Королевские узы. Глава 11. Принц Стенмар

А теперь мы приглашаем читателя последовать за нами в роскошный дворец на берегу живописного озера Тесен. Это было роскошное здание в стиле барокко, окруженное прелестным тенистым садом с оранжереей и зверинцем. Здесь обитал его высочество принц Стенмар. Сразу поясним, что этот господин намеренно ввел Мею в заблуждение относительно своего настоящего титула. Он нарочно представился герцогом, чтобы хоть немного уменьшить социальную дистанцию, которая отделяла его от красавицы. Он увидел ее на первом представлении оперетты и мгновенно потерял голову. С того дня блондинка преследовала принца во сне, лишая его покоя, но не аппетита. Его высочество был заядлым гурманом, и даже «высокие отношения» не мешали его гастрономическим упражнениям, которым он неукоснительно предавался четыре раза в день.
В описываемый момент Стенмар стоял перед огромным зеркалом, примеряя новый, великолепный, праздничный вишневый камзол, который только что прислал его портной. В этом наряде принц был неподражаем. Впрочем, он и сам по себе был видным, весьма представительным мужчиной. Широкая грудь, крепкие плечи, стройная талия, мускулистые ноги, сильные руки придавали ему сходство с античным героем. Его лицо дышало мужественной красотой. Черные выразительные глаза, четко очерченный рот, прямой нос, волевой подбородок изобличали в нем человека властного, дерзкого, привыкшего добиваться своего и ни в чем себе не отказывавшего. Таков был поклонник Меи. Надо отдать ему должное – он пришелся по душе красавице, которая нашла в нем всего один недостаток – он был на четверть века старше ее. Впрочем, это различие сглаживалось его внешними данными, роскошным костюмом и богатыми украшениями. Золотой перстень баснословной стоимости, грушевидная жемчужина в ухе и бриллиантовая запонка ослепили блондинку. В их блеске она не заметила глубоких морщин на его лбу и нескольких благородных седин на висках. Принц не закрашивал их и не носил парик, так как считал, что эти серебряные нити украшают его, как некоторые мужчины убеждены, что их красят шрамы.
Когда он закончил свой туалет – который совершал в одиночестве – в дверь постучали.
– Войдите, – сказал принц.
Он говорил низким, грудным голосом, который тихо вибрировал в его носоглотке, создавая эффект колоратуры. В комнату быстрым шагом зашел камердинер и склонился в низком поклоне. Стенмар не без труда оторвался от зеркала и устремил на него нетерпеливый взгляд.
– Итак?.. – промолвил он.
– Ваше высочество, она придет, – почтительно изрек камердинер, не разгибая своей длинной, узкой спины.
На губах принца заиграла горделивая улыбка.
– Вы уверены? Мне нужны точные сведения… понимаете?
– Это совершенно точно, можете не сомневаться, ваше высочество, – подтвердил камердинер.
– Откуда у вас эти сведения?
– От нее самой…
– От Меи! – вскричал принц. – Говорите… дословно!
– Ваше высочество, она прислала записку, – ответил камердинер и, по-прежнему не разгибаясь, протянул своему господину маленький надушенный духами конвертик.
Принц схватил его, прижал к губам и с жадностью вдохнул тонкий аромат.
– Вы свободны, Варсен.
Камердинер вышел, пятясь и не поднимая головы, словно щадя чувства его высочества. Он не зря старался. Принц, не дождавшись его ухода, вытащил записку и быстро пробежал ее глазами. Варсен достиг порога, когда лицо его господина покраснело, потом побледнело, как у человека, близкого к отчаянию или эйфории. Когда дверь за камердинером закрылась, принц покрыл записку жаркими поцелуями.
– Завтра… Все решится завтра! I shall conquer this! – воскликнул он, цитируя мистера Дарси.