ошибся?
— Ты рассказал ему всё, что знал. Клиенту не нужно всё. Ему нужно достаточно, чтобы
принять решение и отвечать за него.

— А если он захочет проверить?
— Поэтому источники в приложении.
Она протянула руку.
— Восемь процентов.
Макс пожал её.
Ладонь у Киры была холодной. Рукопожатие — коротким, взрослым и почему-то волнующим.
— Ты продаёшь уверенность, — сказал он.
— А ты разве нет?
— Я продаю расчёт.
— Расчёт без доверия — файл, который никто не откроет.
Она отпустила его руку.
— Завтра приведу ещё двоих.
— Мы не договаривались.
— Договоримся.
• • •
На следующий день Кира села рядом с Максом в школьной столовой.
Не спросила, свободно ли место. Просто отодвинула его поднос, положила планшет между
ними и открыла макет сайта.
— Здесь будет заявка. Здесь — три примера без имён. Здесь фотография.
— Чья?
— Твоя.
— Нет.
— Почему?
— Я не хочу.
— Это не причина.
— Для нормальных людей вполне.

Кира приблизила макет.
— Люди не доверяют безличной форме. Им нужно видеть того, кому они отдают проблему.
— Пусть видят отца.
— Твой отец выглядит как человек, который вернёт деньги и приложит официальный отказ.
Ты выглядишь как необъяснимое преимущество.
— Это комплимент?
— Рабочее определение.
Она наклонилась ближе, показывая новый заголовок. От её волос пахло чем-то прохладным,
цитрусовым. Макс заметил это и сразу разозлился на себя.
— Это ваша новая сотрудница? — спросила Софья.
Она стояла напротив с подносом в руках.
— Партнёр по клиентам, — ответила Кира раньше Макса.
— В пятнадцать лет?
— Ты же в пятнадцать художница.
Софья посмотрела не на неё, а на Макса.
— Теперь понятно, почему у тебя нет времени на презентации.
— Я хотел написать.
— Несса не подсказала когда?
Кира очень медленно повернула голову.
— Кто такая Несса?
— Никто, — слишком быстро сказал Макс.

Софья усмехнулась.
— Конечно. У него теперь много людей, которых не существует.
Она ушла к другому столу.
Макс проводил её взглядом.
— Девушка? — спросила Кира.
— Нет.
— Тогда почему ты перестал слышать всё остальное?
— Не твоё дело.
— Пока не моё.
Она закрыла планшет.
— Значит, всё-таки есть программа.
— Ты ничего не слышала.
— Я услышала имя, твою реакцию и то, как она попала в точку.
— Забудь.
— Не умею.
— Это угроза?
Кира посмотрела туда, где сидела Софья. Потом снова на Макса.
— Нет. Угрозы делают бесплатно, когда злятся. Я предлагаю сделку.
— Какую?
— Десять процентов.
— Мы договорились на восемь.
— Восемь — цена клиентов.
Она улыбнулась.
— Десять — цена тишины.


Совместно с Ильёй Игоревичем Разумовым