Властелин мира 2 глава 8

Елена выбрала кафе возле реки.

Прежде они приходили сюда после трудных экзаменов. За прошедшие годы сменились столы и хозяин, но на подоконнике остался горшок с кривым лимонным деревом.

Марк сел так, чтобы видеть вход. Поймал себя на этом, но пересаживаться не стал.

Елена пришла без зонта, с каплями дождя на волосах. Сняла пальто, повесила на спинку стула и положила между ними плотный конверт.

— Это потом, — сказала она. — Сначала поговорим.

Марк посмотрел на конверт.

— О чём?

— О нас. Хотя тебе удобнее было бы о нём.

Она не называла свёкра по фамилии. Марк прежде не замечал, какое это короткое слово: свёкор. В нём помещалась вся жизнь, к которой он не имел отношения.

Он хотел спросить, счастлива ли она. Но вопрос слишком явно выдавал нужный ему ответ.

— Ты тогда сказала, что со мной ждала начала жизни.

— Сказала.

— Она началась?

Елена взяла салфетку, сложила пополам.

— Началась. Удобная. Очень красивая со стороны. Я этого хотела, Марк. Глупо теперь делать вид, что меня обманули во всём.

Она впервые назвала его так. Он почувствовал, как между ними прибавилось расстояние.

— А той ночью?

Елена посмотрела прямо.

— Я до сих пор не всё помню. Вадим говорит, что мы оба хотели. Я помню, что мне было плохо и что я стеснялась просить отвезти меня назад. Я не умею рассказать тебе об этом так, чтобы самой стало понятно. Но потом я осталась с ним. Утром, когда уже могла уйти. И через неделю. Это я у тебя отняла — возможность услышать правду вовремя.

Марк молчал. За окном по мокрой набережной прошёл человек с собакой. Собака упрямо тянула к воде.

— Ты любила меня?

— Да.

— И этого оказалось мало.

Она кивнула. Не оправдываясь. Он внезапно понял, что все подготовленные обвинения рассчитаны на оправдания.

— Я думала, что выбор правильной жизни должен сразу сделать меня счастливой, — сказала Елена. — Когда этого не случилось, было страшно признаться. Столько всего уже пришлось себе объяснить.

Он опустил взгляд. Эта логика была ему слишком знакома.

— Я долго хотел, чтобы ты увидела, чего я добился.

— Вижу.

— И пожалела.

— Жалею. Но я не могу пожалеть так, чтобы тебе вернули те годы.

Официантка принесла чай. Марк автоматически подвинул сахарницу к Елене. Она протянула руку одновременно с ним. Пальцы встретились, оба отдёрнули ладони.

Такое короткое прикосновение оказалось тяжелее всего разговора.

***

В конверте лежали копии служебных записок. Ордынцев собирал материалы о лаборатории, пытался связать разные источники её финансирования. Марк увидел знакомые даты и почувствовал холод в животе.

— Где ты это взяла?

— Я помогала Вадиму готовить документы. Сейчас он хочет заниматься делами отца. Не только ездить на встречи.

— Он попросил тебя принести это мне?

Елена убрала руку со стола.

— Нет.

— Почему я должен верить?

— Не должен. Проверь документы. Меня не проверяй.

Она встала. Марк остался сидеть, стиснув край конверта.

У двери Елена обернулась:

— Я перед тобой виновата. Но не давай ему сделать виноватым тебя ещё в чём-нибудь.

Марк почти ответил, что поздно.

Вместо этого спросил:

— Ты вернёшься к нему сегодня?

Елена долго смотрела на него.

— Сегодня — да.

После её ухода «Контур» предложил выяснить, кто подготовил встречу. В списке возможных действий появилась проверка её цифровой личности.

Марк вспомнил большие карие глаза через узкий стол.

— Елену не трогать.

«Ранее такого ограничения не было».

— Теперь есть.

Ему стало стыдно оттого, что это потребовалось произнести отдельно.

Совместно с Ильёй Игоревичем Разумовым