Мерцающий свет 4

Глава четвёртая. Берег

Дом над рекой
Полицейские приехали через одиннадцать минут. Нападавшего уже не было. Во дворе нашли его телефон без сим-карты и обрезок проволоки.

Адриан говорил о человеке в капюшоне, о пропавшей сотруднице, об исчезнувшем теле. Дежурный записывал добросовестно, но, услышав фамилию Руднева, поднял голову.

— С чего вы его связываете?

Адриан изложил разговор на кухне. Пока говорил, сам слышал, как слабо это звучит.

— Выспитесь, — сказал дежурный уже мягче. — У вас шок.

Утром Адриан позвонил доценту, которая вела у них практикум по доказательствам. Она однажды сказала на занятии: если вам страшно подать заявление, приходите, начнём вместе. Он тогда решил, что это красивый педагогический приём.

Теперь она молча слушала его в кабинете, а потом придвинула чистый лист.

— Пишем по порядку. Что вы лично видели. Что можете подтвердить. Копию оставим у меня.

Она нашла адвоката, который взялся сопровождать заявление об исчезновении Веры Сергеевны. Адриан передал ему копии документов выдачи тела и записку. Про будущую дату сказал: лабораторные пометки.

Впервые за двое суток кто-то не требовал от него ни веры, ни молчания.

К обеду он снял дешёвый номер на окраине. Привёз контейнер в сумке-холодильнике и поставил установку на прикроватный столик.

Последний участок возле зрачка стал молочным. Будущая сцена исчезла. Глядя на мутную полоску, Адриан испытывал почти благодарность: другой раз увидеть себя за тем столом он бы не выдержал.

Он вернулся к кольцу семилетней давности.

Анна шла по коридору приюта. Ночью. Краска на стенах была зелёной, двери — коричневыми. В конце коридора мужчина тащил подростка за ворот. Лицо мужчины Анна не видела. Зато часы на его руке были знакомы: отец получил такие в награду за раскрытие похищения.

Адриан остановил просмотр.

Значит, всё могло быть иначе. Отец мог участвовать. Мог скрываться от заслуженного наказания. Седина и шрам не делали человека невиновным.

Он записал это в тетради: «Не оправдывать заранее».

Возобновил просмотр с более раннего участка.

Теперь Анна стояла за открытой дверью. В комнате отец снимал часы и отдавал Рудневу. Рядом лежало пальто. Руднев примерял его, что-то говорил. Отец держал в руках маленькую чёрную коробочку и указывал на внутренний карман.

Они готовили скрытую запись. Потом Руднев надел пальто и вышел.

От облегчения Адриан закрыл глаза. Когда снова посмотрел в окуляр, отец стоял так близко, что был виден след пореза после бритья. Он взял Анну за плечи и произнёс короткую фразу. Звука не было.

На столе лежал лист: «Если не вернусь — Дениса к паромщику».

Далее воспоминание рассыпалось: бег по лестнице, чья-то кровь на кафеле, огонь за стеклом. Анна держала чужую руку. Указательного пальца не было.

Адриан вспомнил странность, которой раньше не придал значения: у человека на пороге Анны были целы все пальцы — он отчётливо видел, как тот расстёгивал пальто. А в старых документах об опознании, которые Руднев когда-то передал матери, значилась травма кисти. Адриан тогда решил, что она связана с пожаром.

Вечером он поехал к бывшему приюту.

Дом «Берег» стоял за городом над рекой. Теперь здесь продавали строительные материалы. На месте детской площадки лежали трубы. Мужчина у ворот объяснил, что паром давно закрыли, но перевозчик живёт ниже по течению, возле старой пристани.

К пристани Адриан пришёл в сумерках. Над водой стелился туман. Из сарая доносился стук молотка.

— Денис? — позвал он.

Стук прекратился.

На пороге появился мужчина лет тридцати, с длинным бледным шрамом на шее.

— Кто спрашивает?

— Сын следователя Маркова.

Мужчина посмотрел мимо него, на тропинку.

— Он сам тебя прислал?

Адриан почувствовал, как земля ушла из-под ног.

Денис молча провёл его в дом. У печи сушилось мокрое пальто. На столе стояла чашка, возле неё лежали очки.

Отец поднялся со стула.

Сначала Адриан увидел знакомый жест: ладонь опёрлась на край стола, прежде чем человек выпрямился. Отец всегда вставал так после старой травмы спины.

Ни объятия, ни слова «сын» не было.

— Ты знал, где мы живём? — спросил Адриан.

Отец кивнул.

— Все семь лет?

— Да.

Адриан поставил сумку на пол.

— Тогда начни с этого.

Совместно с Ильёй Игоревичем Разумовым