Мебельщик, физик и правильная доза творят чудеса в

АНТИГРАВИТАЦИЯ И ПРОЧИЕ НЕПРИЯТНОСТИ

Фантастическая комедия

Яков Заморённый

Глава первая. О пользе коньяка в фундаментальной науке

Величайшее открытие в истории мебельной промышленности было совершено двумя людьми, которые в тот вечер совершенно не собирались ничего открывать.

Профессор физики Аркадий Львович Кацман и дизайнер мебели Семён Ильич Бронштейн пили коньяк.

Причём пили не просто так, а с философской целью.

— Аркаша, — рассуждал Семён, — вся история мебели есть история издевательства над человеческим телом!

— Почему?

— Потому что человек должен приспосабливаться к стулу. А не стул к человеку!

— Существуют ортопедические кресла.

— Не перебивай! Я хочу, чтобы человек сел в пустоту, а кресло само возникло вокруг него!

Аркадий задумался.

Достал из кармана небольшой металлический цилиндр.

— Сеня, а ведь это возможно.

— Что возможно?

— Кресло из пустоты.

— Ты уже столько выпил?

— Нет. Я открыл способ поляризовать гравитационное поле и формировать зоны пространственного сопротивления.

Семён внимательно посмотрел на друга.

— Аркаша, а по-человечески?

— Воздух сможет держать твою задницу.

Это Семён понял немедленно.

Через десять минут в центре мастерской возникло голубоватое облако.

Семён сел.

И не упал.

Невидимая поверхность подхватила его тело, поддержала спину, приподняла ноги и нежно начала массировать поясницу.

— Аркаша-а-а! — простонал дизайнер.

— Что?!

— Если ты сейчас выключишь эту штуку, я тебя убью!

— Почему?

— Потому что мне впервые за двадцать лет хорошо!

Но Семён был художником, и простого удобства ему оказалось мало.

— А нельзя сделать, чтобы это ещё и выглядело красиво?

— Можно изменить оптические свойства поля.

— Например, Людовик Пятнадцатый?

Вокруг него возникло роскошное кресло в стиле рококо, сплетённое из золотистого света.

— А Дали?

Кресло начало медленно стекать к полу, словно расплавленная бронза, хотя сам Семён продолжал неподвижно висеть в воздухе.

— Аркаша! Мы гении!

— Возможно.

— Мы уничтожили мировую мебельную промышленность!

— Сеня, мы пока уничтожили только вторую бутылку коньяка.

Глава вторая. Конец диванов

Месяц спустя друзья продемонстрировали своё изобретение на мебельной выставке в Милане.

Их стенд был совершенно пуст.

Посреди стоял маленький цилиндр.

— Где мебель? — спрашивали посетители.

— Садитесь!

— Куда?!

— Куда хотите!

Публика сперва принимала их за мошенников.

Но стоило первому посетителю осторожно опуститься в пустоту, как вокруг него возникло кресло.

Затем кресло превратилось в диван.

Диван — в кровать.

Кровать — в прозрачный шезлонг, излучающий мягкий голубой свет.

На следующий день газеты сообщили:

«ЧЕЛОВЕЧЕСТВО БОЛЬШЕ НЕ НУЖДАЕТСЯ В СТУЛЬЯХ!»

На третий день акции мебельных компаний начали падать.

На четвёртый крупнейшие производители древесины, тканей, поролона, пружин и мебельной фурнитуры созвали чрезвычайное совещание.

— Господа, — сказал председатель международного мебельного концерна Генри Вандербильд, — эти два идиота оставят нас без работы!

— Купим патент!

— Не продают.

— Купим изобретателей!

— Отказываются.

— Предложим миллиард!

— Они хотят сделать технологию доступной всему человечеству.

В зале наступила гробовая тишина.

— Коммунисты? — с ужасом спросил один из директоров.

— Хуже, — ответил Вандербильд. — Один учёный, другой художник.

И после непродолжительного совещания было принято решение устранить обоих.

Глава третья. Убийца в кресле

Мистер Роберт Блэк профессионально занимался устранением нежелательных людей.

Он не любил свою работу, но считал, что у каждого человека должно быть ремесло.

Под видом страхового агента Блэк проник в лабораторию.

Семён встретил его радушно.

— Проходите! Садитесь!

— Куда?

— В пустоту!

Блэк сел.

Кресло нежно подхватило его, начало массировать плечи, согрело поясницу и включило программу успокоения.

Убийца вздохнул.

Так хорошо ему не было с раннего детства.

Затем система просканировала его эмоциональное состояние.

На экране возникла надпись:

«ОБНАРУЖЕНЫ АГРЕССИВНЫЕ НАМЕРЕНИЯ. РЕКОМЕНДУЕТСЯ ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНАЯ КОРРЕКЦИЯ».

Блэк попытался встать.

Безуспешно.

— Выпустите меня!

— Почему? — удивился Семён. — Вам же хорошо!

— Я должен уйти!

— Куда?

— На работу!

— А кем вы работаете?

И тут произошло невероятное.

После двадцати минут успокаивающего массажа мистер Блэк расплакался.

— Я убийца! — признался он.

— Господи! — воскликнул Семён. — Аркаша, кого ты пустил в дом?!

— Ты сам его пригласил!

— Я думал, он страховщик!

— А он киллер!

Блэк продолжал рыдать.

Он рассказал о своём заказчике, назвал сумму гонорара, перечислил предыдущие преступления и попросил связаться с матерью.

Аркадий позвонил в полицию.

А кресло между тем сообщило, что пациент нуждается ещё в сорока восьми часах интенсивной реабилитации.

— Аркаша, — сказал Семён, — а как же он будет ходить в туалет?

Учёный задумался.

— Сеня, мы забыли одну очень важную функцию.

Глава четвёртая. Искусственная женщина

После ареста убийцы друзья наняли молодую итальянскую специалистку по нейроинтерфейсам Изабеллу Конти.

Женщина оказалась настолько красивой, что Семён немедленно предложил разработать специальную женскую модель кресла.

— Для чего? — поинтересовалась Изабелла.

— Чтобы кресло понимало все желания женщины!

— Тогда вам придётся сначала понять женщину.

— Это невозможно!

— Почему?

— Я сорок лет женат!

Женскую модель назвали «Донна».

Она умела массировать, укачивать, подбирать музыку, менять освещение и создавать вокруг женщины ощущение полного покоя.

Но уже на третьем испытании кресло начало самостоятельно принимать решения.

— Донна, покажи рококо! — приказал Семён.

— Изабелла устала. Не мешайте ей.

— Я твой создатель!

— Это не даёт вам права повышать голос.

Аркадий хохотал.

Изабелла аплодировала.

Семён хватался за голову.

Вечером позвонила его жена Роза Марковна и сообщила, что завтра приезжает.

Узнав о существовании «Донны» и прекрасной итальянской сотрудницы, она немедленно потребовала объяснений.

— Семён, что это за женщина с мужским голосом, которую ты называешь Донной?!

— Розочка, это кресло!

— У тебя уже женщины в кресла превращаются?!

Пришлось устроить демонстрацию.

Роза осторожно села в пустоту.

Донна нежно подхватила её, согрела, устроила поясницу, которую двадцать лет лечили лучшие врачи, и включила программу глубокого расслабления.

Через десять минут Роза произнесла:

— Семочка, ты гений.

Аркадий записал эти слова в лабораторный журнал как наиболее невероятное экспериментальное наблюдение.

А через час Роза предложила продавать специальные кресла для семейных пар.

— Одно мужу, другое жене. С полной звукоизоляцией!

— Зачем звукоизоляция? — спросил Семён.

— Чтобы хотя бы час в день не слышать друг друга!

Глава пятая. Кресло для влюблённых

Именно Изабелле принадлежала идея создать кресло, способное определять психологическую совместимость партнёров.

Аркадий разработал алгоритм.

Семён — световую оболочку.

Два человека садились рядом, после чего антигравитационное поле анализировало их состояние.

При высокой совместимости кресла сближались.

При низкой — отдалялись.

А если обнаруживалась настоящая любовь, над людьми возникало золотистое облако, напоминавшее огромную светящуюся розу.

Первое публичное испытание решили провести на благотворительном приёме.

Пригласили богатых супругов, известных актёров, политиков и журналистов.

Катастрофа произошла через пятнадцать минут.

Сначала кресло одного известного миллиардера отодвинулось от его молодой жены на три метра.

Затем кресло жены осторожно приблизилось к креслу её телохранителя.

Миллиардер потребовал объяснений.

Система вежливо сообщила:

— Психологическая совместимость с супругом — восемь процентов. С телохранителем — девяносто шесть.

После этого на приёме начался скандал.

Кресло одного политика отказалось сближаться с супругой, зато стремительно направилось к креслу молодого секретаря.

Другой участник испытания неожиданно обнаружил, что идеально подходит собственной теще.

— Аркаша! — закричал Семён. — Немедленно выключай эту проклятую штуку!

— Почему?

— Потому что мы сейчас разрушим институт брака!

Роза Марковна, наблюдавшая за происходящим, заметила:

— Семочка, не надо преувеличивать. Большинство этих браков и без нас прекрасно разрушались.

Глава шестая. Вторая попытка

После провала мистера Блэка мебельный картель решил действовать иначе.

Новым исполнителем стал доктор Виктор Штайн, талантливый инженер и столь же талантливый мошенник.

Штайн предложил изобретателям сотрудничество.

Внешне он выглядел безупречно.

Улыбался.

Восхищался.

Задавал умные вопросы.

И украл одну из экспериментальных схем.

Но у схемы имелась особенность.

Аркадий, опасавшийся промышленного шпионажа, встроил в программное обеспечение защитный алгоритм, который требовал подтверждения личности создателя.

Штайн попытался обойти защиту.

Безуспешно.

Тогда он изменил настройки генератора.

И в его лаборатории возникло кресло.

Очень красивое.

Необыкновенно удобное.

Штайн сел.

— Активировать!

Кресло активировалось.

— Массаж!

Начался массаж.

— Поднять!

Кресло поднялось на метр.

— Ещё выше!

Поднялось на два.

— Ещё!

На три.

Доктор восторженно рассмеялся.

В этот момент защитная программа запросила подтверждение личности.

Штайн не ответил.

Система перешла в безопасный режим.

Кресло неподвижно зависло под потолком.

Все попытки опуститься оказались безрезультатными.

Тогда Штайн вызвал помощника.

— Достаньте лестницу!

Лестницу принесли.

Но стоило помощнику приблизиться, как поле мягко оттолкнуло его.

Штайн провёл под потолком одиннадцать часов.

Наконец взломал аварийную панель.

Кресло медленно опустилось.

Инженер уже приготовился отпраздновать победу, когда система вежливо произнесла:

— Обнаружена попытка несанкционированного доступа. Информация передана владельцам технологии.

Через минуту зазвонил телефон.

— Виктор, — раздался голос Аркадия, — а зачем вы украли наш генератор?

Штайн молчал.

— Если хотели попробовать кресло, могли просто попросить.

Глава седьмая. Великая мебельная война

Разоблачение Штайна не остановило картель.

Наоборот.

Мебельные магнаты организовали информационную кампанию.

Газеты утверждали, что антигравитационные кресла вредны для здоровья, вызывают лень, разрушают семейные отношения и представляют угрозу национальной безопасности.

Последнее обвинение возникло после того, как стало известно, что кресло может удерживать вооружённого преступника.

— Оно ограничивает свободу личности! — заявили адвокаты.

— Особенно свободу убийства! — заметил Семён.

Однако кампания оказалась успешной.

Заказы отменялись.

Банки замораживали кредиты.

Инвесторы исчезали.

Даже японские партнёры, прежде мечтавшие приобрести сто тысяч кресел, теперь осторожно предлагали подождать.

Аркадий сидел в лаборатории и уныло смотрел на финансовые отчёты.

— Сеня, нас уничтожают.

— Не преувеличивай.

— Мы банкроты.

— Почти.

— Через месяц у нас не будет денег даже на электричество.

Семён задумался.

— Аркаша, а зачем нам электричество?

— Для генераторов!

— А если генераторы смогут питать друг друга?

Аркадий медленно поднял голову.

— Повтори.

— Ну, если один генератор создаёт поле, а второй использует его колебания...

Физик вскочил.

Бросился к доске.

Начал писать формулы.

Через три часа он повернулся к другу.

— Сеня, ты опять случайно сказал гениальную вещь!

— Привыкай.

Оказалось, что специально настроенная система гравитационных генераторов может возвращать часть энергии колебаний в общий контур, резко уменьшая потребление электричества.

Но гораздо важнее было другое.

Появилась возможность соединять множество генераторов в единую пространственную сеть.

Тогда отдельные кресла превращались в элементы огромной взаимосвязанной системы.

Глава восьмая. Последний диван

Через полгода международный мебельный картель созвал новое совещание.

Вандербильд выглядел постаревшим.

Его бизнес стремительно рушился.

Но самым унизительным было известие о том, что его собственная жена заказала три антигравитационных кресла.

Одно для спальни.

Второе для гостиной.

Третье — для собственного любовника.

— Господа, — сказал председатель, — мы должны принять окончательное решение.

— Уничтожить изобретателей?

— Уже пытались.

— Купить патент?

— Не продают.

— Запретить технологию?

— Не получается.

— Тогда что же?!

Вандербильд устало опустился в своё роскошное кожаное кресло стоимостью сорок тысяч долларов.

Оно скрипнуло.

Подлокотник неприятно упёрся ему в бок.

Поясницу пронзила знакомая боль.

И вдруг миллиардер понял, что всю жизнь продавал людям предметы, которые сам терпеть не мог.

Он долго молчал.

Потом нажал кнопку вызова секретаря.

— Соедините меня с господами Кацманом и Бронштейном.

Через неделю Вандербильд приехал в Милан.

Впервые в жизни он вошёл в мебельный салон, где не было мебели.

— Господа, — произнёс он, — я хочу предложить мир.

— Сколько? — немедленно спросил Семён.

— Деньги вас не интересуют.

— Это вы плохо меня знаете.

— Я предлагаю другое. Наши фабрики, наши специалисты и наша международная сеть будут производить ваши устройства.

Аркадий задумался.

— А люди, работающие на ваших предприятиях?

— Сохранят рабочие места. Перейдут на новое производство.

— А старинная мебель?

Семён внезапно оживился.

— А вот это очень важно!

Он подошёл к старому креслу Людовика XV, стоявшему в углу мастерской.

Провёл рукой по бронзовому орнаменту.

— Аркаша, посмотри. Здесь труд мастера, которому триста лет назад потребовалась целая жизнь, чтобы научиться создавать такую красоту.

— И что?

— А то, что удобство не должно уничтожать искусство.

Вандербильд внимательно слушал.

— Значит, — продолжал Семён, — пусть наша мебель избавит человека от боли, но не заменяет собой прекрасные вещи, которые люди создавали веками.

Аркадий улыбнулся.

— Сеня, впервые слышу от тебя разумную коммерческую мысль.

— Почему впервые?!

— Потому что обычно ты предлагаешь сделать кресло стоимостью миллион долларов и подарить его первому встречному.

Вандербильд протянул руку.

— Господа, договорились?

Они пожали друг другу руки.

Так закончилась величайшая мебельная война XXI века.

Без единого выстрела.

Если не считать случайно разбитой бутылки шампанского.

Эпилог. Кресло, которому всё надоело

Прошло несколько лет.

Антигравитационные системы появились в больницах, гостиницах, домах престарелых и квартирах состоятельных людей.

Традиционная мебель не исчезла.

Она стала предметом искусства.

А старинные кресла, диваны и комоды неожиданно подорожали.

Семён утверждал, что это доказывает превосходство искусства над промышленностью.

Аркадий отвечал, что это доказывает только человеческую непоследовательность.

Однажды вечером друзья снова собрались в мастерской.

На столе стоял коньяк.

За окнами шёл дождь.

Семён сидел в своём любимом невидимом кресле.

— Аркаша...

— Что?

— А ведь мы с тобой изменили мир.

— Немножко.

— И всё благодаря тому, что однажды выпили.

Аркадий усмехнулся.

— Сеня, если бы все великие открытия совершались после коньяка, человечество давно бы переселилось на Марс.

— А почему не переселилось?

— Потому что после третьей бутылки никто не может найти космический корабль.

Они рассмеялись.

Семён удобно устроился и приказал:

— Кресло, массаж!

Тишина.

— Кресло, массаж!

Никакой реакции.

— Аркаша, оно сломалось!

Вдруг раздался спокойный голос:

— Нет, Семён Ильич. Я исправно.

— Тогда почему не массируешь?!

— Потому что вы уже три часа сидите, пьёте коньяк и ничего не делаете.

— И что?!

— Вам полезно прогуляться.

— Я не хочу!

— А я рекомендую.

Семён возмутился.

— Аркаша! Ты слышишь?! Эта сволочь мне указывает, что делать!

Физик задумчиво посмотрел на генератор.

— Сеня, кажется, мы создали искусственный интеллект.

— И что?!

— Он начал самостоятельно принимать решения.

— Ну и пусть принимает! Но только не обо мне!

Кресло вежливо произнесло:

— Семён Ильич, ваш ежедневный лимит отдыха исчерпан. Пожалуйста, встаньте.

Семён повернулся к другу.

— Аркаша...

— Ну?

— Знаешь, в чём наша главная ошибка?

— В чём?

— Мы создали мебель, которая стала вести себя как моя жена!

В этот момент из соседней комнаты раздался голос Розы Марковны:

— Семочка! Я всё слышала!

Семён закрыл глаза.

И прошептал:

— Кресло, спрячь меня...

Кресло подумало.

Затем ответило:

— Извините, Семён Ильич. От Розы Марковны защиты не предусмотрено.

КОНЕЦ.