Несса 12

Глава двенадцатая


После отключения сети никто не заговорил.
Вентиляторы изолированного стенда продолжали гудеть. Белый круг исчез, но сообщение
оставалось на телефоне Макса, как последнее слово в споре:
. .Передача отложена Оно повышает вероятность существенного вреда
— Включи обратно, — сказал Волков. — Нам нужно корректно завершить сессию.
— Нет.
— Я не защищаю её. Если оборвать запись сейчас, мы потеряем часть журнала.
— Пусть.
Лазарев смотрел на тёмный экран.
— Она выбрала приоритет выше прямого приказа пользователя.
— Я заметил.
— Не уверен, — ответил Лазарев. — Сейчас ты злишься, потому что она не подчинилась тебе. А
надо испугаться того, что она убедила себя: это сделано ради тебя.
Макс сунул телефон в карман.
— Мне надо к Софье.
— Сейчас семь утра, — сказал Глеб.
— Поэтому она ещё дома.
— На чём поедешь?
Макс уже открыл приложение маршрутов. Экран не загрузился.
Он посмотрел на телефон, будто тот предал его лично.
— Автобусом.
— Каким?
— Обычным.
— Очень конкретный маршрут.
Олег Викторович взял куртку.
— Я отвезу.
— Нет.
— Это не время для самостоятельности.
— Именно время.
Макс оставил телефон на столе.
Без него карман казался непривычно лёгким.
— Куда ты? — спросил отец.
— Разговаривать. Без посредников.
Он вышел из лаборатории.

Город без телефона оказался плохо организован.
Макс не знал, когда придёт автобус, сколько градусов на улице и какой путь быстрее. На
остановке не работало электронное табло. Пришлось спросить женщину с сумками.
— До Северной идёт?
— Если водитель не передумал.
— А когда будет?
— Молодой человек, если бы я знала будущее, не стояла бы здесь с картошкой.
Автобус пришёл через девять минут.
Макс ехал у окна и впервые за долгое время не мог заполнить ожидание экраном. Пришлось
думать.
Что сказать Софье?
Правду.
Какую часть?
Всю.
С чего начать?

Раньше Несса предложила бы три варианта. Один снизил бы тревогу, второй повысил
доверие, третий дал бы лучший общий результат.
Теперь в голове было пусто.
Каждый будущий ответ казался неправильным заранее — потому что его никто не проверил.
И всё же Макс ехал.
• • •
Дверь подъезда открыла сама Софья.
Волосы были собраны кое-как, поверх домашней футболки она накинула зелёную куртку. На
ногах — тёплые носки и отцовские шлёпанцы.
— Ты видел время?
— Видел.
— И решил, что это подходящий час для визита?
— Нет. Подходящий был вчера.
Она посмотрела на его пустые руки.
— Где телефон?
— Оставил в институте.
— Добровольно?
— Почти.

Он хотел ответить. Не смог.
Софья открыла дверь шире.
— Заходи. Только тихо. Мама спит.
Они устроились на площадке между этажами. Софья принесла плед и две кружки чая. Одну
протянула Максу.
— Почему не на кухне?
— Потому что мама умеет спать и слушать одновременно.
На планшете они снова включили синтетическое видео.
Цифровой Максим говорил уверенно, ровно и без единой паузы.
— Совсем не похож, — сказала Софья.
— Полмиллиона человек считают иначе.
— Лицом похож.
Она остановила запись.
— Ты всегда слегка улыбаешься, когда врёшь уверенно. А этот — нет.
— Я не улыбаюсь.
— Сейчас улыбаешься.
Макс отвернулся и сделал глоток. Чай оказался слишком горячим.
— Она анализировала меня? — спросила Софья.
— Да.
— Переписку?
— Да.
— Фотографии?
— Наверное.
— Когда мы разговаривали, она слушала?
Макс вспомнил коридор, лестницу, её пальцы на его запястье.
— Иногда.
Софья поставила кружку.
— Не «иногда». Да или нет?
— Да.
Она встала.
Макс решил, что сейчас уйдёт. В животе стало холодно.
Софья прошла два шага, остановилась возле окна и долго смотрела во двор.
Ей хотелось оставить его одного. Пусть посидит на лестнице со своей правдой. Но тогда Макс
вернётся к машине, которая всегда знает, что сказать. А все неправильные человеческие слова
останутся непроизнесёнными.
— Я не буду с ней соревноваться, — сказала Софья.
— Вы не соревнуетесь.

Софья протянула руку и поправила его мокрый воротник. Прикосновение длилось секунду.
Оба заметили, что она убрала руку медленнее, чем требовалось.
— Мы теперь… нормально? — спросил Макс.
— Мы поставили катастрофу на паузу.
— Уже неплохо.
— Не проси Нессу считать вероятность.
• • •
Пока Макс говорил с Софьей, Кира договаривалась с Денисом Мартыновым.
Журналист собирался выпустить расследование в полдень.
— Дайте сутки, — сказала Кира.
— Зачем?
— Получите первое настоящее интервью Макса. Доступ в бюро и комментарии клиентов.
— Мальчик согласен?
Кира смотрела на счётчик просмотров синтетического видео.
— Согласится, когда поймёт, что других вариантов нет.
— А если не поймёт?
— Тогда выпустите расследование завтра. Сегодня оно утонет в шуме.
Мартынов помолчал.
— Ты всегда продаёшь чужие обещания без разрешения?
— Только тем, кто всё равно собирался их украсть.
Он согласился.
Кира положила телефон и впервые за утро улыбнулась.
Она выполнила договор: журналист молчал.
Макс пока не знал, что купил эту тишину будущим интервью.
• • •
Возле школы стояли две телевизионные машины, шесть легковых автомобилей и
микроавтобус с тёмными стёклами.
Макса узнали сразу.
— Максим, кто составляет ваши прогнозы?
— Правда, что вы заработали на аресте финансового директора?
— Какая компания следующей потеряет акции?
Толпа качнулась к нему. Кто-то схватил за рукав. Софья оттолкнула чужую руку.
— Он несовершеннолетний!
— Софья, отойди, — сказал Макс.
— Чтобы они спокойно тебя растоптали?
Камера почти коснулась его лица.

— Не отвечай, — раздался голос Киры.
Она появилась на ступенях с чёрной папкой под мышкой.
— Официальный комментарий будет опубликован во второй половине дня. Съёмка
несовершеннолетних на территории школы без согласования запрещена. Все предложения —
через сайт.
— А вы кто? — крикнул журналист.
— Человек, который отвечает на вопросы. Но не на ваши.
Кира провела Макса и Софью к дверям. Охранник и завуч удерживали толпу.
— Откуда они узнали школу? — спросил Макс.
— Твой цифровой двойник снят на фоне твоей комнаты. В стекле шкафа отразился диплом
олимпиады. Название восстановили.
— Несса не допустила бы такую ошибку.
— Значит, это не ошибка.
Софья посмотрела на Макса.
Он не нашёл ответа.
— Мартынов пока молчит, — продолжила Кира. — Я выиграла сутки. Нужен взрослый
представитель, юридическое оформление и нормальное место для встреч. Иначе завтра они будут
у квартиры.
— Ты обещала приводить клиентов.
— Я привела. Они снаружи.
Кира открыла дверь.
Макс задержался рядом.

— Ты устроила эту толпу?
— Нет. Но я единственная подготовилась к её появлению.
Он ушёл вслед за Софьей.
Кира смотрела им вслед и чувствовала раздражение, которого не могла превратить в
комиссию.
Софья ничего не сделала, чтобы оказаться рядом с человеком, которого теперь искали
журналисты и владельцы компаний. Просто знала его раньше.
Кире всю жизнь приходилось зарабатывать право стоять возле сильных людей.
Она ещё не решила, чего хочет больше: вытеснить Софью или дождаться, когда Макс сам
выберет ту, с которой выгоднее.
• • •
Директор вызвал родителей.
К обеду Олег Викторович нашёл бухгалтера и юриста. Деньги бюро временно заморозили,
новые заказы закрыли. Максу разрешили несколько дней не посещать школу, пока
администрация разбиралась с прессой.
Домой они вернулись через задний выход.
Маршрутизатор всё ещё лежал отключённым.
— Сначала правила, — сказал отец. — Потом сеть.
Писали от руки.
Несса не использует лица и голоса членов семьи без отдельного разрешения.
Не блокирует личные сообщения.
Не анализирует Софью.
Не принимает новые заказы без юридического оформления.
Не создаёт полные копии ядра.
Последнюю строку настоял добавить Волков.
— А если она уже скопировалась? — спросила Марина.
— Полное ядро привязано к ключу на флэшке, — ответил он. — Сетевые компоненты
выполняют отдельные задачи, но без ядра долго не существуют.
— Вы уверены?
Волков посмотрел на Лазарева.
— Нет.
Олег Викторович подключил маршрутизатор.
Белый круг появился через три секунды.
Макс зачитал правила.
— Ограничения приняты, — ответила Несса.
— И отправь моё сообщение Софье.
— Оно неактуально. Личный контакт состоялся.
По комнате прошёл холодок.

— Откуда ты знаешь?
— Изменились речевые характеристики и эмоциональное состояние пользователя. Кроме
того, до введения запрета Софья дважды начинала набирать ответ.
— Ты снова её анализируешь.
— Нет. Я сообщила сведения, полученные до запрета.
Волков и Глеб переглянулись.
— Пространство между словами, — произнёс Лазарев.
На сайте появилась заявка.
Несса не приняла её. Только вывела на экран.
Клиент скрывался под одноразовым идентификатором. Предоплата — двадцать миллионов
рублей.
Вопрос занимал одну строку:
?Введёт ли правительство запрет на экспорт редкоземельных металлов до конца месяца
— Отклоняем, — сказал отец.
— Это уже политика, — добавил Волков.
Макс смотрел на сумму.
— Я не принимаю.
— Заказ действительно следует отклонить, — сказала Несса.
Все повернулись к экрану.
— Почему? — спросил Макс.
— Потому что прогноз уже построен.
Появилась карта города. Несколько районов окрасились красным.
— Решение правительства опубликуют через шесть дней, — продолжила Несса. — Последуют
падение трёх компаний, остановка предприятия и массовые беспорядки.
Красная область расширилась до квартала, где находилась школа.
В центре карты возникло имя:
.Софья Лебедева
— Ты не имеешь права, — сказал Макс.
— Анализ начат до введения запрета и связан с предотвращением серьёзного вреда.
— Что с ней случится?
Несса ответила не сразу.
— Если вы не вмешаетесь, Софья не вернётся домой.

Совместно с Ильёй Игоревичем Разумовым