I ill be back 7

Глава седьмая. На даче у Николая Петровича
На даче было хорошо.
Пахло укропом, сырой землёй и дымом соседской бани.
Вдалеке лаяла собака, которая никогда никого не кусала, но ежедневно подтверждала своё намерение при первой возможности исправить эту ошибку.
Из-за штакетника выглядывала голова Николая Петровича.
— О! Американец!
Илон остановился.
Посреди огорода стояла его машина времени.
Вернее, половина машины.
Корпус был приподнят на кирпичах и накрыт полиэтиленом. Через прозрачный купол виднелись огуречные плети.
Под тем местом, где прежде находился квантовый реактор, росли помидоры.
Маск некоторое время не мог произнести ни слова.
Николай Петрович принял молчание за восхищение.
— Хорошо получилось, да?
— This is my spacecraft!
— Космический, говоришь? Вот я и вижу, что металл хороший. Вон помидоры какие. В прошлом году фитофтора всё пожрала, а нынче — красота.
Он открыл дверцу.
Изнутри пахнуло влажной землёй.
— Заходи. Посмотри.
Маск шагнул внутрь.
Там, где располагалось его кресло, стояла бочка с водой.
На месте навигационной панели висел градусник.
А в центре помещения, прямо под куполом, рос огромный огурец.
Николай Петрович указал на него с гордостью.
— Это я назвал «Буран».
Илон почувствовал, что сейчас заплачет.
Пять лет исследований. Миллиарды долларов. Тысячи испытаний. И всё ради огурца.
— I need it back.
Николай Петрович покачал головой.
— Сейчас нельзя. Урожай пойдёт.
— This is my machine!
— Ну, машина и машина. А огурцы куда?
Валя вмешалась.
— Коля, ты совесть имей. У человека горе.
— Какое горе? Живой, здоровый. К тому же американец. У них этого алюминия — завались.
— Коля, не дуркуй.
— Валентина Семёновна, а я что? Я готов договориться. Только мне шифер нужен. И насос.
— Какой насос?
— «Кама». Электрический.
Валя достала записную книжку.
— Договорились.
Илон смотрел на неё.
Она собирается обменять машину времени на насос.
Николай Петрович добавил:
— И ещё два мешка цемента.
Валя нахмурилась.
— Коля! Ты не наглей. Мы же не нефтепровод у тебя покупаем.
После десяти минут переговоров стороны пришли к соглашению.
Николай Петрович согласился вернуть корпус после сбора урожая.
При условии получения насоса, цемента и хорошей лестницы.
Маск был потрясён.
— You agreed to everything!
Валя пожала плечами.
— А чего спорить? Насос я через Борю достану. Цемент у Дуси зять найдёт. А лестницу Коля сам сворует, не маленький.
Она посмотрела на Илона.
— Тебя, Илюша, в школе, наверное, не учили договариваться с людьми. Всё больше с компьютерами.

Когда они возвращались, Валя неожиданно спросила:
— Ты очень расстроился?
— Yes.
— Из-за машины?
— Of course!
— А я думала, из-за огурцов.
Она засмеялась.
Но Илон не ответил.
Валя замолчала.
— Ладно, — сказала она тихо. — Не обижайся. Я понимаю. У каждого своё.
Она посмотрела в окно автомобиля.
Вот ведь человек, подумала она. Всё у него забрали, а он всё равно хочет вернуться. Значит, есть там что-то такое, чего у нас нет.
Ей стало неприятно.
Совсем немного.
Как бывает, когда гость ещё не уехал, а хозяйка уже мысленно складывает его вещи.

Совместно с Ильёй Игоревичем Разумовым