Бесследно исчезнувшая. Глава 6

ДЕТЕКТИВНЫЙ РАССКАЗ. Основан на реальных событиях, произошедших в уэльском городке Суонси в 20-х годах прошлого века.

Глава 5.  http://proza.ru/2026/11/06/1092

Глава 6.  Скелет в шкафу...

Всеми забытая, заброшенная, не упокоенная душа исчезнувшей в 20-е годы Эммы Сомерс порхающей бабочкой металась в неволе в надежде когда-нибудь все же взмыть в небеса. И однажды, уже в 60-е годы, двое молодых спелеологов, спустившись в заброшенную шахту недалеко от Соунси, наткнулись на мешок, внутри которого проглядывало какое-то странное свечение, будто внутри его метались светлячки.

Поначалу их охватила оторопь, они все никак не могли решиться, но все же осторожно, с опаской заглянули внутрь и замерли… Из мешка с грудой человеческих костей выпорхнула призрачная, будто изнутри подсвеченная бабочка с человеческим лицом в кровавых потеках.

Они, как завороженные, не могли оторвать от нее глаз. А она будто смотрела им прямо в душу с немым вопросом на устах, что оглушительно гремел на звенящей струне среди зависшего молчания в гробовой тишине такой же заброшенной, как и её пленница, точно богом забытой заброшенной шахты… Через несколько минут, показавшихся вечностью, очнувшиеся от оторопи спелеологи рванули наверх, а со дна шахты вслед им неслось все то же оглушительное «Почему?!..»

Благодаря этому случаю через 40 лет вновь всплыло имя Эммы Сомерс, и полицейские возобновили расследование ее бесследного исчезновения. Останки пропавшей были идентифицированы в Кардиффском университете, где проходила криминологическая экспертиза.

Кроме того, через 40 лет объявилась свидетельница, которая видела Донована, направляющимся в сторону заброшенной шахты с тем самым мешком, причем весьма тяжелым. К сожалению, в свое время она побоялась дать показания, которых так не доставало инспектору Гринвальду для обвинения Донована.

Наконец-то справедливость восторжествовала, и через 40 лет был назван настоящий убийца Эммы Сомерс. Но, опять же, к сожалению, выше упомянутый Чарльз Донован вновь ускользнул от правосудия, скончавшись за три года до этого. Одна надежда на то, что от божественного суда ему уж точно не уйти.

А порхающая бабочка снова билась в силках, запертая в тесном шкафу, и служила отныне экспонатом для демонстрации студентам. Еще на долгих 60 лет она была распята, и крылышки, пригвожденные внутри шкафа, все еще кровоточили. А душа ее металась, задыхаясь в этом замкнутом пространстве, и рвалась на волю, и молила о свободе, но никто не слышал ее немого отчаянного крика.

Среди студентов-медиков этого университета ходили разные байки о неупокоенной танцовщице, костный остов которой красовался среди прочих экспонатов. Они дружно смеялись над этими детскими сказками, но все же надолго останавливались именно перед останками героини этих самых студенческих баек, бесследно исчезнувшей 40 лет назад. Она притягивала взгляд, будила воображение и представала перед мысленным взором призрачной порхающей бабочкой.

Оливия всегда с замиранием, будто бы сердцем прикасалась к останкам таинственной танцовщицы, так бурно оно реагировало на эти робкие прикосновения. Она знала о судьбе этой девушки со слов преподавателей и журналистов, рассказывающих о ней на страницах газет и журналов. Но в архивах не нашлось ни одного достоверного документа об ее существовании, которые по тем или иным причинам бесследно исчезли. Не осталось ничего, кроме костного остова, собранного из ее костей, найденных на дне заброшенной шахты.

Оливия никогда не поддерживала смешки или грубые высказывания в адрес призрачной танцовщицы. Она ясно представляла вдохновенный летящий танец и невесомой бабочкой порхала вместе с Эммой, кружась в завораживающем нескончаемом танце… Живое воображение уносило ее… И загадочная танцовщица оживала сказочной феей пред мысленным взором Оливии, стирая тонкую призрачную грань, за которой крылось неведомое, и не угадать, чем оно обернется для нее в следующее мгновенье. Именно это неведение и пугало, и притягивало, к тому же что-то подсказывало, что призрачная фея вреда ей не принесет.

Продолжение следует...