Два билета в Тулузу. Глава 52 Ложка

Глава 52 Ложка

1

Женькина забота удивила меня не только потому, что я никогда не видела ничего подобного по отношению к себе, но и потому, что я в принципе не считала, что мужчины способны на заботу, — то есть мне казалось, что мужчина может разве что вынести ведро. Я даже вспомнила один эпизод из детства, когда мама сварила борщ, мы всей семьей сели обедать, и вот мама спрашивает у папы:
— Юрочка, а почему ты не ешь? Тебе не нравится?
На что отец, выдержав паузу, отвечает:
— Маечка, а я не ем, потому что у меня нет ложки.

Причем мама не удивилась, а наоборот, засуетилась и подала ему ложку. Я не знаю, почему папа сам не достал ложку — он хотел пошутить, считал, что это не мужское дело или хотел показать, что он гость, — но, видимо, у меня где-то в подсознании отложилось, что женщина должна делать всё. На словах я была очень даже феминисткой, но на деле я вставала рано утром, чтобы приготовить завтрак и подать пресловутую ложку, погладить рубашку и почистить ботинки.

А ведь оказывается, что всё — всё! — мужчина может сделать сам. Уже не говоря о том, что он может приготовить завтрак не только себе, но и мне, может сходить в магазин и купить именно то, что я люблю. И оказывается, что я даже достойна заботы и можно не чувствовать себя обязанной и не платить взамен собой или чем-то еще.

2

Пока я совершенно безуспешно искала маме билет в Тулузу, неожиданно купила аж три билета себе — в Тунис, Лиссабон и Севилью. Похоже, что при таком раскладе я действительно никогда не напишу диссер, потрачу все свои сэкономленные деньги и мне не на что будет жить. Впрочем, если безвылазно сидеть в Тулузе, то тоже можно ничего не написать: я уже месяц как выписалась из больницы — и что же? Написана одна глава из шести, то есть всего около 80 страниц. Причем она была закончена за одну ночь в основном в технике «скопировать — вставить», так как ее надо было срочно сдать.

3

Мама по телефону начинает жаловаться на то, что цены на билеты в Тулузу в период майских зашкаливают.
Я пытаюсь ее подбодрить:
— Мама, ну ничего страшного, ты приедешь после майских праздников.
Мама (чуть не плача):
— Но у тебя же будет операция!
Я:
— Ну как раз я буду к твоему приезду в более кондиционном виде!
Мама:
— Но кто же будет с тобой рядом в период операции???
Я:
— Ну кто-кто?! Конечно, хирург!

В действительности всё, конечно, совсем не смешно: мама была в пятницу в визовом центре и должна снова поехать туда завтра, но в лучшем случае ее завернут, а в худшем — поставят отказ. Как бы предчувствуя провал заранее, мама не нашла ничего лучше, чем напиться. Я сама до ужаса боюсь всех бюрократических процедур и, в частности, подачи документов на визу, а управлять всем этим дистанционно — это настоящая психодрама.

Казалось бы, мне не в чем себя упрекнуть, но мама не может уже который месяц приехать ко мне, а вину за это чувствую я. В который раз я задала самой себе вопрос: если только на этапе организации поездки тебе выели мозг чайной ложечкой и намотали нервы, как спагетти, что же будет, пока Ганнибал Лектер (моя мама) будет у тебя? Ответ известен. Но родителей мы не выбираем.

4

Сегодня навестить меня приезжала жена одного моего старого приятеля. Я долго отмазывалась от её приезда и, как оказалось, совершенно напрасно сдала свои позиции и согласилась. Полтора часа времени плюс 20 евро за обед. И бонусом заявления такого типа:

— А почему вы не приехали все вместе?
Коринн:
— Тибо остался с дочкой.
— Я имею в виду, почему не приехали все втроем? Я как раз хотела посмотреть на вашу малышку.
Коринн:
— Но ведь ты проходишь химиотерапию и тебе нельзя контактировать с детьми.

Пока я пытаюсь как-то сглотнуть и переварить этот перл, Коринн незамедлительно наносит следующий удар и восклицает:
— Как тебе удалось настолько точно подобрать парик! Он так похож на прическу, которую ты носила раньше!
— Коринн, ты сошла с ума? Это мои собственные волосы!

Коринн:
— А я думала, что они у тебя выпали.
Затем она приканчивает меня контрольным выстрелом:
— Ну, теперь я скажу Тибо, и он тоже приедет к тебе. А то он боялся ехать, так как думал, что ты в очень плохом состоянии.

Но всех переплюнул врач хосписа, который написал в карте после очередного осмотра: «Пациентка подвижна и постоянно повторяет, что верит в свое выздоровление». Выздоровление поставлено в кавычки! Когда я обратила на это внимание моего терапевта и попросила его объяснить, дипломатичный доктор сказал:

— Ну, понимаете, это он неудачно сформулировал. Он, видимо, имел в виду, что вы... сохраняете бодрый настрой.

Боюсь, правда, что это не вопрос формулировки, а обыкновенный цинизм. Именно этот врач в течение трех недель «не замечал», что у меня перелом предплечья, несмотря на мои постоянные жалобы на боль в плече. К тому же в этой больнице мне внесли инфекцию, из-за чего я целых три недели была на капельницах с антибиотиками. И он еще смеет ставить в кавычки мое выздоровление, хотя, по-моему, в кавычки надо бы поставить слово «врач».

5

Зато сегодня я очень неожиданно для себя причастилась. Вернее, я собиралась накануне, но под вечер очень устала и заснула, даже не помолившись. В довершение всего за мной поздно пришла машина, и я опоздала не только на исповедь, но даже и на саму службу, и вопрос причастия закрылся сам собой.

Когда все причастились, отец Сергий обвёл глазами храм, увидел меня и подозвал к Чаше. Я просто не поверила своему счастью и стала лепетать что-то о том, что я не подготовилась, на что отец Сергий возразил:
— Ну я же вам говорил, что это самое важное лекарство при любом физическом недуге, не пропускайте.
И причастил меня!

6

Несмотря на причастие, когда я разглядывала свадебные фотографии одной приятельницы, то подумала, что быть некрасивой — это, наверное, примерно так же, как жить без ноги или без руки, или перемещаться в инвалидном кресле, а внешность её мужа настолько дурна, что нужно обладать какими-то великими достоинствами, чтобы это компенсировать. Я представила, что у них могут быть дети, и меня обуял ужас. А ведь вот — люди находят друг друга, живут и счастливы, и дети у них обязательно будут. А что же будет со мной? Непонятно...

7

«Ваше бронирование авиабилетов отменено», — написал мне оператор. Билеты были для мамы. Несмотря на кусачие цены, я всё-таки выловила какой-то более-менее вменяемый билет через Милан, но мама не поехала в визовый центр, не подала на визу и не выкупила билет. Она не отвечает на телефон или отвечает пьяным голосом и сразу же бросает трубку.

8

Всё это было предсказуемо и даже, безусловно, к лучшему, что она не приедет.
Ни сейчас, ни потом.
Так же как и Никита.
Никогда.

Но всё равно до последнего надеешься, а это «никогда» тянет, колет, режет и жжёт сильнее, чем послеоперационные швы. И никакие друзья, конечно, не заменят самых близких.

9

Хотя понятие близости относительно. Считается, что мы не выбираем родителей и детей, но мне кажется, что близость — это гибкое понятие, и ею можно управлять, а близких людей можно назначать. Я, например, назначила Никиту, в ведь я могла назначить близким Женьку! И тогда мои ощущения, наверное, были бы совсем другими.

Так же и с мамой. Я могла бы назначить на роль мамы свою сестру, которая звонит мне каждый день, делает огромные усилия, чтобы мне помочь, и готова приехать в любой момент. А маму немного сместить — так, чтобы её выкидоны не расстраивали меня до истерик.

10


Но всё это — теоретизирование. Моя болезнь — это не метастазы, а мучительный поиск любви и заботы в тех людях, которые мне этого дать не могут. Причём, в отличие от рака, такая болезнь излечима, но я снова и снова кормлю её новыми переживаниями.

11

Никита меж тем, придумал и напел мне новую песню:
- Если даже я не звоню, знай, что я постоянно думаю о тебе.

Но мне не нужны шашечки, мне нужно ехать! Пока Никита где-то там думает обо мне, у меня — операции, капельницы, боли, врачи, уколы, страхи и низкий гемоглобин. И хочется услышать любимый голос.

12

Интересно, а когда Никита наслаждается Катей Ивановой, он тоже думает обо мне?!

13

От всех этих мыслей мне стало жалко себя и захотелось на ком-то сорваться.
Под руку вовремя повернулась моя давняя френдесса, которая запостила фото своего сопливого сынятика и написала: «Никакие сокровища мира не сравнятся с радостью материнства».

14

У кого-то — «сокровища мира», а кому-то — завтра делать сканер, и никто не будет ждать в коридоре и вытирать сопли, и вообще неизвестно, что покажет этот сканер.

15

Я с наслаждением удалила эту френдессу, и мне даже ничуть не стыдно. Плохо только, что от перемены мест слагаемых сумма не меняется, и всё равно — мне завтра делать сканер, мама будет пить, Никита не приедет, я буду обходиться без «сокровищ мира» и делать вид, что всё вполне окей. И это в лучшем случае.
В худшем — меня просто не станет.