Часть Четырнадцатая

Продолжение Части Тринадцатой  http://proza.ru/2025/12/12/2080

Единственное, что мне разрешил делать гер Мюллер, это отслеживать жизнь Первого. С поставкой информации я наладила так, что сведения о жизни, похождениях Первого, мне доставлялись в виде фото, видеодокументов, отчётов каждый квартал. Я видела, как он менялся, как менялся его физический облик. Как он из практически Аполлона превращался в толстого буддийского монаха. Мне хотелось вмешаться в его жизнь, я требовала у Совета Девяти Неизвестных, чтобы они разрешили мне это сделать, но не смотря на мои доводы, они регулярно отказывали мне в этом. Следила ли я за своей дочерью Ланой? Да, видела, каким испытаниям она себя подвергает, вспоминала себя в её возрасте, и в глубине души надеялась, что она встретит достойного мужчину, который образумит её и жизнь её станет простой, стандартной, без всяких намёков на то, что она Первая, и что у неё другое предназначение. После шестнадцати она как с цепи сорвалась, разочарование в парне, в которого она влюбилась, разочарование в себе самой. В общем, девочка поставила на себе крест, и решила, что никому не нужна. Я много гадала и размышляла на тему, почему парень, в которого она влюбилась и все думали, что они поженятся, по сути, бросил её. И однажды, решила поговорить на эту тему с гером Мюллером. Он пригласил меня пройтись по улочкам Парижа, на площади Бастилии мы заняли столик в уличном кафе, заказали кофе, водички, по фужеру нашего традиционного Жан Поль Шанет, посидели, и я задала вопрос:
- Скажи, отец, нам же выгодно, чтобы Лана вышла замуж за какого-нибудь мужчину и жила жизнью простой провинциальной женщины, нарожала бы детей, и вопрос её встречи с Первым был бы закрыт навсегда. Это вы сделали так, чтобы она рассталась со своим молодым человеком?
- Ты будешь удивлена, дочь моя, его никто не настраивал против Ланы, ему просто задали вопрос, ты готов взять ответственность за эту девушку, стать её мужем, хранить ей верность, стать отцом ваших детей и любить её безоговорочно и на всю жизнь?
- И он что?
- Он задал один вопрос, кто мы такие. Наш агент ответил, что он представитель тех сил, которые отвечают за жизнь, и покой девушки, с которой у него сейчас связь, и что если он намерен просто использовать её без всяких обязательств, то ему лучше отойти.
- И что он?
- Он ответил, что не готов к серьёзной связи с нашей подопечной, он не знает, как сказать ей об этом.
- Чем кончилось дело? - спросила я.
- А тем, что он оставил её одну на полустанке, в слезах и потом бросил её.
- Ну и чего вы добились этим? Как я понимаю, она пошла потом по рукам?
- А ты себя помнишь в её возрасте?
- Ну я-то была в поиске, искала смысл своей жизни и нашла его.
- А она пока нет.
- Может ей подсказать? - спросила я.
- Хочешь попробовать? Я думаю, мы разрешим тебе этот эксперимент с одним единственным условием, - сказал гер Мюллер.
- Каким? - спросила я, хотя уже знала это условие.
- Ты знаешь, о чём я. Ты не должна встречаться с ним.
- Когда мне можно будет выехать?
- Твою поездку надо подготовить. Задача твоей поездки одна, попробовать толкнуть Ланочку в нужное направление, чтобы она начала двигаться туда, куда всем нам надо в глобальном смысле.
- Отец, ты хочешь, чтобы она всё-таки встретилась с Первым?
- Скажу честно, да, и свою позицию я не скрываю ни от кого, ни от Добрых Людей, не от
Неизвестных, и только один из Двадцати Двух меня поддерживает в этом вопросе.
- Я даже знаю, кто. Иван? Его дед?
- Я всегда говорил и твоему отцу, и твоей матери, что ты гениальный ребёнок.
- Ну, до Первой мне далеко, - с грустью сказала я.
Гер Мюллер протянул свою руку через стол, положил свою ладонь на мою и сказал:
- Первая, это Первая, а ты, это ты. И ваши судьбы, хотите вы, или не хотите, настолько глубоко увязаны, переплетены друг с другом...
- Да, переплетены... И переплетает нас судьба одного человека, - грустно улыбнулась я.
- Если захочешь с ним встретиться, сделай так, чтобы он тебя не видел.
- Если что, где мне его искать, отец?
- Он часто бывает в ресторане телекомпании АТВ, там работает его знакомая. Даже могу предположить, что через две недели у него там будет встреча с хозяином Парекс Банка.
- Тот, который купил себе звание почётного гражданина Швейцарии?
- Да, тот самый.
- Мне выезжать в ближайшее время, или поближе к дате их встречи?
- Решай сама. Визы у тебя есть, билеты не проблема. Можешь остановиться либо в отеле, либо на нашей квартире.
Я вернулась в поместье, подготовилась к своему отъезду. Раздала указания управляющему поместьем, Ольге, Бейзилу, сообщила им, что еду в Россию с инспекционной проверкой. Ольга спросила:
- Ты встретишься с ним, мама?
- Не знаю, Олечка... А что?
- Я хотела бы, чтобы ты ему сказала, чтобы он берёг себя, потому что от его здоровья зависит здоровье моего Бейзила.
- Хорошо, солнышко, я передам ему это.
За два дня до предполагаемой встречи я вылетела в Москву.
В России контрразведка опять стала набирать обороты и за приезжающими иностранными туристами организовывалась слежка, правда ещё не такая, как была в советское время, но надо было быть... осторожней. Я поселилась в отеле Метрополь, а потом с помощью разных способов и ухищрений переселилась на конспиративную квартиру. Арендовала машину на имя русской подданной и через знакомого агента заказала столик в ресторане телекомпании "АТВ". Когда я зашла туда, кроме одного столика все были заняты. Мне хозяйка предложила сесть за столик рядом с известными русскими телеведущими, Яной Поплавской и Иваном Кононовым. Я с радостью согласилась, тем более, это было хорошее прикрытие.
Пока я рассматривала меню, Леночка отвлеклась на двух гостей. Краем глаза я увидела, что это был он, и его гость из Риги. Она провела их к свободному столику между двух окон, махнула рукой официантам и те стали сервировать стол. После этого она вернулась ко мне, я уже затеяла беседу с Яной и Иваном. Мы разговаривали об искусстве. Я спросила у Леночки, есть ли у них в винной карте Жан Поль Шане? Наверное, я сказала слишком громко, потому что Василий отвлёкся, посмотрел в мою сторону и мы встретились глазами.
Леночка ответила:
- К сожалению, мы Жан Поль Шане заказываем только для нашего постоянного клиента. Если хотите, я спрошу у него.
- Да, Леночка, если можно, - сказала я.
Яна спросила:
- А что такое Жан Поль Шане?
Я ответила:
- Это знаменитое французское вино, в бутылке с кривым горлышком.
- А, я видела его в нашем баре, но оно очень дорогое.
- Ничего, если ваш клиент поделится, мы с вами его попробуем, - сказала я и стала следить за хозяйкой ресторана Леночкой. Она в это время подошла к Василию и что-то стала говорить, кивая в мою сторону. Он ещё раз внимательно посмотрел на меня, кивнул головой Лене и продолжил разговор со своим гостем. Когда бармен принёс два ведёрка со льдом, в одном было шампанское от Жан Поль Шане, в другом была бутылка Совиньона от Жан Поль Шане, Василий встал из-за стола, взял ведёрко с шампанским и пошёл к нашему столику. Подойдя к нам, он сказал:
- Таким девушкам, как вы, Яночка, и как...
- Виктория, - представилась я.
- Вы, Виктория, надо пить только шампанское из Шато Жан Поль Шане. Кстати, Виктория, мы с вами нигде не встречались? - задал он вопрос.
-  Такого галантного кавалера я бы не забыла. Сколько мы должны за шампанское?
- Виктория, не обижайте меня. Увы, у меня серьёзный разговор с моим гостем и я вас покину.
Он вернулся за свой столик и продолжил беседу со своим гостем из Риги, изредка бросая взгляды на меня.
Мы сначала выпили шампанское, которое нам любезно предложил Василий, потом перешли на грузинское вино, которое мне понравилось, и закончили вечер Советским шампанским. Так я ещё никогда не проводила свой вечер, но Яна и Иван раззадорили меня, и как говорят русские, мы напились в стельку.
Как я добралась до квартиры, честно, не помнила. Но утром на тумбочке рядом с постелью я обнаружила бутылку боржоми, стакан, пачку аспирина и записку: "Растворите пару таблеток в стакане боржоми и вам будет хорошо".
Прочитав записку, я сделала все, как там было написано, мне действительно стало легче. Выглянув в окно, увидела, что машина стояла у подъезда, значит кто-то её подогнал. Я вышла на кухню, на кухонном столике зазвенел телефон.
Я подняла трубку и хриплым осипшим голосом спросила:
- Алло, слушаю.
На том конце провода раздался такой знакомый и родной голос:
- Виктория, доброе утро, вы сделали как я вам посоветовал?
- Да, спасибо, Василий, мне легче.
- Рекомендую вам больше с нашими телеведущими и артистами не напиваться. Вы хоть помните, что в конце попробовали ерша?
- Ерша? А что это такое?
- Это коктейль из шампанского и водки, чисто русский напиток.
- О Боже, как же я это пила?
- Вы пили это легко и много.
- Да, я запомню это название, ёрш.
- Вы не хотели бы сегодня встретиться, попить кофейку, или поучаствовать в чайной церемонии в чайной "Железный Феликс"?
- Увы, я хотела бы с вами встретится, но я сегодня отъезжаю, мне надо подготовиться к поездке.
- Куда, если не секрет?
- Не секрет, в Великий Новгород, - ответила я, - У меня там должна состояться встреча с профессором Яниным. Я собираю материалы по древнерусским берестяным грамотам.
- Жаль, удачной вам поездки.
И он положил трубку.
Снова раздался звонок, я схватила трубку и сказала:
- Да, Василий.
В трубке раздался голос Гера Мюллера:
- Я смотрю, ты с ним уже встретилась.
- Отец, у нас с ним ничего не было.
- Я знаю, мне доложили. Надеюсь, ты больше не будешь экспериментировать со своим организмом?
- Отец, скажи мне, ну что он за мужчина, почему он не тронул меня, а привёз, уложил и уехал. Да ещё таблеток с водой ставил.
- Потому что Иван воспитал его настоящим мужчиной. Ладно, ты когда собираешься в Новгород?
- Сегодня, вечерним поездом.
- Тебе как в Новгороде лучше, остановиться на квартире, или в гостинице?
- Лучше на квартире, мне нужно будет два-три дня, чтобы присмотреться, посмотреть на её окружение и придумать план.
- Хорошо, свяжемся, когда будешь в Новгороде. На вокзале тебя встретит наш агент и отвезёт на квартиру.
- Отец, как мне позвонить Василию?
- Он сказал номер и положил трубку.
Я тоже положила трубку, заварила себе кофе, посмотрела на телефон и решила набрать номер, который продиктовал мне отец.
В трубке раздался голос маленькой девочки:
- Аллё, слушаю вас.
- Добрый день, девочка, как тебя зовут? - спросила я.
- Меня зовут Ксюша. А вы тётя Вика?
- Да, - сказала я, слегка опешив.
- А дядя Вася просил вам передать, если вы будете звонить, что он приедет через три дня.
- Хорошо, Ксюша, передай дяде Васе, что ты мне сообщила это.
- Передам, до свиданья.
Я задумалась, что же я такого наболтала ему, если он знал, что я буду знать его телефон. Потом вспомнила, что на записке были какие-то цифры, вернулась в спальню, взяла записку и увидела номер телефона, который мне продиктовал гер Мюллер.
"Ну Слава Богу, я ничего лишнего не сказала".
Вечером я с Ленинградского вокзала уехала в Новгород.
Утром меня встретили, отвезли на квартиру. Там я привела себя в порядок после ночного поезда, выпила кофе, и стала думать, как мне с ней встретиться, где её найти. Немножко отдохнув, я вышла на улицу, заказала такси, поехала на окраину города, где жил Василий, отец Ланы, со своей семьёй. Скамейка стояла на том же самом месте, я присела на неё и стала ждать. Вскоре увидела Василия, который возвращался с ночной смены. Я подошла к нему, окликнула его и спросила:
- Я хотела бы встретиться с вашей дочерью, Светланой, я из Университета, хотела бы с ней переговорить.
Василий посмотрел на меня и сказал,
- Давайте переговорим, я пока не знаю, где она, но я всё ей передам.
- Как вы не знаете, где она? Вы же отец? - внутри меня вспыхнуло негодование.
- Просто, - ответил он, - она же занимается туризмом и два дня назад они ушли на маршрут.
Я немного успокоилась.
- Тем не менее, как её преподаватель, я считаю, что вы должны контролировать свою дочку, всё-таки, ей немного лет и она несовершеннолетняя.
- О чём вы хотели со мной поговорить? - прервал он меня.
- Видите ли, ваша девочка достаточно способная студентка, у неё есть все предпосылки быть отличницей. Но как говорят в наших университетских кругах, она слишком свободна в своих действиях и поступках. Не могли бы вы, как отец, воздействовать на неё, направить её энергию на учёбу, на то, чтобы она была более разборчива в своих знакомствах.
Василий вздохнул, сел на скамейку, я села рядом.
- Знаете, - начал он, - где-то год, полтора назад она собиралась замуж за парня, а в итоге они расстались. Она сильно переживала по этому поводу. Что мне оставалось делать? Я только молился за неё. Она с детства поступала так, как она хотела. Сначала меня это радовало, но потом я понял, что упустил ситуацию.
- И всё-таки, поговорите с ней, я думаю, она поймёт вас, и может образумится.
Василий посмотрел на меня, и слегка улыбнувшись, спросил:
- Извините, как к вам обращаться?
- Эльза Николаевна, - ответила я.
Он застыл на месте, потом посмотрел на меня и спросил:
- Скажите, Эльза Николаевна, а вы в детстве, или в таком же возрасте как моя Светлана вели себя разумно?
- Не скажу, чтобы вела себя разумно, да, позволяла себе вольности, но родителей слушалась, и подчинялась их воле.
- Я, конечно, понимаю, что у вас там в Эстонии или в Латвии другие традиции, - начал он
Я прервала его.
- С чего вы решили, что я из Прибалтики?
- Вы похожи на одну мою знакомую, с которой я встречался много лет назад, она была из Эстонии.
- И что? Какое отношение это имеет к нашему с вами разговору? - спросила я.
Василий помолчал и сказал:
- Эльза Николаевна, давайте поступим с вами следующим образом, я со своей стороны поговорю с дочерью, когда она вернётся, ну а вы поговорите с ней у себя в Университете, выскажите свои опасения. Надеюсь, к вам она прислушается больше, чем ко мне.
Он поднялся и сказал:
- Извините, я после ночной смены, мне надо отдохнуть, а то днём ехать на другую работу. Всего доброго, - попрощался он и пошёл к дверям подъезда.
Ну что ж, я узнала, что Ланы не было в городе, вернулась на квартиру и позвонила геру Мюллеру.
- Слушаю тебя, доченька, как дела?
- Приветствую тебя, папа. Девочки нет в городе, она в походе, так сказал её отец Василий. Я представилась ему преподавателем из Университета, Эльзой Николаевной. Он почему-то сразу решил, что я из Прибалтики.
- Интересно, тут одно из двух, либо он тебя вспомнил, либо у него просто ассоциация с той Эльзой из Мурманска. Если будешь с ним встречаться ещё раз, будь с ним осторожна.
- Хорошо, отец, я поняла.
- Если видишь смысл, оставайся, дождись её. Но я бы тебе рекомендовал вернуться домой. Я думаю, что отец её поговорит с ней и может даже образумит.
- Нет, я всё-таки дождусь её, во-первых, хочу увидеть её, во-вторых, хочу вложить в её голову мысль о том, что ей надо остановиться.
- Ну что ж, тебе решать, - ответил гер Мюллер.
Я узнала, куда она уехала, сходила, выяснила, когда вернётся её группа.
До возвращения группы оставалось ещё три дня, передо мной встал выбор, либо прислушаться к рекомендациям моего отца, либо дождаться Лану. Мне очень хотелось увидеть её, прикоснуться к ней, посидеть в кафе, поговорить как мать с дочерью, но я понимала, что допустила ошибку. Точнее это не ошибка, но разговор с её отцом вынудит его сказать правду о том, что он говорил с преподавателем из Университета, а я всё сделала торопясь, не провела соответствующую подготовку. Спешу, всё спешу. А в нашем деле, спешить нельзя.
Побродив по Новгороду, я приняла решение вернуться в Москву.
Поезд уходил вечером, поэтому я решила прогуляться по Кремлю. Выходя из Кремля и проходя мимо остановки, я увидела выходящих из автобуса девушку и парня. Взглянув на девушку, я вздрогнула, почувствовав, что это Лана. Они перешли дорогу, пошли на другую остановку, я решила последовать за ними. Дальше она доехала до своего дома, он вышел раньше. Ланочка пошла домой, а я, так и не решившись с ней встретиться, поехала на вокзал. Рядом с вокзалом была небольшая французская пекарня, по крайней мере так называлась, я решила зайти в неё, и попробовать французско-русскую булочку. Пекарня была в старом доме, окна были большие, витринные. Я села у окна, заказала себе какао и круассан с шоколадом. Ко мне подсел за столик какой-то хлыщ, пытался за мной приударить. Я посмотрела на него и послала посыл, что отверну ему яйца и он быстро ушёл. Судьба сделала мне подарок, напротив пекарни была остановка, на ней остановился троллейбус и из него вышли Лана и молодой человек, который её сопровождал. Вот она возможность, подойти к ней, поговорить, но я опять не решилась, тем более что они с этим юношей о чём-то спорили. Я не стала больше мучать себя, не пошла за ними. Они, споря остановились у окна. Как я хотела, чтобы она на меня посмотрела. И она, словно услышав мой призыв, взглянула на меня, её глаза слегка расширились, но через мгновение она опять вступила в спор с молодым человеком, и они пошли.
Слёзы навернулись на мои глаза, я посидела ещё полчаса и пошла на вокзал.
Следующим утром я уже была в Москве. Меня встретили и отвезли на квартиру. Целый день я провалялась в спальне, ничего не хотелось делать. Ждала звонка. Позвонил гер Мюллер, спросил, когда я собираюсь возвращаться во Францию. Я выпросила у него ещё два дня, сказав, что хочу побыть одна в Москве, сходить в Ленинку, поковыряться в архивах. Гер Мюллер в очередной раз порекомендовал мне не рисковать, не нарушать привычный образ жизни Василия Старшего.

Продолжение, Часть Пятнадцатая
http://proza.ru/2025/12/12/2203