***Лестница в небеса Николаса Мадуро,IV. Сенсация "Когда ты летишь с горы со скоростью 129 километров в час, ты не можешь рассчитывать ни на маму, ни на папу. Ты должна рассчитывать только на Ивану. Ивана Трамп" "Места нет здесь мечтам и химерам, " "Среди вудуистов широко практикуются обряды с использованием кукол. Кукла, используемая в вудуистских ритуалах, называется вольт. Для ее изготовления используются частицы тела человека, на которого направлено воздействие (ногти, волосы, выделения) а также его вещи. В результате проведения специального обряда вольт получает связь со своим «оригиналом». Например, чтобы наслать проклятие, куклу колют иголками в местах, соответствующих жизненно важным органам тела." 1. А, может, сразу направиться к бывшему складскому помещению здания тюрьмы и попросить директора пенетенциарного заведения аккредитовать с размещением в одиночной камере? Негр(после бунтов BLM лучше говорить "афроамериканец"!) -таксист тормозит возле краснокирпичной пятиэтажки с металлической пожарной лестницей на торце. Напутствия редактора "Caracas Vespertina"*** Рауля Гомеса,после ночного налета на столицу Венесуэлы угрюмо восседающего в своем кабинете под портретом Симона Боливара,отеческие объятия Пабло Гурильи,отпечаток губ Розиты на щеке, всё это к чему -то да обязывает...Но вначале надо заселиться в гостиничный номер, где работал бы вайфай. По лестнице без лифта(хорошо хоть не по ржавой пожарной) заволакиваю на пятый этаж свой чемоданище. Консьержка с рецепшена, огромная негритянка в духе исполнительныцы "Besamo Mucho" Сесарии Эволы догоняет меня следом, пыхтя, как первый паровоз Чатануги и , громко брякая ключами, отпирает облезлые двери. - Вот тут простыня,пододеяльник,наволочка,полотенце только что из стирки,показывает она широким жестом на узкую кровать аскета,выводы джазовые ноты хрипловатым наждачным голосом.Душ,унитаз, отпахивает она двери санузла, где сокровищами Али-Бабы сверкают санфаянс и излучают блеск краники и лейка душевой. Электрочайник. Микроволновка. Она с грохотом швыряет ключи на поцарапанной стол,пластиковая поверхность которого удваивает пепельницу из панциря морской черепахи,тонкогорлую хрустальную вазу с засохшей в ней розой,постер с портретом Джимми Хендрикса на стене.Черным прямоугольником Магевича зырит на нас из угла плоскоэкранный телек на тумбочке. Виляя обтянутым джинсами задом с ковбоем на коне на кожаной нашлепке ,бросив последний презрительный взгляд на латиноса, Эвола горделиво удаляется...Скрипит и хлопает дверь.Слышны грузные шаги спускающегося по лестнице бегемотика.Эти твари из частного зоопарка наркокороля , после ареста Эскобара так размножились в водоеах Колумбии, что ламантинам не осталось жилой площади.Так что , если уподобить бегемотов неграм, а индейцев ламантинам, то аналогичная картина борьбы видов млекопитающих за экологические ниши практически -один к одному.
Полы синего махрового халата Мелании вразлет, как и тогда, на яхте. И в его распах видно всё что видели миллионы глаз,когда она выходила на подиумы или запечатлевалась на страницах глянцевых журналов. Только совсем уже ничем не прикрытое. Даже веревочками и лоскутиками бикини. Но все это тем более великолепно. И полюса Землю чуть ниже ключиц.И Йеллоустоун пупка ,и вожделенная междубёдерная Латинская Америка ещё ниже. Желанная.Верху поросшая джунглями.Ниже -подвергнутая процедуре эпиляции. Её глаза глубоки, как Великие американские озера.Идеальная линия носа канадской границей разделившая это вместилище глубины и бездонности,карие,но с голубоватым отсветом славянства радужки.Она само воплощение американизма.О,USA!Великолепные как серферша Иванка,вознесенская ввысь гребнем волны!Ну а Венесуэла ,Колумбия ,Мексика где-то глубоко внизу. Нервное вибрирование смартфона отвлекает от разглядывания узоров на потолке.Голос редактора, как доза адреналинового укола прямо в то самое место, куда ацтекский жрец-садюга втыкал свой обсидиановый нож,чтобы вырвать трепещущий рубин сердца, напрочь прогоняет расслабон и сонливость.Пинок плантатора под зад раскисшему на жаре гаучо.Обжигающий удар плетью промеж лопаток, оставляющий сочащийся кровью алый рубец на черной коже. Подзатыльник тяжелой боцманской длани, заставляющий нерасторопного юнгу по обезьяньи карабкаться по вантам на рею, драить квачем палубу, мыть очко в гальюне, начищать до блеска кастрюли на камбузе. Уже видные из бочки на фок-мачте вершины Анд соблазняют меня спрятанными в тайниках святилища инков сокровищами.Золотой болванчик Виракочи сверлит меня взглядом вставленных в глазницы нефритовых бусин.Из затхлого,пропахшего потом матросов и прокисшим рыбьим жиром трюма я мгновенно оказываюсь у стен Катамарки, ,где нас радушно встречает наряженный земным богом Сын Солнца Атауальпа.Монах с Библией в руке. Швырок Священного писания наземь.Крик:"Антихрист!" Бойня.Панорама фрески Ривьеры. Восемь тысяч безоружной свиты посечены мечами ста пятидесяти испанцев. Атауальпа пленён, взят в заложники, посажен в склеп. И представляет собою нечто вроде живой мумии. 2. Ловлю в объектив камеры громко выкрикивающую что- то с плакатиком СВОБОДУ МАДУРО И ЕГО ЖЕНЕ! креолку. В бок меня бодает локоть.Впрочем, я уже сделал снимок на первую полосу.Остается продублировать сюжет на смартфон,тем более,что креолке уже заламывают руки нацгвардейцы(кажется, она ударила по голове фанеркой на древке негритянку из венесуэльских эмигранток, требующую усадить диктатора и диктаторшу на электрический стул), она орет и пытается кусаться. И опять -локоть в бок. Мне надо было в гостиницу, чтобы набить на ноуте материал и отослать фотки для своего таблоида. Правда я уже отправил кое-что по скайпу да и короткую информашку успел набрать на смартфоне.Короче, я искал оправданий возможной задержке с отправкой полноценного репортажа...А вот и Третья авеню... - Народ толпился и на этой и на той стороне, -продолжала мой гид.-Негров набежало! Казалось тут весь Гарлем Дюка Эллингтона.И китайцев из Чайна -Тауна тоже!И пуэрториканцев-твоих земляков латиносов!Но негров куда больше.Как во время погромов BLM.Тогда разгромили цирюльню дяди Аорона,его обвиняли в связи с колдунами вуду.В том что он продавал волосы и ногти стригшихся у него негритянских ребятишек для ритуалов мести.Мол, колдун,начинял кукол волосами и ногтями негритят и ,читая заклинания,колол их иглой.Они долго болели ,а потом умирали. Один за одним. Маленькие гробики. Джаз на похоронах. Дядя Аорон ничего не мог понять. Что за Гаитянский культ черной магии? Воспитанный на Торе, свободно владевший идишь, он знал про магическую силу Волос иудея Самсона, которому обрезала волосы филистимлянка Далила, поэтому очень уважительно относился к волосам и ногтям клиентов...Он хоронил их в пластиковых пакетах , выкопав яму во дворе под кустом магнолии...Вмешалась полиция. И выяснилось, что ни волосы, ни ногти никуда не девались. Негритят , конечно, было не воскресить. Но стали ставить прививки от скарлатины -и разговоры о вредительстве колдунов сошли на нет, хотя продолжались драки за места торговли сигарет с травкой и девчонок... "Brighton" "Breaking" ----- В 2006 году журнал «Форбс» оценил Трамп-тауэр в 288 млн долларов. 16 июня 2015 года в своей башне Дональд Трамп объявил о намерении баллотироваться в президенты США, 9 ноября 2016 года там же Трамп объявил о своей победе на президентских выборах, а 11 января 2017 года дал свою первую пресс-конференцию в качестве избранного главы государства.(Википедия)
Все это происходило в годы,когда вся латинская Америка упивалась сериалами про рабыню изауеу и благородного плантатора ,грешила сказкой о девушке.кравшкй сливы,в которую влюбился Вероника Кастро, Сальма Хайек, Пенелопа Круз,Луселия Сантуш В последние дни в пасьянсе над столом моего коллеги произошло знаменательное перемещение.И Николас Мадуро оказался рядом с Эскообаром.
Старейшая из крупных улиц Нью-Йорка, ведущая свою историю от первого поселения Новый Амстердам, хотя большая её часть не носила нынешнего названия до конца XIX века. Бродвей широко известен как центр американской театральной индустрии (см. бродвейский театр) и используется в качестве метонима для него, а также в названиях альтернативных театральных предприятий, таких как Офф-Бродвей и Офф-Офф-Бродвей. «Вестса;йдская исто;рия» (англ. West Side Story) — американская музыкальная романтическая драма 2021 года в жанре мюзикл, срежиссированная Стивеном Спилбергом по сценарию Тони Кушнера. Фильм является второй полнометражной адаптацией одноимённого бродвейского мюзикла 1957 года, созданного Джеромом Роббинсом, Артуром Лорентсом, Леонардом Бернстайном и Стивеном СондхаймомСама Ночь. Главные роли исполнили Энсел Эльгорт и Рэйчел Зеглер, для которой лента стала дебютной в карьере. Также в фильме сыграли Ариана Дебос, Дэвид Альварес, Майк Файст и Рита Морено. Морено, снявшаяся в экранизации 1961 года, также выступила исполнительным продюсером вместе с КушнеромСветлана Пешкова. В фильме звучит музыка Леонарда Бернстайна на стихи Стивена Сондхайма. Студия 20th Century Fox начала разработку новой экранизации в 2014 году. Тони Кушнер приступил к написанию сценария в 2017 годуВетренная. В январе 2018 года Стивен Спилберг стал режиссёром, а кастинг начался в сентябре того же года. Джастин Пек выступил хореографом танцевальных номеров. Основные съёмки проходили в Нью-Йорке и Нью-Джерси, начались в июле 2019 года и продолжались два месяца. Компания Walt Disney Studios Motion Pictures выступила дистрибьютором фильма через бренд 20th Century StudiosРоберт Итиль. Первоначальная дата премьеры в декабре 2020 года была изменена из-за пандемии COVID-19Al. Мировая премьера «Вестсайдской истории» состоялась 29 ноября 2021 года в театре Роуз Линкольн-центра, через три дня после смерти СондхаймаАlex. Картина вышла в широкий прокат в США 10 декабря 2021 года, в России — 9 декабря. Фильм получил всеобщее признание критиков, которые особо отметили актёрскую игру, режиссуру Спилберга и операторскую работу; при этом, некоторые критики сочли новую экранизацию лучшей адаптацией мюзикла. Национальный совет кинокритиков США и Американский институт киноискусства включили ленту в список десяти лучших фильмов 2021 года. Тем не менее, лента стала кассовым провалом, собрав $76 млн при бюджете в $100 млн. Помимо прочих наград, «Вестсайдская история» получила семь номинаций на 94-й церемонии вручения премии «Оскар», включая номинацию в категории «Лучший фильм»Алекс. Картина также получила четыре номинации на 79-й церемонии вручения премии «Золотой глобус», получив три статуэтки в категориях «Лучший фильм — комедия или мюзикл», «Лучшая женская роль в комедии или мюзикле» (Зеглер) и «Лучшая женская роль второго плана в фильме» (Дебос).
Бернардо и его девушка Анита спорят из-за сравнения жизни в Нью-Йорке и в Пуэрто-Рико: Анита верит в Американскую мечту, а Бернардо относится к ней скептически. Полиция допрашивает членов «Ракет» о будущей драке, но те всё отрицают. Тони устраивает Марии свидание в музее Клойстерс в Верхнем Манхэттене. Тони рассказывает, что сел в тюрьму на год после того, как чуть не забил до смерти члена другой банды; это напугало его и заставило исправиться. Мария заставляет Тони пообещать остановить готовящуюся драку, и они клянутся друг другу в любви. Тони пытается убедить Риффа остановиться, украв его недавно купленный пистолет, но «Ракеты» возвращают его себе. Лейтенант Шранк приказывает Крапке и полиции остановить драку. Несмотря на все усилия, драка всё же происходит, и Бернардо смертельно ранит Риффа. Тони в припадке ярости наносит удар Бернардо ножом и убивает его. После прибытия полиции банды разбегаются, а Чино находит пистолет Риффа. Мария хвастается подругам на работе своей любовью к Тони, но пришедший Чино рассказывает, что Тони убил Бернардо. Мария в смятении возвращается домой, но увидев Тони в окне своей комнаты, запрещает ему сдаваться с повинной и уверяет его в необходимости бежать. Валентина узнаёт о гибели Бернардо и задумывается о природе своих отношений с покойным Доком. Тем временем, Чино замышляет убийство Тони, несмотря на возражения «Акул». Анита опознаёт в морге тело Бернардо и, вернувшись домой, застаёт Марию и Тони. Анита спорит с Марией, но понимает, что та по-настоящему влюблена в Тони. Позже лейтенант Шранк допрашивает Марию о местонахождении Тони, а она посылает Аниту в магазин Валентины, чтобы предупредить Тони. Однако в магазине Анита наталкивается на нескольких «Ракет», которые оскорбляют её по расовым соображениям и пытаются изнасиловать. Девушку спасает пришедшая Валентина. Потрясённая Анита клянётся вернуться в Пуэрто-Рико и лжёт Валентине, заявляя, что Чино убил Марию. Валентина порицает «Ракет», которые с позором расходятся. Валентина передаёт Тони слова Аниты, и тот выбегает на улицу, умоляя Чино убить его. Мария с собранными вещами приходит к магазину, но появляется Чино и стреляет в Тони; он умирает на руках Марии. Мария берёт пистолет и целится в прибежавших «Ракет» и «Акул», осуждая их за бессмысленные смерти, вызванные их конфликтом; со слезами на глазах она бросает пистолет. Перед самым прибытием полиции обе банды поднимают тело Тони на руки и относят его в магазин Дока, а Мария идёт за нимиНезависимая. В ролях Производство — Стивен Спилберг, 2004 годЧерная Принцесса В интервью 2021 года Спилберг глубже объяснил, почему, по его мнению, пришло время для новой экранизации мюзикла, сказав: «Разногласия между людьми разных взглядов стары как сам мир. <…> Разногласия между „Акулами“ и „Ракетами“ в 1957 году, вдохновившие мюзикл, были глубоки. Но не такими серьёзными, как сегодня. Во время разработки сценария оказалось, что в наши дни ситуация усугубилась. Я думаю, в некотором смысле, это сделало историю расовых различий — а не только территориальных — более актуальной именно для сегодняшней аудитории, чем, возможно, для зрителей в 1957 году»профиль удален. Подготовка
(,,,)
02.09.2021 в 18:53 Поделиться Писателю исполнилось бы 80 лет
Чуть позже Сережа загорелся на сильно денежную, по его словам, работу швейцара — в мундире с галунами — в роскошном отеле Манхэттена. Говорил, что исключительно приспособлен — ростом, статью и мордой — для этой должности. Что кто-то из очень влиятельных русских обещался ее достать по блату. Что он уже освоил по-английски весь словарный запас учтивого швейцара: «Эй, такси!», «Позвольте подсадить», «Ваши чемоданы!», «Премного благодарен». И что-то еще из низменных профессий он на полном серьезе осваивал. Эта — на целый год — заминка в дельной ориентации случилась из-за его совковых предрассудков. Тот год он прожил в Нью-Йорке как окончательно заблудившийся человек, но с точным знанием, в какую сторону ему надо выбираться. В Союзе Сережа добивался официального признания своего писательства. Издательства, журналы, газеты, которых он вожделел так же сильно и столь же безнадежно, как землемер у Кафки свой Замок, были государственными институтами — на государственном обеспечении и режиме работы. В русском Нью-Йорке Довлатов таких учреждений не нашел и, приняв за неизбежность, смирился. Что печатный орган может возникнуть из частной инициативы, из личных усилий, пришло как откровение. Не всегда радостное. Долго еще, готовя в печать свои домодельные книжки-тетрадки, со своими рисунками, дизайном, набором, в бумажных обложках и ничтожным тиражом, Довлатов сокрушался по недоступным ему советским типографиям с их высоким профессионализмом, громадными тиражами и щедрыми гонорарами. Участь советских писателей на дотациях у велферного государства была ему завидна. Но постепенно — особенно в связи с американским успехом — эти сожаления ушли. Хотя все свои книги он издавал в убыток. И широко раздаривал друзьям. Короче, именно в эмиграции, в русской колонии Нью-Йорка, питерский американец Довлатов стал крепким писателем с хорошо различимой авторской физиономией. Он уже не называл себя «рядовым писателем». Он притязал на большее. Он был словарный пурист, он сжимал фразу до предельно выразительной энергетики, был скуп со словами, укрощал их, запугивал — ни одно не смело поменять свое место в тексте. При этом в его рассказах легко и просторно, как в хорошо начищенной паркетной зале. Это была та самая изящная и даже изысканная беллетристика, которой так стращали писателей в советские времена... Оглядываясь сейчас на Довлатова в Нью-Йорке, дивишься его изобретательской энергии, его экспрессивной затейности, его совершенно недоходной, но бурной предприимчивости. Он подбил здешних журналистов и литераторов на массу убыточных изданий — от «Нового американца» до «Русского плейбоя». Попутно были другие, довольно трудоемкие затеи. Вроде устного журнала «Берег».
Вариант кроссовера, который Читать далее » Вспоминаю, что Довлатов говорил о своем ремесле. Потому он не употребляет мата, как Юз Алешковский с избытком, к примеру, что это не функциональные слова, а декоративные, вычурные, слишком нарядные, красивые наоборот — такое словесное барокко. А у него в текстах всякое слово, междометия включая, — на строгом производственном отчете и учете. И — никакого выпендрежа, тем более — описательных пустот. Говорил, что у него — как в писательстве, так и в жизни — нет совсем воображения. Ну абсолютно всегда должен держаться за землю. Оттого, возможно, что эта вот земля — все зримое, тривиальное, будничное, прямо перед глазами поставленное — ему безумно и единственно что интересно. Зачем еще выдумывать? Не любил в прозе — как и в стихах — высокого и умного. Говорил, что писатель не создает сознательно высокое искусство. Что если он работает с такой установкой, то результат будет художественно ущербный — не на высоте писательских претензий. Насчет смерти. Несмотря на грандиозные запои, из которых выползал со все большими потерями для здоровья, Сережа о смерти не помышлял. Просто не держал в уме. Смерть не входила в круг его интересов, размышлений и планов. Исключая последние три месяца жизни. Он мог говорить, что из следующего запоя не выкарабкается, он собирал и пристраивал свой литературный архив, но в глубине души и до мозга костей в смерть для себя не верил. Или запретил ее для себя даже в предположении. Часто прикидывал старость. Заботился ее обеспечить. К смерти, к мертвому у него была резкая эстетическая неприязнь. Мертвого — друга, приятеля, родственника — он сразу отметал. Как-то глумливо самоутверждался на смерти ровесников. Чужая смерть давала ему допинг на жизнь.
Интенсивно, в упор переживая настоящее, Сережа не интересовался будущим временем. Говорил, что будущее для него — это завтра, в крайнем случае — послезавтра. Дальше не заглядывал. Прошедшее его не угрызало — он отправлялся туда исключительно по писательской нужде. Был равнодушен к памяти — она его не жгла. Он также был не большой охотник кота назад прогуливать. В пережитое наведывался только по делу, за конкретностью, которой был фанатик. Сергей Довлатов: трагедия веселого человека Фото 10421 2145 4 материала по теме Были извлечены из 35-летней могилы чернильницы-непроливашки в школьных партах, промокашки, вставочки и лучшие номерные перья. Обдирочный хлеб, толокно, грушевый крюшон и сливовый «спотыкач» (Сережа не вспомнил), песочное кольцо, слойки и груша бере зимняя Мичурина. Среди прочего — чулки фильдекосовые и фильдеперсовые, трикотажные кальсоны с начесом и с гульфиком — в бежевых ходили по квартире и принимали гостей. Как в лагере выкладывали линейку еловыми шишками. Вечерние рыдания пионерского горна: спаать, спаать по па-лааа-там. И тут моя память переплюнула Сережину. Забежав по привычке в кондитерский магазин, я там уцепила — среди киевской помадки, подушечек в сахаре, всевозможных тянучек, ирисок и сосулек, в соседстве с жестянками монпансье, на самом дальнем краю детства — крохотный, сработанный под спичечный коробок. Драже «Октябрята» — белые и розовые, со сладкой водичкой и тусклой этикеткой хохочущих октябрят. Кажется, это был первый послевоенный выпуск карамели с жидким наполнением. Во всяком случае, тогда открытие этих драже было для меня сладким откровением. Как позднее — от природы, книги или музыки. Сережа «Октябрят» не помнил, да и не знал. Но был дико уязвлен — он забыл само слово «драже». Свой писательский эгоцентризм Довлатов постепенно — не имея долгое время печатного исхода — развил до истовости, до чистого маньячества. Он считал, например, что счастливо ограничен для своего единственного призвания. Как пчела, он обрабатывал только те цветы, с которых мог собрать продуктивный — в свои рассказы — мед. Остальные цветы на пестром лугу жизни он игнорировал. То есть поначалу он, пестуя в себе писателя, по-рахметовски давил иные, посторонние главному делу интересы и пристрастия, а затем уже и не имел их. И, освободившись от лишнего груза, счел себя идеальным инструментом писательства. На самом деле он был прикован к своей мечте, как колодник к цепям. С той разницей, что свои цепи он любил и лелеял... Многосторонность интересов, влечений и отвлечений в писателе Довлатов осуждал как слабость или даже как профессиональный порок. В самом деле, его автогерой в прозе — тоже писатель — удивительно самодостаточен и плотно набит всякой жизнью. Сам же автор паниковал и мучился — не имея куда отступить — в моменты рабочего простоя или кризиса. Зона его уязвимости была необычайно велика... Литература, которой Довлатов жил, не была для него — как для очень многих писателей — отдушиной, куда сбросить тяжкое, стыдное, мучительное, непереносимое — и освободиться. Не было у него под рукой этой спасительной лазейки. Я помню Сережу угрюмым, мрачным, сосредоточенным на своем горе, которому не давал не то чтобы излиться, но даже выглянуть наружу. Помню типично довлатовскую хмурую улыбку — в ответ на мои неуклюжие попытки его расшевелить. Особенно тяжко ему приходилось в тот год, перед последним в его жизни 24 августа. Вернувшись из перестроечной Москвы с чудесными вестями, я первым делом отправилась к Сереже его обрадовать: в редакциях о нем спрашивают, хотят печатать, кто-то из маститых отозвался с восторгом.
Причин для безрадостности в тот последний Сережин год было много: и радиохалтура, и набеги московско-питерских гостей, и, как следствие, его запои на жутком фоне необычайно знойного, даже по нью-йоркским меркам, того лета. Что скрывать — у Довлатова был затяжной творческий кризис. Ему не писалось — как он хотел. У него вообще не писалось. Он наконец уперся в эмигрантский тупик: ему больше не о чем было писать... Была исчерпанность материала, сюжетов — не только литературных, но и жизненных. Его страдальческий алкоголизм в эти месяцы — попытка уйти, хоть на время, из этого тупика, в котором он бился и бился. Очень тяжко ему было перед смертью. Смерть, хотя внезапная и случайная, не захватила его совсем врасплох. Я часто думаю: как жестоко, беспощадно, с однообразной неумолимостью распорядилась с ним судьба! И как чудовищно несправедливо. Не о его преждевременной, случайной и страшной смерти я думаю... Нет, я не об этом, неминуемом. Но различаю какую-то потустороннюю язвительность, издевку судьбы в его посмертной литературной невероятной славе. Довлатов мечтал, опубликовав все лучшее, что написал, произвести сенсацию в русскоязычной эмиграции. И трезво отметил: «Но сенсации не произошло и не произойдет». Если бы он знал, если бы только ему дано было узнать, какая общенародная гремучая слава уготована была ему в России! Что его заждался и возвел в культ тот самый массовый читатель, которого он когда-то провидчески себе предсказал. Но только через год — всего лишь год! — после смерти Довлатова в России начали одна за другой выходить его книги. Он превратился в культовую фигуру. Достиг максимальной известности, о которой даже не мечтал, даже вообразить не мог. Но так об этом и не узнал. Вся его писательская слава и звездная репутация — посмертные. Почему я так часто вспоминаю Довлатова? Да потому, вестимо, что мы с ним — близкие соседи. Угораздило меня поселиться в Куинсе, неподалеку от кладбища, где вот уже тридцать лет лежит под скромной мраморной стелой с высеченным его профилем неповторимый человек и писатель Сережа Довлатов. И когда я прохожу мимо кладбища, мне иногда невтерпеж донести до него дивные вести, докричаться до него. И я кричу: — Сережа! Твои мечты не просто сбылись — ты стал кумиром нации! Самый-самый популярный, знаменитый, прославленный и любимый вот уже тридцать лет! Супер-пупер-бестселлерист! Ты переведен на 36 языков! Феномен Довлатова! Почему-то с покойным Сережей меня тянет перейти на небывалое в наших отношениях «ты». Нет ответа. Но я продолжаю по привычке окликать Сережу, хотя знаю, что его уже нет нигде.
Читать книгу: «Мир магии вуду» flora-fauna.ru Узнать больше Вуду: как на самом деле работает самое страшное колдовство Африки Несведущие люди обычно считают вуду всего лишь разновидностью магии. Однако на самом деле это традиционная африканская религия, на территории некоторых стран Западной Африки даже имеющая статус государственной. Что такое вуду? Разновидностью вуду является и культ сантерия, который можно встретить на Кубе и в Доминиканской республике. Вудуистских жрецов (священников) называют хунганами. Этой деятельностью могут заниматься и женщины – мамбо. Они занимаются в основном получением предсказаний от духов, впадая при этом в транс. Существуют также бокоры (колдуны), которые занимаются магической деятельностью, в том числе и проводят ритуалы черной магии. Однако хунганы не всегда признают бокоров адептами вуду. Как проходят вудуистские богослужения? Основные ритуалы вуду Правда, с помощью вольта можно не только навредить человеку, но и вылечить его от болезни. Допустим, если у пациента сломаны рука или нога, делают куколку, у которой изначально отсутствует соответствующая конечность, затем отдельно изготавливают отсутствующую руку или ногу и приставляют к кукле. Конечно, это далеко не простой обряд с применением особых заговоров и заклинаний. Но, если его правильно провести, конечность мгновенно срастется… Также колдуны вуду способны якобы убить, а затем снова воскресить человека, превратив его в зомби. На самом деле в зомби людей превращает яд тетрадотоксин, содержащийся в мякоти некоторых рыб. По некоторым данным, вернуть жертву в нормальное состояние может обычная соль. © Copyright: Юрий Николаевич Горбачев 2, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
