I ll be back! 3

Внимание 18+(Произведение является художественным вымыслом.Может иметь включения нецензурной брани, Автор не преследует цель пропагандировать употребление алкоголя или деструктивный образ жизни. Книга предназначена исключительно для совершеннолетних читателей. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью.)


Глава третья. Портвейн как средство оперативной работы
К одиннадцати вечера начальство разошлось.
В отделении остались два сержанта, задержанные граждане и восемь бутылок портвейна «777», конфискованных у таксистов, занимавшихся нелегальной ночной торговлей.
Старший сержант Петров посмотрел на бутылки.
— Сидоров, что будем делать с вещественными доказательствами?
— Хранить.
— Где?
— В надёжном месте.
— А если пропадут?
— Надо обеспечить сохранность.
Они задумались.
Затем Петров произнёс:
— Я считаю, конфискованное спиртное необходимо уничтожить.
— Согласен, — ответил Сидоров.
— Но выливать жалко.
— Преступно.
— Значит, будем уничтожать естественным путём.
Первую бутылку уничтожили молча.
После второй заговорили о международной обстановке.
После третьей пришли к выводу, что американцы, в общем, неплохие люди, если лично познакомиться.
После четвёртой решили познакомиться поближе.
— Эй, американец! — крикнул Петров. — Ты чего грустный?
— I need to go home!
— Домой хочет, — перевёл Сидоров, владевший английским языком в объёме программы пятого класса.
— Так мы все домой хотим! Но служба!
Петров налил себе ещё.
— А вообще, американец, ты зря к нам с валютой приехал. У нас тут свои деньги имеются.
— Какие? — спросила Рая.
— Советские рубли!
— А купить на них что?
Сержант задумался.
— Много чего!
— Например?
— Ну… хлеб.
— Ещё?
— Соль.
— А ещё?
— Рая, ты что, политическую дискуссию устраиваешь?!
— Нет. Я ассортимент уточняю.

К двум часам ночи милиционеры почувствовали необычайный прилив культурных сил.
— Девушки, — обратился Петров к соседней решётке, — а давайте в карты!
— На интерес? — поинтересовалась Зина.
— На раздевание!
Рая посмотрела на Зину.
Зина посмотрела на Раю.
Женщины без слов договорились.
— А почему бы и нет? — сказала Рая. — Мы за культурное сотрудничество с органами.
Вопрос заключался в том, что для игры нужно было открыть решётку.
Но к этому моменту Петров уже считал женщин настолько близкими товарищами, что не видел в этом никакой опасности.
— Сидоров, открывай! Будем проводить культурно-массовое мероприятие!
Сидоров открыл.
Игра началась.
Через двадцать минут сержанты сняли кители.
Через сорок — рубашки.
Через час — брюки.
Илон, наблюдавший происходящее из соседней камеры, впервые за всё время пребывания в Советском Союзе искренне улыбнулся.
Он построил множество сложнейших компьютерных систем.
Но никогда не видел, чтобы две женщины с помощью колоды карт так быстро демонтировали государственную власть.
Наконец Петров торжественно объявил:
— Всё! Больше играть не на что!
— Как это не на что? — удивилась Рая. — У вас же ключи имеются!
— Служебные!
— Ну и что? Мы же на работе.
Сидоров захохотал.
— Петров, а ведь она права!
Ключи легли на стол.
Спустя пять минут женщины стали их законными обладательницами по результатам карточного турнира.
— А теперь, мальчики, — ласково сказала Зина, — проходите в камеру.
— Зачем?
— Сюрприз!
Сержанты прошли.
Рая захлопнула дверь.
Щёлкнул замок.
Наступила тишина.
— Эй! — крикнул Петров. — Это что такое?!
— Перестройка, — объяснила Рая. — Теперь каждый должен попробовать себя на новом месте.
Она открыла камеру Илона.
— Пошли, американец!
— Where?!
— В свободную жизнь!
— And the police?
— А милиция пусть пока подумает о своём поведении.

На улице было прохладно.
Москва спала.
Рая и Зина шли впереди, Илон следовал за ними.
— Значит, тебя Емельян зовут? — спросила Рая.
— Elon.
— Илон?
— Yes.
— Неудобное имя.
— Почему?
— Потому что у нас таких нет. Будешь Илюшей.
— Ilya?
— Во! Уже лучше.
Зина остановилась возле телефонной будки.
— Рая, а куда мы его денем?
— Как куда? К Валентине Семёновне!
— В сороковой гастроном?
— А куда же ещё? Она и иностранца пристроит, и валюту обменяет, и если понадобится, самого Горбачёва в очередь за колбасой поставит.
Илон не понимал ни слова.
Но имя Валентина Семёновна прозвучало так уверенно, что он впервые почувствовал надежду.
Он ещё не знал, что эта женщина окажется могущественнее всех советских министерств вместе взятых.
По крайней мере в вопросах снабжения.

А в это время в сквере Николай Петрович уже вернулся с инструментами.
Возле летающей тарелки собралось пять человек.
— Что это? — спросил сосед.
— Американская техника, — объяснил Николай Петрович.
— Работает?
— Пока да.
— А нам что с неё?
— Сейчас разберёмся.
Через час аппарат лишился одного аккумулятора.
Через два — системы охлаждения.
К утру исчезло пилотское кресло.
А когда Маск на следующий день вернулся на место посадки, он обнаружил лишь металлический каркас и объявление, написанное карандашом на куске картона:
«ПРОДАМ ДЕТАЛИ. ВОЗМОЖЕН ОБМЕН НА ШИФЕР».
Илон опустился на землю.
— Oh my God…
Николай Петрович подошёл сзади.
— Что, сынок, расстроился?
— My time machine! Where is my time machine?!
— А чего ты кричишь? Сам оставил без присмотра.
Он помолчал и добавил уже сочувственно:
— Ты, американец, главное не переживай. У нас страна большая. Может, чего-нибудь и найдём.
Илон поднял голову.
— Really?!
— Конечно. Только быстро не обещаю.
— Why?
— Потому что быстро у нас только исчезает.
Конец третьей главы.

Совместно с Ильёй Игоревичем Разумовым