Экзамен экстерном

— Я знаю, что мне делать! Я сдам английский экстерном! — Иришка встала с дивана и принялась ходить по комнате.
Эта идея заворожила ее. Четкого плана еще не было, но усидеть на месте она не могла. Галина вполуха слушала подругу, увлеченно крася ресницы перед зеркалом.
— Гала, переведешь мне кусок текста из этого журнала?
— Да не вопрос. А откуда ты знаешь, какой именно текст тебе дадут на экзамене?
Галина отложила тушь, взяла толстенный технический журнал и стала его просматривать. Иришка подошла ближе, перевернула страницы на раздел своей специальности выбрала сначала статью,  потом  отсчитала необходимое число знаков:
— Вот от этого абзаца и до этого.

      Иришка училась хорошо, всегда получала стипендию. Технические предметы давались ей легко, она прекрасно чертила и даже делала курсовые для однокурсников. Но вот английский не шел еще со школы.
      Когда в четвертом классе начался иностранный, к ним пришла молоденькая учительница. Иришке она сразу понравилась. На уроки ученики приносили любимые игрушки, которые должны были «разговаривать» по-английски простыми короткими фразами. Это было весело, и через полгода весь класс бегло щебетал. Но на следующий год учительница уволилась. Игровая манера сменилась зубрежкой сухих правил, и стало невыносимо скучно. Кое-как язык Иришка знала, но говорить не могла и не хотела.
      В институте все свелось к переводам технических статей. Три года экзаменов не было, зачеты она кое-как сдавала, но в этом семестре предстояло серьезное испытание. Иришка понимала: на экзамене ее преподаватель Жанна Еремеевна выше тройки ей не поставит, прощай стипендия.
Спасительная мысль пришла сегодня, когда Иришка случайно проходила мимо кафедры иностранных языков. Она узнала, что экзамен можно сдать экстерном, а поскольку Жанна Еремеевна на больничном, принимать будет кто-то другой. Эта новость не давала ей покоя.
      
      Галина закончила переводить отмеченный отрывок. Передавая исписанный лист, она вопросительно посмотрела на подругу:
— И что ты будешь с этим делать? А если на экзамене тебе дадут другую статью или хотя бы другой абзац?
— Ой, да там же будет куча студентов! Неужели преподаватель упомнит, кому какой кусок достался? В крайнем случае скажу, что не так поняла. Ладно, придумаю что-нибудь по ходу дела.
      Дома Иришка аккуратно переписала перевод в обычную тетрадь. Она рассудила, что стандартный лист выглядит куда менее подозрительно, чем свернутая в гармошку классическая шпаргалка. Перед экзаменом полагалось нервничать, но девушка относилась к этому как к репетиции: если не получится, приду сдавать вместе со своей группой через два месяца.
       Утром на кафедре Иришка уточнила номер аудитории и толкнула тяжелую дверь:
- Разрешите войти?
- Входите.
Иришка окинула взглядом аудиторию. Все сразу пошло не по плану. Да, преподаватель была незнакомой, но, к ужасу Иришки, сдавать экзамен она пришла в полном одиночестве. Никакой толпы, в которой можно затеряться. Никакого шума.
План с «я перепутала абзацы» рушился на глазах, но отступать не хотелось. Иришка на деревянных ногах подошла к первой парте и выложила из сумки: толстый журнал, словарь и тетрадь. Раскрыв журнал на разделе своей специализации, она сделала шаг к преподавательскому столу.
Экзаменатор взяла журнал. Экзаменатор взяла журнал. Зашелестели страницы. Иришка почти не дышала, гипнотизируя взглядом карандаш в холеных пальцах женщины. Вот открылся нужный разворот. Короткое движение руки — и грифель подчеркнул именно те абзацы, которые вчера перевела Гала.
В этот момент Иришке хотелось вскрикнуть от радости, запрыгать и закричать на всю аудиторию.В глазах на секунду потемнело, к горлу подступила тошнота от бешеного выброса адреналина. Иришка судорожно сглотнула, изо всех сил сдерживая безумную улыбку, зажала журнал под мышкой и поспешила к первой парте.
        
Чтобы не выдать себя слишком быстрой сдачей, Иришка разыграла целый спектакль: она хмурила лоб, с сосредоточенным видом судорожно листала словарь, что-то усердно черкала на черновике и лишь в самом конце аккуратно переписала готовый текст начисто. Через положенное время она сдала работу и вышла из кабинета с «отлично» в зачетке.
      В течение следующих двух месяцев Иришка то и дело ловила на себе взгляды Жанны Еремеевны. Официально получив «отлично» экстерном, девушка была освобождена от занятий и на пары больше не ходила. Но Жанна Еремеевна продолжала вести английский у её группы, и теперь каждая случайная встреча в коридорах института превращалась в немую дуэль. Преподаватель замедляла шаг и пристально, с легким прищуром всматривалась в лицо студентки, словно пыталась разгадать сложнейшую шараду.
     Жанна Еремеевна отлично знала: Иришка не могла сдать язык выше, чем на тройку. Она понимала, что где-то кроется подвох, ведь досрочная оценка уже красовалась в ведомости, но поделать ничего не могла. Обвинить коллегу в предвзятости означало устроить скандал на кафедре, а прямых улик у нее не было.
      
      Иришка же в ответ лишь вежливо и предельно скромно улыбалась. Стипендия была спасена, а тайна феноменального везения так и осталась нераскрытой. Просчитала ли Иришка этот ход на каком-то подсознательном уровне, или незнакомый преподаватель действительно каким-то чудом считала её мысли, приняв их за свои, — верь в это или нет, но именно так всё и произошло.

11 октября 2026