Легенда о падающей Бальтире. Часть IV. Гл. 5

Глава 5

Кэла гостила в Тиоле уже две недели и не задумывалась о будущем. Думал Ирдаг, но в основном о работе. Он целыми днями не выходил из своего кабинета, спускался в лаборатории, а ночью любил. Жадно и жарко. Он не задавался вопросом, устраивает ли подругу предложенный им вариант совместного проживания. Судя по ее виду, Кэла полностью растворилась в нем, и это ее не смущало: с ним она ощутила жажду жизни. Он же нуждался в ней как в источнике вдохновения, и Кэле хотелось, чтобы этот источник для него никогда не оскудевал.

Спустя неделю после ее приезда, когда страсть влюбленных обрела взаимную уверенность и вошла в прогнозируемое русло, Кэла попросила Арди вернуть ей старую книгу. Арди отыскал реликвию на верхней полке книжного шкафа и, возвращая девушке, попросил не увлекаться её содержанием всерьез. Что касается его, он не историк и не любитель древностей — он математик. Придавать значения случайному совпадению имен и искать в древних сказках следы реальных событий — не его профиль. Он прочитал книгу, сделал определенный вывод — и только.

Забирая наследство, Кэла поспешила его успокоить. Мол, книга потеряла свое влияние. Ночные галлюцинации ее больше не беспокоят. У неё всё нормально.

Кэла засунула книгу в дорожную сумку, но через пару дней вновь извлекла и в который раз перечитала. У девушки хранилась еще одна ценная для нее книга — недавно изданный учебник по истории древнего мира с изображением Черной Скалы на обложке. Она боялась признаться, но обе книги стали частью не только ее реальной жизни, но и какой-то другой, за гранью познания.

Кэла была уже в постели с Книгой в руках. Читать ее перед сном вошло в привычку, хотя сама Кэла так не считала. Ирдаг только что вернулся из лаборатории, как он шутил, с ночной смены.

Он вошел стремительно и шумно, на ходу отмечая, как уютно выглядит номер благодаря забавным женским безделушкам и раскиданной на диване женской одежде.

— Опять загадочная книга? — Ласково пошутил он, располагаясь рядом.

— Все же в ней есть какой-то скрытый смысл, в который нам не удается вникнуть.

— Не выдумывай. Воспоминания написаны незадолго до смерти Ирдага и не являются абсолютно надежным источником. Арсад обитаем. Бальтира обладает двумя планетами, на которых зародилась разумная жизнь. В принципе, удивительный феномен, так как вероятность возникновения сознания чрезвычайно мала, а ты считаешь, что в Замке жил представитель какой-то третьей цивилизации. Допустим, ты права. Однако практического значения старинные записи все-таки не имеют. Есть только намеки на каких-то Властелинов. Видимо, они и есть коренные жители Арсада и наши враги.

— Астрономические приборы были крайне несовершенны, что не помешало мальчику-инопланетянину предсказать опасность. Увы, Мудрые не вняли его доводам, и Книга — очередная попытка предупредить нас.

— Малышка, седьмую планету нашли наши астрономы. Мы сами определили, что Арсад заселен. Прошло двести лет — приличный срок для человеческой истории, которая не стояла на месте. Давай думать о будущем и не ворошить прошлое, из которого больше ничего не выудишь.

— Вдруг он жив?

— Кто?

— Вдруг у него солидная продолжительность жизни?

— И он двести лет сидел под водой и ждал своего часа? Милая фантазерка! Забудь. У нас своя жизнь. И главная наша забота — Арсад и его жители.

— Насколько реальна эта угроза?

— Уточненные расчеты орбиты и массы Арсада дают неутешительные прогнозы. Впереди крайне тяжелый период. Не день, не месяц, а годы бедствий и лишений.

— Но есть же выход?

— Самый доступный и в настоящее время самый надежный — строительство подземных убежищ. Сгодятся старые бомбоубежища, катакомбы, шахты и пещеры. Катастрофа растянется приблизительно на полгода, пока Эльцэтра и Арсад не разойдутся. Под землей эльцэтриане переждут наводнения, землетрясения и прочие катаклизмы. Не все защитные сооружения и убежища выдержат колебания коры. Возможно, какие-то участки суши скроются под водой, а из океанов поднимутся новые острова.

— Всех не спрячешь. Уже известно, кому повезет в первую очередь?

— Детям и молодым женщинам, способным родить и выходить дитя. Они должны быть здоровыми физически и без психических патологий. Наступит сложное время. Лечить будет некогда и некому. Во второй эшелон войдут молодые мужчины и юноши, и, конечно, цвет нации, чтобы в кратчайшие сроки возродить Эльцэтру.

— Поголовное тестирование? Звучит печально. А старики? Они же ни в чем не провинились.

— С этим можно поспорить. Но тем, кто спрячется в пещерах, придется тоже не сладко. Суровая жизнь на грани выживания. Не нравится тестирование? А дородовая диагностика? Уже сейчас она активно применяется в медицинской практике, чтобы не плодить неизлечимо больных. Куда порядочнее прервать беременность и освободить родителей и общество от калек.

— Мы не боги, чтобы решать, кому жить, а кому погибнуть. По крайней мере, я бы не рискнула выступать от имени всех матерей.

— Гуманность — не самый рациональный подход. К тому же всё наше сообщество держится отнюдь не на гуманности, и вспоминать о ней, когда нам грозит почти полное уничтожение смешно и глупо.

— А есть еще какой-нибудь выход? — Не поддержав щекотливую тему, Кэла вернула беседу в прежнее русло.

— Это очень сложно — эвакуация части населения на Уриду. Можно не успеть, потому что мы узнали об Арсаде слишком поздно.

Ирдаг замолчал. Осторожно вынул из-под руки Кэлы заветную книгу и положил под кровать. Угадав, куда он клонит, Кэла увернулась от его нетерпеливых рук и скользнула на другую сторону постели.

— Да уж, чтобы заниматься любовью, особого ума не надо.

— Не скажи, — рассмеялся Ирдаг. Но отложил приятное занятие на более позднее время.

Переодевшись в махровый халат, Ирдаг степенно отправился в ванную комнату. Семейный мужчина! Ну — почти. Они вместе две недели, а, кажется, только вчера он увлек ее на ложе под зеркальным потолком. Поначалу она стеснялась и гасила свет. Потом привыкла. Ирдагу приятно было думать, что она раскрепостилась настолько, что без стеснения смотрела, как ее любит красивый, сильный мужчина.

По пути в ванную комнату, Ирдагу вспомнился день, когда ему предложили этот фешенебельный номер. Первое, что он попросил изменить, — убрать с потолка зеркало, заменив его простой панелью. Вмешался Арди. Обозвав друга дремучим, отсталым мужиком, он убедил его ничего не менять. Весь мир переживал сексуальную революцию, а он лишал себя удовольствия лицезреть собственную персону в любовном экстазе. Зеркало оставили. С тех пор Ирдаг шокировал своих многочисленных подружек, подтрунивая над их распущенностью или, напротив, над их отсталыми взглядами в вопросах современного секса.

Стоя под сильной струей, Ирдаг массировал мощное тело и одновременно думал, что заниматься любовью гораздо приятнее, чем реализовывать «другой выход». Его дорогая глупышка сопротивлялась долгих четыре года, прежде чем сообразила, что от нее требуется. Ирдаг похвалил себя за правильный выбор. Кэла его вторая половина. Именно так трактовали любовную привязанность древние философы. Найти половину и обрести счастье. До Кэлы он весьма скептически воспринимал это утверждение, но, встретив девушку своей мечты, изменил своим прежним взглядам и согласился с этой мудрой мыслью. Когда она рядом, день насыщен и полон смысла. Он спокоен и удовлетворен, несмотря на то что «другой выход» едва сформулирован. Вывезти интеллект и генофонд эльцэтриан на планету Урида — задача сложная. Но надо постараться. За десять — двадцать лет они обязаны справиться.

За ужином Ирдаг продолжил разговор, и Кэла заинтересованно слушала. Для него это было крайне важно.

— Эльцэтриане столкнулись с величайшей проблемой, справиться с которой можно только совместными усилиями всей планеты. На Эльцэтре есть несколько научных Центров, подобных Тиолю. Но крупных и современных — всего два. В Тиоле и в Восточном полушарии в Долине Радости, где находится секретный Институт космических исследований и новейших разработок, ИКИиНР. Генеральным директором этого хозяйства уже давно стал всемирно известный академик Корбут. Именно его вспомнили мы с Арди, когда перебирали друзей и знакомых на предмет обладания редкостной шевелюрой. Ты бы видела его. У маститого академика, в самом деле великолепные волосы, правда совершенно седые.

Ирдаг снова залюбовался девушкой, обладательницей редких на Эльцэтре длинных кудрей.

— Не отвлекайся, пожалуйста, — с наигранной строгостью сказала Кэла. Ирдаг продолжил.

— Уже давно в Тиоле и Долине Радости прорабатывается фактически одна и та же тема, которая предусматривает повсеместную смену всех научных концепций. Свежий взгляд абсолютно на все области человеческой деятельности, поскольку прежние фундаментальные теории оказались исчерпанными. В принципе, закономерный процесс. Научные открытия, рассматриваемые современниками как чисто теоретические и бесполезные в практическом отношении, спустя годы становятся основой создания новой техники и технологии. Однако со временем потенциал неизбежно иссякает, поэтому в последние годы во многих развитых странах идет активный научный поиск. Выдвигаются разнообразные гипотезы и предположения, касающиеся как теоретического, так и практического направления. Какая страна опередит остальных, та и будет диктовать условия на мировой арене.

— Это понятно. Но Арсад требует объединенных усилий. В критический для Эльцэтры период наверняка не уместны диктат и верховенство.

— Не все такие дальновидные, как ты, малышка. Проблема всплыла совсем недавно. А кроме нее скопилась масса других нерешенных. Наглядный пример. За шестьдесят лет со дня якобы освоения космического пространства ни одна из великих держав не вышла в открытый космос. Между тем космические технологии по своей сути являются вершиной человеческой мысли. Однако и здесь мы видим застой. Годами подбираются экипажи. Неподготовленный космонавт не пересядет из автомобиля в ракету без ущерба для здоровья. Казалось бы, общие задачи, но все копошатся порознь, занимаются переманиванием специалистов и промышленным шпионажем.

Неожиданно содержательную беседу влюбленной пары прервали раскаты грома. Гроза! Ирдаг живо вскочил и подбежал к окну, чтобы полностью раздвинуть шторы и открыть ставни. Вернув недопитый бокал с соком на стол, Кэла последовала за ним.

За всё время пребывания Ирдага в Тиоле такая буря разыгралась здесь впервые. Над черной массой вздыбившегося океана грохотала и перекатывалась сухая, страшная гроза. Небо окрасилось в неестественный чёрно-фиолетовый цвет, при этом все звезды словно угасли. А Руна! На ее месте зиял бездонный провал, из которого хлестало яркое фиолетовое пламя! Жуткое зрелище! Небесный свод разрывали непрерывные молнии и сотрясали громовые раскаты. При кажущемся безветрии океан клокотал. Молнии одна за другой впивались в его огромное тело, безжалостно терзали и выворачивали наизнанку. Взбесившиеся волны тянулись к этому страшному небу с яростной целеустремленностью и, не достигнув намеченной цели, с ревом обрушивались вниз, превращая родную стихию в клокочущую бездну.

Вдохнув насыщенный озоном грозовой воздух, Ирдаг захлебнулся от нахлынувших эмоций. С ним творилось что-то огромное и значительное. Прислушавшись к своим ощущениям, он охарактеризовал то, что испытывал, как мощное слияние с природой. Отдавшись во власть стихии, он ощутил, что у него выросли настоящие крылья. Его тело и разум оказались под воздействием какой-то управляющей им могучей силы, поднявшей его над океаном. Ощущение полета и абсолютной свободы было настолько реальным, что, оказавшись между грохочущим небом и разъяренным океаном, он, словно того и ждал, стал жадно поглощать извергавшиеся с небес электрические разряды, пока его мозг не «взорвался» от проникнувшего в него чрезвычайно мощного импульса, заставившего его воскликнуть:

— Формула мира! В ней смена всех устаревших научных концепций. Получив ее, мы достигнем таких высот, какие не снились и твоему Огненному Богу! Покорить Уриду. Построить на шестой планете Бальтиры временные убежища и военные базы. Показать арсадам, кем мы стали за последние двести лет, не допустить высадки их вражьего десанта на нашу планету.

— Ты великий человек, — восхищенно прошептала Кэла, отведя густую прядь волос с его высокого лба.

И как подтверждение — раздался очередной раскат грома. Боже, что творилось за окном! Кэле стало страшно. Ирдаг вернулся за стол продолжать ужин, а Кэла поспешила закрыть окно и задвинуть шторы. Прозвучавший из глубины гостиной любимый голос вернул ее к столу.

— Конечно, великий. И этот великий с первой минуты был готов отдать тебе душу и тело, но ты заявила, что им движет похоть.

— Увы, могла ли я, скромная девочка, вообразить себя рядом с тобой. Таким неотразимым, умным и насмешливым.

— Не кокетничай. Несмотря на антураж, ты не обнаружила во мне Огненного Бога. А сейчас?

Они закончили ужин и сидели на диване. Ирдаг притянул Кэлу к себе, расстегнул верхнюю пуговку на шёлковой блузке и положил разгоряченную голову к ней на грудь. Аромат прохладной кожи освежил его мысли и успокоил.

— Самое главное, чего я добился в этой жизни, — это ты. Мои остальные скромные успехи, весьма далекие от страстей и эмоций, превратили твоего покорного слугу в рациональную машину до самого последнего винтика. Вру. Таким я родился. Это моя характерная особенность. Ты же умудрилась извлечь из мужика такое, что сделало его по-настоящему счастливым и полноценным.

— У Риды не получилось? — Миролюбиво съязвила Кэла, опуская его голову на свои колени.

— Нет, — просто ответил он, покрывая их поцелуями. — У нас сложились дружелюбные любовно-деловые отношения, устраивавшие обоих. Она техничная, классная любовница, но не согревала меня, как и остальные женщины. Приходится признать верным банальное сравнение любви с разбитым на две части сосудом. И ты его лучшая часть.

— Подозреваю, — это предложение переспать между делом?

— Запомнила, — рассмеялся Ирдаг, опрокидывая ее навзничь. — Мы заболтались, а время позднее. Приступим к главному, о чем я мечтал весь день. Ты же хотела меня? Хотела? Давай прямо здесь. — Он торопливо освободил ее от одежды.

Предчувствие не обмануло. Это не было как в первый раз. Он выложил не только себя, но нечто большее, что вошло в него под яростные раскаты грома и яркие вспышки молний.


xxx

Уже далеко за полночь тишину в спальне нарушил настойчивый громкий стук. Ирдаг не спал. Кэла проснулась. Включив ночник, молодая женщина потянулась за халатом.

— Лежи, — коротко бросил Ирдаг и, прикрыв наготу, поспешил в холл открыть дверь.

На пороге стоял всклокоченный Арди. Заместитель Ирдага тоже не спал, но по другой причине. Находясь в тени шефа, он нисколько не уступал тому в гениальности. Кроме того, он был больше, чем просто гений, поэтому, когда Кэла полностью завладела вниманием шефа, Арди жестко изменил весь график работы. Он вкалывал за двоих, а сотрудникам объяснил, что в настоящее время творческий потенциал Ирдага витает в туманных научных дебрях в ожидании всплеска озарения. Друг есть друг. Один наслаждался любовью — другой руководил всей лабораторией.

— Шеф! Главный компьютер требует твоего немедленного присутствия, — не скрывая нетерпения, возбужденно поторапливал Арди, не обращая внимания на заспанный вид Ирдага. — Уже час не удается перехитрить машину. Требует тебя, словно обзавелась зрительными рецепторами. Входной пароль ее уже не устраивает.

Ирдаг покосился на протянутые ему исписанные листки и вернулся в спальню одеться. Натянув спортивные брюки и теплый свитер — вечерами в помещении Главного компьютера было прохладно, — он успокоил встревоженную Кэлу и побежал догонять Арди.

Мужчины встретились на первом этаже у подземного перехода, соединявшего административный корпус с охраняемой зоной вычислительного центра и, миновав охранника, который торопливо отдал честь, прошли в просторное помещение.

Кроме них двоих в прохладном зале вычислительного центра никого не было. В длинном ряду мониторов работал только центральный, освещенный настольной лампой. Сиреневый полумрак и лампочки контрольных приборов придавали всему помещению таинственную атмосферу. Ирдаг занял рабочее кресло и набрал пароль, чувствуя за спиной склонившегося над ним Арди. Тот пытался что-то ему сказать, но Ирдаг не слышал. На экране возникла заставка, и звуковой сигнал подтвердил, что пароль принят. Файл не открывался. Манипуляции с клавишами тоже ничего не дали.

Арди выругался.

— Я же предупреждал, кто здесь лишний.

— Ну и отчаливай! — Прикрикнул Ирдаг, но мигом изменил тон. - Мистика! До сегодняшнего дня машина не обладала зрительными датчиками. Но присутствие Арди явно не требовалось. Похлопав шефа по плечу, Арди шепнул, что подождёт в соседней лаборатории.

Арди нервничал. Вся эта история ему категорически не нравилась. Плотно прикрыв тяжелую дверь с кодовым замком, он прошел в лабораторию, где трое сотрудников несли ночное дежурство у опытной установки. Среди них находился и Кайл, чья официальная подруга не устояла перед обаянием шефа и после упоительной ночи была вынуждена покинуть Тиоль. Как и ожидалось, узнав об измене девушки, молодой ученый не слишком горевал, хотя и испытал некоторую обиду. Неловкое недоразумение осталось в прошлом, и Кайл поспешил подойти к Арди узнать о настроении шефа, которого пришлось разбудить посреди ночи. Не ответив, Арди рассеянно махнул рукой, уселся во вращающееся кресло и несколько раз повернулся, задевая соседний стол.

Кайл занялся рабочим журналом, искоса поглядывая на изменившееся лицо молодого зама. Цифры, графики и снова цифры. Арди провел с сотрудниками всю рабочую смену. Ближе к полуночи он, как обычно, заглянул в зал Главного компьютера и вышел оттуда почти через час с растерянным выражением лица, столь странным для обычно уверенного в себе человека. Сказал, что пойдет будить шефа.

Арди заметил, что очкарик наблюдает за ним, и, чтобы снять напряжение, протянул руку за отчетом. Три дня компьютер мучился над поставленной задачей. И на тебе! Интуиция подсказывала, что произошёл не банальный сбой, и дело не в просчётах программного обеспечения. Компьютер отреагировал на голос и внешний облик пользователя, «отстранил» Арди и потребовал Ирдага. Что бы это значило? Арди продолжал маяться, а его шеф вновь набрал пароль. Файл открылся.

На экране монитора мелькали колонки цифр. Краткая текстовка, несколько вопросов, на которые Ирдаг немедленно отреагировал. Снова цифры, графики, текстовка и вопросы. Ирдаг аккуратно вносил запрашиваемые данные. Так повторилось несколько раз, пока компьютер окончательно не завис. Эксперимент не удался. Неделя прошла впустую. Хотя, если рассуждать иначе, и неудачу можно рассматривать как конечный результат серии экспериментов, который выявил ошибочное направление. Зону поиска нужно сменить. Этим они займутся уже завтра.

Ирдаг собрался позвать Арди, как внутренним чутьем ощутил, что в наглухо изолированной комнате произошло некое смещение. Стоявшая слева от него настольная лампа не вовремя перегорела. Ирдаг, не вставая, дотянулся до соседней, но и она, не выдержав подскочившего напряжения, тоже вспыхнула и погасла. Вместо них включились три монитора напротив и на всех экранах, включая тот, за которым он работал, возникла заставка - лицо юной девушки, очень похожей на шестнадцатилетнюю Кэлу. Такого не могло быть ни в шутку, ни всерьез! Арди позволял себе абсолютно все. Но даже он не вытащил бы его среди ночи из постели, чтобы таким манером призвать шефа к исполнению служебных обязанностей. Он сказал бы прямо, что у него накипело, и, воспользовавшись вертолетом, удрал бы на большую землю, чтобы развеяться и через неделю привезти кучу проделанных расчетов или какую-нибудь идею.

Ирдаг поморщился и встряхнулся. Темно-синяя заставка с портретом знакомой девушки ему не мерещилась. А когда изображение лица стало прозрачным, и сквозь него на всех экранах возникло хорошо знакомое не только астрономам, но и всем сведущим людям знаменитое созвездие Око Вселенной, Ирдаг понял, что с ним не шутили. Это не дружеские проделки его заместителя. Значит, он разберется во всём сам.

Ирдаг откинулся на высокую спинку кресла в ожидании развития событий. Его не заставили ждать. Изображение хорошо известного Созвездия «отошло» от экрана монитора, за которым он работал, переместилось на свободную от приборов территорию, и зависло в метре от пола, значительно увеличившись в размере. Невозмутимо проследив за перемещением фантома, Ирдаг автоматически пересчитал звёзды. Двенадцать. Семь звезд обозначили контур «вселенского» глаза, оставшиеся пять его радужницу. Она то и вспыхнула, вовлекая в процесс «распада» остальные звёзды. Когда каскад искр иссяк, в полутемном помещении как бы воспарило массивное кресло, в котором восседал величественный мужчина в золотой одежде, скрепленной на плече пряжкой в виде трех сиявших в темноте звезд. Великан холодно улыбнулся, и улыбка прокатилась по Ирдагу ощутимой волной электрического разряда.

— Я Огненный Бог. — заявило голографическое изображение. — Вот формула, которая откроет эльцэтрианам тайну мира. Как поступить дальше, ты уже знаешь.

Прозвучало что-то еще, но Ирдаг, увидев такое, схватился за голову и потерял сознание.

Очнулся он в кресле рядом с входной дверью. Над ним склонился взволнованный Кайл с влажной салфеткой в одной руке и стаканом воды в другой. У монитора манипулировал Арди. Выпив стакан воды, который протянул ему напуганный парень, Ирдаг окликнул Арди.

— Ты получил ее! — Арди подбежал к Ирдагу. Стал трясти за плечи. — Ты получил ее! Ты добился!

На крик зама в помещение заглянули дежурившие в соседней лаборатории сотрудники. Узнав, в чём дело, кто-то побежал будить остальных. Несмотря на поздний час, вокруг шефа собралась вся команда. Ирдаг уже реагировал на окружающих и на слова Арди. С его помощью он дошел до монитора, за которым работал, и тут кто-то нерешительно открыл дверь. Арди обернулся. Лаборанты расступились, впуская Кэлу. Уже совсем оправившийся Ирдаг поманил девушку к себе. На экране монитора продолжали транслироваться пятнадцать уравнений, объединивших живую и неживую материю. Ирдаг наклонился к девушке, и Арди расслышал, что тот прошептал:

— Двести лет назад твоя тезка разбудила Огненного Бога. А ты — меня. Смотри, это Формула мира! Она изменит жизнь и откроет эльцэтрианам дорогу в космос.

Произнеся эти слова, Ирдаг почувствовал крайнюю усталость. Его последняя мысль была вполне конкретной. Только что из него под нажимом вытащили Знание, которое было втиснуто в его голову месяц назад и которое в ней же безнадежно увязло, пока не объявилась Кэла...

Арди успел поймать Ирдага на руки. С помощью двух крепких парней потерявшего сознание шефа перенесли в номер и уложили в постель. Кэла не отставала от них ни на шаг. А в номере, растолкав мужчин, опустилась перед ложем на колени и разрыдалась.

Арди был не в лучшем состоянии: впервые его шефа сразило серьёзное недомогание. Справившись с растерянностью, и не отходя от постели больного, он отдал несколько поручений подчинённым. Был вызван дежурный врач из соседнего корпуса. Отправлена срочная телеграмма в правительственную канцелярию. В завершение Арди выставил из номера всех посторонних, после чего склонился над Кэлой. Та тоже взяла себя в руки. Арди принес ей дорожную сумку, закинутую в шкаф при входе. Арди знал, что Кэла дипломированный врач и иметь при себе профессиональную аптечку вошло у неё в привычку. Раскрыв молнию, девушка извлекла аппарат для измерения давления и коробку с лекарствами. Помощь Кэлы оказалась весьма своевременной. Пощупав пульс и измерив давление, Кэла набрала полный шприц и, сделав инъекцию в вену, принялась энергично массировать грудь больного. Ей на подмогу поспешил Арди. Вместе они разминали похолодевшие ладони Ирдага пока в спальню не влетели ведущий врач Центра, его ассистенты с приборами срочной реанимации и девушка-лаборантка.

Помощь реаниматора не потребовалась. Сильный организм Ирдага выдержал сильнейшую нервно-психологическую встряску. Шеф шумно втянул воздух и поднял руку. Врач нащупал пульс. Сердце больного билось полно и ритмично. Лаборантка взяла у Ирдага несколько капель крови, сняла электрокардиограмму и показала результаты врачу. Оценив состояние больного, профессор подошел к Арди. Мужчины о чем-то посовещались, при этом Арди больше поддакивал, изредка поглядывая на Кэлу. Наконец, переполох завершился. Арди проводил профессора до двери, бригада медиков удалилась. С Ирдагом остались Кэла и Арди.

— Ты молодчина, не растерялась, — одобрительно заметил Арди, подходя к постели больного, — уснул.

Кэла присела на край постели и была готова снова прослезиться, на секунду представив, что могла потерять Ирдага навсегда.

— Успокойся! Ирдаг здоровый мужик. Просто переутомился. Работали по-черному — день и ночь. Два года без отпуска. И вот удача: Формула мира! Как тебе название? Прилипло и уже не отстанет.

Арди слегка бравировал. Он испугался не меньше Кэлы, трезво осознав, каково ему будет без друга и без их холодного содружества двух гениев.

— Такие, как Ирдаг, рождаются раз в сто лет. Он величайший гений.

— Гений? — Больной открыл глаза и огляделся. — А, это вы, а где гений?

— Посмотри наверх, неужели не узнаешь? Разлегся, бесстыдник. Перепугал всех до смерти, и хоть бы хны. Выдал формулу и отключился. От радости, что ли? Формула мира! Откуда название-то? Неужели сам, придумал?

— Что произошло, Арди? — Спросил Ирдаг и осекся.

Никто не должен знать. Ирдаг и сам не мог бы объяснить, что случилось в действительности: явление было выше его понимания, а врожденная осторожность диктовала необходимость сохранить всё в тайне. Даже от Арди, который успел отметить многозначительную паузу. Внимательно взглянув на Ирдага, Арди «проглотил» и вопрос, и ответ. Он был очень непрост, этот жизнелюб Арди, и в своей умнейшей голове сделал очередную засечку. Ирдаг отмолчался. Смотрел в зеркальный потолок на свое отражение, на отражение Кэлы, вдруг вспомнив слова девушки о тайном смысле прочитанной книги.

Ту девушку тоже звали Кэлой. Она была единственной привязанностью Огненного Бога в том чуждом мире, где ему выпал жребий родиться. Молодые люди не могли любить друг друга, потому что принадлежали к несовместимым формам материи. При слиянии одна уничтожала другую. Юноша узнал об этом слишком поздно. Но гибель подруги не оказалась напрасной. Она разбудила в нем Огненного Бога. Он стал тем, кем должен был быть по праву. «Он поступил так во имя прошлой любви, — прошептал Ирдаг. — Во имя прошлой любви он помогает нам сейчас».


* * *

Барди отключил внешнее наблюдение и перебрался на диван. Закинув руки за голову, юноша тяжело вздохнул. Он любил девушку с похожим именем в прошлом, но она оказалась его сестрой. Современная Кэла ему не сестра, но она — жена его подопечного. Барди сознавал безнадежность и бессмысленность той и этой любви, но ему не удавалось заглушить ее сейчас, как удалось тогда. В его обязанность входило знать всё, что касалось Ирдага. Ночью тот пережил сильнейший психологический криз. Недавно ему стало лучше, и он потянулся к Кэле. Вот тогда Барди и отключил экран внешнего наблюдения, но в мыслях продолжал находиться в номере, где двое любили друг друга. Настроившись на волну его возвышенных чувств, Черный Куб как бы впустил в Подземелье Великий океан. Теперь юноше думалось значительно проще и приземлённее. Размеренная и жестокая жизнь водной стихии нисколько не лучше и не хуже той, в которой живут птицы, звери и люди. Только разум усложняет и ту, и другую, идеализируя объект возвышенной, но такой объяснимой страсти. Но если бы…

— Наконец-то на нашего Ирдага снизошло озарение!

Ворвавшийся в мысли Барди знакомый голос, отодвинул его любовь к земной женщине на второй план. Юноша оживился, ожидая появления его обладателя. И тот не заставил себя ждать. В каскаде брызг и блеска Крэйндар «вынырнул» из потаённых океанских глубин, и Барди автоматически придвинул ему кресло. Крэйндар сел. Дождавшись, когда Барди справится с изумлением, Крэйндар объяснил юноше, что «озарение» случается с простыми смертными, но далеко не со всеми. Их выбор пал на Ирдага, но с парнем пришлось повозиться.

— Повозиться? — удивился Барди. На его взгляд «внедрение» прошло достаточно быстро и удачно. Ирдаг умный мужик. Но Барди гораздо больше интересовал сам Крэйндар, который не очень-то баловал их своим вниманием.

- Голова Ирдага буквально трещала, а мозг кипел. Фактически бедняга не справлялся с подкинутым ему заданием, полагая, что теряет рассудок. Барди, выбирая кандидатов, я хотел остановиться на Арди. Вот кто истинный Гений! Такие, как Арди, рождаются раз в тысячу лет. Он любит жизнь, и жизнь тоже его любит. Друг Ирдага не поддался бы нам так просто, и нам пришлось бы его сломить, что было бы нечестно. Вот чувствами Кэлы пришлось пожертвовать. Ты заметил, что ей приглянулся Арди, а не Ирдаг, который влюбился в девушку с первого взгляда, — скрывая насмешливую улыбку, Крэйндар покосился на Барди. Тот не промолвил ни слова, лишь вопросительно поднял брови, — поэтому мы и выбрали Кэлу. Любовь, как известно, играет вполне определенную роль в жизни почти каждого мужчины. В нашем случае Кэла отлично справилась с возложенной на нее задачей. Нашлась и Книга. Её автор Ирдаг Прус действительно оставил воспоминания обо всем, что знал и видел.

— За двести лет рукописная книга могла потеряться, истлеть! — воскликнул Барди.

— Ничто не проходит бесследно, приятель. Даже время не лечит. На самом деле болезнь переходит в изматывающую хронику.

Лицо Огненного Бога окутала тень воспоминаний. Она же легла и на Барди. Вторя душевному настрою обоих, у ног двоих как бы зашуршала перекатываемая волнами галька, а под низкими облаками как бы сонно вскрикнула алая птица Койя. Одинокая душа Крэйндара продолжала оставаться спокойной и невозмутимой. Барди ждал подробностей.

— Кэла получила нашу книгу по почте. Неожиданный подарок её удивил, но отрицать факт существования самой книги было бы странно. Ознакомившись с содержанием текста, она вернулась к имени писателя. Совпадение имён автора книги и её приятеля девушку заинтриговало. Возможно, в шестнадцать лет она не разобралась в своих чувствах к Ирдагу? Она же мечтала о встрече с Огненным Богом? Сложный случай. Ирдаг с ним справился, хотя и не выбил Огненного Бога из ее мечтательной головки.

— А тот, другой гений, выбил бы?

— Знаешь, да. Но это была бы другая история, которую теперь никто не напишет. — Последнее замечание показалось Барди жестоким.

— Не терзайся воспоминаниями. Всё в прошлом и даже дальше. Та жизнь ушла, и кости твоих соплеменников превратились в прах. Это другая Кэла. Ей всё равно, кого любить — Арди, Ирдага или Огненного Бога. С книжкой подмышкой девушка примчалась в Тиоль. История повторяется. Вновь женщина вмешалась в судьбу мужчины, чтобы выполнить возложенную на нее миссию. Современная Кэла «разбудила» своего возлюбленного, чтобы тот вывел необходимую нам Формулу. И только. А мы двигаемся дальше.

Крэйндар поднял руку. Очередная волна едва коснулась их ног. Подземелье погрузилось в рассеянный полумрак. Невзгоды и радости внешнего мира остались вне величественного интерьера, но юноша грустил, и Крэйндар знал — по ком. Он придвинул к себе кресло Барди, положил на влажный лоб юноши свою целительную ладонь, освобождая того от переживаний и сожалений. Барди задремал.


Рецензии
Крэйндар, Кэла. Без роковой женщины, еще не обходилась, на свете,
ни одна Сага, или повесть, роман, детектив.
И Огненному Богу, возможно, тоже не затмить, Женщину.
Не имею право, что-то Вам, рекомендовать.
Но на всякий случай.
Было бы любопытно, почитать Вашу прозу, в виде, короткой новеллы,
или рассказа, с самостоятельным сюжетом.
Но не обращайте внимания.))

С уважением.
И с улыбкой.

Жан Сеит   30.10.2018 18:05     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.