***Сегодня я дописала вторую главу «Швов». Не просто дописала — дошлифовала. Все правки, накопившиеся за последние дни, были внесены в черновик на ЛитРес, и я сидела и перечитывала текст. И вдруг меня накрыло воспоминанием. Ярким, как вспышка. Мне было восемнадцать. Как и моя героиня, я поехала к морю. В Крым. Ведь не просто так я говорю, что в Люсе намного больше меня, чем может показаться. Я тоже искала там себя — среди кипарисов, солёного ветра и длинных вечеров, когда не нужно никуда спешить и можно просто дышать. Помню, как однажды села на скамейку у смотровой площадки, достала блокнот и написала первую строчку. Она была корявой, но внутри что-то щёлкнуло: вот оно. То, ради чего я сюда приехала. Остановилась я у бабушки. Она всю жизнь прожила там и проработала в санатории «Дюльбер». И вот, прогуливаясь однажды вечером по территории его парка, я вдруг поймала идею. Парк этот — совершенно особенный. Белоснежные беседки с резными арками, увитые глицинией и розами. Фонтаны с мозаичными чашами, где вода переливается тихо, почти шёпотом. Я проводила по краю рукой — камень был шершавым, прохладным, и эта прохлада оставалась на пальцах даже потом, когда я уже уходила с аллеи. Дорожки, выложенные камнем, петляют между тенистых аллей, а со смотровой площадки открывается такой вид на море, что дух захватывает. Именно там мне пришла в голову идея романа, который тогда назывался «Свободная». Тогда мне казалось, что это история не про исцеление, а про освобождение. Я хотела написать о том, как вырываешься из пут, в которых оказываешься. Я писала его на протяжении года. Между рабочими буднями. Урывками, по ночам, на выходных. С огромной страстью. Мне хватало этой страсти, чтобы не бросить. В то время я была очень общительной, у меня было много знакомых, и они доверяли мне порой весьма откровенные истории. Я не проживала их — они просто оставались где-то в глубине меня. Оседали. Копились. Переплавлялись в образы, которые я ещё не понимала. А потом я встретила своего будущего мужа, и жизнь закрутилась с такой скоростью, что писательство просто выпало из неё, как выпадает из переполненного чемодана вещь, которую ты не собиралась терять. Историй вокруг меня стало ещё больше — но я их уже не записывала. Они продолжали копиться где-то внутри, ждали своего времени. Потом был развод. Двое маленьких детей на руках. Учёба на очном, волонтёрское движение, попытки просто выжить и не сломаться. В эти годы я вообще не думала о писательстве. Я закончила университет, стала психологом, начала практику. Иногда что-то писала — короткие заметки, стихи, — но серьёзно к этому не относилась. А потом дочка подросла. И однажды она начала писать сама. Я смотрела на неё и вспоминала себя. И вдруг вспомнила про тот старый файл. Нашла его на старом ноутбуке. Открыла. И стала читать — теперь уже глазами психолога. И поняла: это не просто юношеская проба пера. Это настоящий роман об исцелении. О том, как затягиваются швы на сердце. роман, который ждал. Теперь этот роман называется «Швы». Он о девушке, которая после потери близкого человека теряет себя. О том, как горе замораживает и превращает тебя в призрака. О стыде, вине и самонаказании. О первой ярости, которая оказывается началом исцеления. О людях, которые помогают выжить, — даже если просто сидят рядом и молчат. И о том, что шов виден — и это нормально. Тон книги — честный, телесный, без прикрас. Она не даёт лёгких ответов. Она показывает путь, а не волшебное исцеление. Путь, который проходит каждый, кто столкнулся с чем-то тяжёлым. Я не знаю, когда допишу её целиком. Но то, что уже написано, я решила не прятать. Первые главы доступны на ЛитРес — для тех, кто хочет войти в эту историю вместе со мной. Я пишу её сейчас. И это живой процесс. © Copyright: Елена Сноу, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике: |
