1 Введение Самостояние человека в обществе
Идея самостояния была ключевой для Александра Пушкина с юности и до последнего года жизни. Самостояние для него — не просто поэтический образ, а ядро оригинальных философских взглядов: суверенность, телесно-духовная целостность и автономия человеческой личности перед лицом мира.
Моя задача — представить концептуальную философию, воплощающую и развивающую пушкинские взгляды на мир. Но чтобы понять самостояние человека, необходимо понять, как человек может сохранить свою телесно -духовную целостность в его взаимодействии и сосуществовании с обществом.
И человек, и общество являются целостными субъектами. Но у общества есть способность управлять человеком, тогда как у человека влияние на общество ограничено. Дело даже не в возможности применения прямой силы, а том влиянии, которое большинство людей не замечает. Можно себе представить, что иерархическое общество обладает силовым полем, которое направляет человека по градиенту статуса. Не замечая этого, человек оказывается управляемым на расстоянии, теряет свою автономию, аутентичность, отчуждается от себя. При этом он уверен, что он руководится своими интересами.
Основной вопрос этой работы: как в условиях силового поля общества не превратиться в автомат? Как сохранить свою целостность?
Основываясь на открытиях современной системной биологии, и психологии, эта работа сосредоточена на рассмотрении и человека и общества как самоуправляющихся субъектов со своими предпочтениями. Цель работы понять смысл и условия самостояния человека в обществе.
В основе этой работы лежат три ключевых тезиса:
— Принцип биологической агентности (Денис Нобл): живой организм — не пассивная машина генов, а целостный субъект, сам управляющий своими частями ради собственных целей. Это означает, что автономия, «самостояние» — фундаментальное свойство живого, унаследованное человеком в ходе эволюции.
— Принцип эволюционной обоснованности этики: человек — наследник всей эволюции живого; его глубинные жизненные предпочтения, чувство гармонии с миром и этическая основа (сочувствие, совесть, стремление к кооперации) не привнесены из общества, а сформированы миллионами лет эволюции как природный фундамент жизни.
— ;Принцип социальной этической субъектности (обобщение на общество): человеческое общество само выступает как коллективный этический субъект, который через культуру и систему санкций и силовое поле статуса утверждает собственные цели — и потому мораль иерархического общества неизбежно вступает в конфликт с врожденной этикой отдельной личности.
Работа состоит из трех частей.
В первой части я рассматриваю и человека, и общество как системы, которые имеют своей целью поддержание собственного гомеостаза и предпочтительного развития, ввожу основные понятия, в том числе понятия потенциала, культуры, алиенации и самостояния. Основные положения обоснованы психологическими исследованиями и проиллюстрированы на примерах из произведений Пушкина и истории философии.
Вторая часть посвящена применению теории самостояния к решению принципиальных вопросов философии, таких как вопрос о смысле жизни, об уникальности человека, о добре и зле и тому подобных. Здесь же исследуется вопрос о разделении философских систем по их совместимости с идеей самостояния человека в обществе.
Третья часть — выводы теории самостояния применительно к литературоведению. Каждое значительное литературное произведение выражает мировоззрение автора в художественных образах. Художественные произведения можно охарактеризовать по поступкам героев и по авторскому отношению к предпочтительным мотивациям поступков. Я покажу, что многие произведения Пушкина оказываются глубоко связанными с понятием самостояния, выражают идею необходимости руководствоваться собственной телесно-духовной целостностью.
Основные положения развиваемой здесь теории не только продолжают интуицию Пушкина, но и перекликаются с персонализмом Николая Бердяева. Однако есть и принципиальное отличие: автономия личности у Бердяева требует метафизического и богословского обоснования, из-за чего самостояние человека оказывается, по сути, даром Свыше, а не подлинным само-стоянием. Пушкин в этом отношении гораздо современнее — его взгляд удивительно точно согласуется с данными естествознания.
В то же время предлагаемый подход принципиально контрастирует с ключевыми направлениями западной философской мысли. От гегелевского идеализма и марксистского детерминизма до современного постструктуризма автономия личности и ценность её телесно-духовной целостности систематически умалялись или вовсе отрицались. В этих системах человек неизменно оказывается лишь инструментом, подчиненным «высшей, объективной реальности» — будь то Абсолютный Дух, классовая необходимость, законы истории или обезличенное давление социокультурных структур.
Традиционно под «русской идеей» принято понимать концепции соборности, космизма или особый мессианский путь. Однако в такой трактовке она, как и западный подход, растворяет отдельную личность: место абстрактных «законов истории» здесь просто занимает государственное целое или мистический коллектив, почти не оставляя пространства для суверенности человека.
Подлинной же «русской идеей», уникальной для русской культуры, является принцип, впервые емко сформулированный Пушкиным: «Самостоянье человека — залог величия его». Теория самостояния, опирающаяся на революционные идеи Дениса Нобла и художественные прозрения Пушкина, призвана раскрыть внутреннюю механику этого величия — и показать, какой ценой человек отстаивает право оставаться самим собой.
Свидетельство о публикации №226112101623