Подари мне сына, похожего на тебя. Глава XVI

Глава XV http://proza.ru/2026/01/04/26

XVI

Никита ещё больше изумился, увидев, что это Лаура. Она стояла, полностью закутавшись в красный плед, как в плащ, лишь ее курчавая голова виднелась.

- Что ты тут делаешь? Вышла покурить?
- Я не курю.
- Совсем?
- Совсем.
- А что мерзнешь стоишь?
- А ты что мерзнешь? Да еще и в одной рубашке.
- Я не мерзну. Я охлаждаюсь.

Лаура понимающе кивнула головой и чуть улыбнулась. Никита слегка пошатнулся и взялся за раскаленный пульсирующий лоб.

- Тебе не хорошо? - подошла ближе Лаура и внимательно вгляделась в его лицо.
- Нет, нормально. Перебрал немного… А ты чего? Не со всеми, не веселишься?
- Я веселюсь. Вышла подышать, а тут красота такая, - и она кивнула на вид за стеклом террасы. - Словно звёздное небо обрушилось на город.
- Точно, красота...

Никита обернулся, но не рассчитал своих возможностей и пошатнулся. Лауре пришлось подхватить его, чтоб не свалился. Более стройная и хрупкая девушка скорее всего не удержалась бы и сама в такой ситуации да на шпильках, но пышная приземистая Лаура выстояла, уткнувшись лицом в его грудь, а каблуками в каменистый пол террасы.

- Тише, тише. Тебе лучше присесть.

Никита навалился на нее и обхватил руками за плечи. Лаура сначала думала, что ему на самом деле так нужна опора, но быстро смекнула, что он уже вполне в состоянии стоять самостоятельно, и просто бесстыдно пользуется моментом. Она попыталась выпутаться из его объятий:

- Кажется, ты уже снова пришел в себя.

Но Никита, совершенно уверенно стоя на ногах, продолжал дурачиться и держаться за ее объемные плечи:

- Тебе только кажется. У меня земля уходит из-под ног. Видишь, мне нужна срочная неотложная поддержка. Во всех смыслах.

Лаура едва сдерживала улыбку и желание продлить момент, но все-таки пыталась избавиться от его внезапных объятий, не позволяя так запросто трогать себя этому ловеласу, который возомнил, что ему всё и со всеми позволено.

- Тебе просто нужно срочно и неотложно домой.
- Нужно. Ты вызовешь мне такси?
- Конечно. Может, позвать Артёма Валерьевича?
- Нет. Не надо никакого Артёма. Не хочу его отвлекать.
- Ты сам доедешь?
- Нет. Ты довезешь меня домой?
- Вот ещё!
- Почему это?
- Ты не нуждаешься в сопровождении.
- Откуда ты знаешь, в чём я нуждаюсь? Видишь, я совсем плох. Мне нужен поводырь.

Лаура усмехнулась:
- Собака-поводырь?
- Нет… никаких собак, - отмахнулся он рукой. - Мне нужна девушка-поводырь.
- Девушка-поводырь? Это та, которая даёт повод?

Никита расхохотался.

- Остроумно! Ты мне нравишься.
- Завтра ты забудешь о моем существовании.
- Так ты поможешь мне? Или тебя кто-то ждет?
- Говори адрес, вызову такси.
- Обещаешь довезти меня? А потом я отпущу тебя, синяя птица, - Никита ещё раз окинул взглядом ее нарядное темно-синее платье, слегка пушистое и в мерцающих пайетках.
- Ладно. Только выйдем не вместе.
- Боишься сплетен коллег, что сплелась с начальством? - рассмеялся Никита.
- Вроде того. Не хочу чтоб судачили. Тем более о том, чего не было.
- Кажется, я уже начинаю замерзать.
- Ещё бы. Простынешь. Иди одевайся. Я буду ждать внизу 10 минут, если ты не появишься, я уеду сама.
- Куда же я денусь?
- Мало ли, вдруг по пути найдешь себе новое приключение.

Никита лишь хмыкнул и провел руками по лицу, словно пытаясь умыться от хмеля.

Лаура стояла кутаясь в шубку под освещенным навесом и поглядывала на часы. Прошло десять минут. Он так и не появился. Да и так всё было ей понятно. Где-то уже охмуряет другую дурочку. А про неё и думать забыл. Она собралась воспользоваться ожидающей машиной и уехать домой.

Но вдруг кто-то подкрался сзади и закрыл ей глаза горячими руками.

- Угадай, кто?

Лаура стала ощупывать его руки на своем лице. Хоть потрогать его немного. Когда ещё представится такая возможность? Кто бы мог представить, что вечер так закончится? В таком обществе. Ещё полчаса вместе, пока она сопроводит его до дома, а потом к себе — вспоминать до утра его руки, случайные объятья, запах его кожи, улыбку и блеск синих глаз. Хорошо бы только до утра. А потом выкинуть всё это из головы, закрыть доступ к этим файлам, запаролить и забыть пароль навсегда. Чтоб не увлечься, не попасть в эти сети, не сгореть мучительно в этих сапфировых пронзительных лучах, в ультрафиолете его сияния.

- Просто невозможно догадаться, - ухмыльнулась она.

Никита под руку довел ее до машины, открыл ей дверь в такси. Лауре только приходилось удивляться проявленной галантности, несмотря на его неуверенную походку. Пока они ехали по сказочным заснеженным московским проспектам и улицам, Никита рассказывал ей про свои путешествия, активно жестикулировал, заливисто смеялся, и его рука несколько раз как бы невзначай оказывалась на ее бедре. Но Лаура ровно столько же раз скидывала его руку, хотя чем дальше, тем труднее ей это удавалось. Затем он просто на очередном повороте уткнулся в ее волосы и беззастенчиво стал трогать и нюхать ее кудряшки.

- Никита, что ты делаешь?
- Нюхаю твои волосы.
- Ты пьян.
- Нет. Просто ты вкусно пахнешь.
- Я согласилась только довезти тебя.
- Я думал, это входит в программу сопровождения.
- Ну и нахал же ты!
- Но тебе же нравится!

Лаура снова скинула его руку со своего бедра.

- Всё, мы приехали, выходи.
- Так это… как же я до квартиры дойду? Я в таком состоянии сам никуда не дойду...
- Не прикидывайся. Ты прекрасно сам справишься.
- Нет, так не пойдет. Вот я упаду, замерзну где-то в сугробе — и ты будешь в этом виновата. Ты же моя девушка-поводырь…
- Молодые люди, выходите или здесь отмечать остаетесь? - подал голос водитель, но не раздраженно, а с ухмылкой.
- Выходим, выходим, - Никита открыл дверь со стороны Лауры и стал выталкивать ее перед собой.
- Никита, только до квартиры. И ты вызовешь мне такси.
- Клянусь своей ёлкой.
- Ну и болтун же ты… - пробурчала Лаура, а таксист тихонько рассмеялся, наблюдая очередную новогоднюю парочку навеселе.

Лаура только и успевала крутить головой и рассматривать богатую и стильную обстановку холлов и коридоров небоскреба, в котором жил Никита. Консьерж проводил их внимательным оценивающим взглядом исподлобья и лишь покачал головой. Никита салютовал ему и крикнул:

- С Новым Годом!
- С Новым Годом, Никита Константинович! - ответил громко консьерж, а под нос тихонько добавил: - И с новой бабой.

Пока они поднимались на лифте, Лаура справедливо заметила:
- Мне кажется, мы сюда на такси быстрее доехали.

Никита лишь усмехнулся.

- На каком этаже ты живешь?
- На самом последнем. На сорок девятом.
- Ого. Высоко ты забрался.

Никита пожал плечами. У него страшно кружилась голова и хотелось скорее прилечь. Лаура поддерживая довела его до квартиры и собралась уже уходить, когда убедилась, что он открыл дверь и проведет ночь дома. Остальное ее не должно волновать: он взрослый человек, а она ему не нянька и не девушка-поводырь. Но Никита крепко схватил ее за руку.

- Всё, я довела тебя. Отпусти.
- Нет, погоди. Зайди уж ко мне на минутку, раз проделала такой путь.
- Э, нет. Никита, ты выпил изрядно. Тебе надо сейчас лечь и просто выспаться.
- Да ладно тебе, давай, на минутку. У меня даже ёлка есть. Я угощу тебя… что ты хочешь? Кофе, чай? Могу шампанское открыть…
- Никита, отпусти. Иди спать. Я поеду домой.

Никита взглянул на нее очень внимательно и вполне трезво, с легкой улыбкой во взгляде:

- Ты что, боишься меня?
- Нет, - ответила с такой же полуулыбкой Лаура, но подумала: «Я себя боюсь».
- Обещаю вести себя прилично. Просто выпей кофе со мной. Потом я вызову тебе такси, и ты больше не будешь девушкой-поводырем. К утру волшебство закончится и девушка-поводырь вновь превратится просто в девушку.

Лаура рассмеялась и подкатила глаза:
- Ладно, выпью с тобой кофе.

Никита проводил ее, помог снять шубку. Пока он загружал кофемашину, Лаура рассматривала его гостиную. Никита вышел с чашками, источающими бодрящий крепкий аромат, и заметил ее интерес:

- Нравится?
- Да, красиво очень. Сам дизайн делал?
- Да ну, что ты. Куда уж мне. Но я, конечно, выбирал материалы и планировку на свой вкус.
- Уютно. Несмотря на масштабы и современность.
- Спасибо. Пойдем на веранду. Там не холодно.

Лаура вскинула брови, выйдя на веранду. Огромные стекла во всю высоту, а за ними Москва как на ладони. Ночь была ясная, морозная, и даже с этой высоты хорошо просматривался нарядный праздничный город со всеми золотыми артериями проспектов, улиц, площадей, с подсвеченными высотками, университетами, храмами, особняками, парками, мостами и набережными Москвы-реки.

Тем временем Никита поднял с пола и поставил на стол красивый громоздкий подсвечник из полупрозрачного толстого стекла в винтажном стиле, повязанный шелковой серебристой лентой, с латунным колокольчиком и заснеженной шишечкой. В подсвечнике торчал живописный огарок некогда большой серебристо-голубой свечи. Она выгорела практически до дна, лишь вокруг ещё оставалась неравномерно оплывшая плотная фольга, сдерживающая тонкую прослойку воска. Никита зажег остатки былой роскоши. Веранда осветилась приглушенным тёплым покачивающимся светом.

- Да будет свет… - поправил он накренившийся фитиль. - И музыка! - Никита голосом скомандовал колонке проснуться и поставить что-то снежное. Заиграла красивая и бодрая музыка.

Лаура украдкой, поверх чашки и пара от горячего напитка, наблюдала за его движениями. Трудно было оторвать взгляд от этой фигуры, от этих ловких, грациозных и мужественных рук, от этой шеи, полуприкрытой слегка расстегнутым воротником белоснежной рубашки. Никита закончил со свечой, взял свой кофе и неспешно направился в сторону Лауры, вполголоса подпевая мелодичной песне:

- With scarves of red tied 'round their throats...to keep their little heads from fallin' in the snow...[1]

«Бог мой, он ещё и поет красиво… я пропала...»

- Как здесь здорово, - кивнула она в сторону окон, стараясь больше не смотреть на него.
- Да, мне тоже нравится. Оставайся.
- Прекращай.
- Я серьезно, - Никита подошел ещё ближе.

Лаура смутилась и решила вернуться к теме окружающего пространства:
- Одна эта веранда, как половина моей квартиры.

Никита расхохотался.

- Что? - удивилась Лаура. - Серьезно.
- Да не, это я так. О своем, о наболевшем.

Она продолжила любоваться панорамой и потягивать приятно горячий кофе, стараясь не замечать его близости и намеков. Лаура поставила себе цель выдержать и не поддаться его гипнотическому очарованию. Даша же смогла как-то. Устоять, не соблазниться и не стать дежурной проходной интрижкой в его бесконечном списке, очередной его легкой добычей, которым он счет потерял. Лучше так, иначе она потеряет голову. Потом будет ещё больнее отпустить его. «Надо скорее допивать кофе и сматываться отсюда».

Никита вдруг схватился за лоб и протяжно застонал: либо вспомнил что-то, либо у него что-то вдруг заболело.

- Ты чего? - Лаура вздрогнула и приготовилась держать Никиту, если вдруг он начнет падать.
- Эх, кажется, я забыл свой подарок. Теперь не узнаю, что там Ева придумала и что досталось мне.
- О Боже! Я испугалась, что тебе плохо стало!

Никита рассмеялся тихонько её реакции.

- Не переживай, я забрала.
- Правда?
- Да, он уже под твоей ёлкой.
- Вот спасибо. Позаботилась обо мне, - прожигал он её своим немигающим, но немного блуждающим взглядом.

Лаура отвела глаза:
- Если ты сам о себе был не в состоянии, кто-то же должен.

Они оба умолкли, допивая кофе и любуясь красотой новогодней ночи с высоты птичьего полета. Лишь только музыка заполняла возникшую паузу: «I was following the pack all swallowed in their coats...» [1]

- Потанцуешь со мной?
- Никита, ты меня только на кофе приглашал…
- А теперь приглашаю на танец.
- Нет, мне пора уже.
- Только один танец.
- Вот я так и знала…
- Что?
- Да ничего.

Никита уткнулся в ее шевелюру и снова стал нюхать ее вьющиеся волосы цвета капучино с отдельными прядями-пружинками оттенка золотистого латте.

- Вот что ты делаешь? - Лаура попыталась вывернуться. - Ты же обещал не приставать.
- Я и не пристаю. Просто пытаюсь угадать твой запах.
- Зачем?
- Это игра такая. Спорим, я угадаю твои духи?
- Не угадаешь.
- На что спорим?
- Ты так хорошо разбираешься в женских духах?
- Это проще, чем ты думаешь. Девушки в основном одними и теми же популярными брендами пользуются, - поймал он между пальцев и растянул упругую светлую прядь.

Лаура ухмыльнулась:
- Попробуй.
- Что ты хочешь, если я не угадаю?
- То, что я хочу, ты не сможешь мне дать.

Никита рассмеялся:
- Да ладно! Всё, что угодно. Только Луну с неба не загадывай. Этого я точно не достану.
- Ты проигрывал в эту игру?
- Практически никогда. Поэтому — называй всё, что твоей душе угодно, - расплылся он в хитрой лисьей улыбке.

Лаура задумалась на пару секунд. Всякое можно было бы пожелать у него, но она не осмелилась озвучить и половины того, что ей хотелось.

- Подаришь мне то, что тебе самому очень дорого.

Никита смеясь уткнулся в ее обнаженное мягкое плечо. Лаура уже не могла больше отталкивать его.

- Знать бы самому, что это.
- Что-то же тебе дорого.
- Могу тебе отписать эту веранду.

Теперь хохотала Лаура.

- Вот прямо с этим шезлонгом, столиком и свечой, - провел он рукой, описывая свои владения.

- Не пойдет — свечи-то уже почти не осталось.
- Ах, да! Это проблема. Без свечи это всё хлам…
- Ты лучше скажи, что потребуешь, если угадаешь?
- Я буду скромным и приличным — подаришь мне только поцелуй. И всё. И я отпущу тебя на все четыре стороны, синяя птица.
- Ладно, идёт.

Никита приобнял ее за пышные обнаженные плечи, в которые врезались тонкие бретельки от платья, прикрыл глаза и принюхался. От неё пахло чем-то очень изысканно терпко-сладковатым, древесно-цветочным, с тонкой цитрусовой кислинкой и благородством ладана, словно она только что из распаренных дождем джунглей вышла, не хватало только леопардовой шкуры, накинутой поверх, и золота амазонок.

- Это Шалимар. [2]
- Нет, - Лаура расплылась в широкой белоснежной улыбке.
- Не может быть. Я был уверен, что именно Шалимар.
- Я покажу тебе флакон, если не веришь.
- Верю на слово. Ладно, ещё попытка.

Никита снова приблизился и как бы невзначай коснулся ее смуглой щеки своим острым лисьим носом. Его глаза были снова закрыты, и она воспользовалась моментом, чтоб рассмотреть его лицо вблизи. Теперь уже у нее земля постепенно поплыла из-под ног. Так близко нельзя было его подпускать.

- Mon Guerlain? [2]
- Не-е-ет, - смеялась Лаура.
- Да что же это такое? У меня последняя попытка.

Теперь Лаура хитро смотрела на Никиту и подначивала его:
- Не угадаешь. И придется расстаться с чем-то очень-очень дорогим.
- Сейчас, погоди… Это… Знаю — «For Her», как его там… от Нарцисо Родригез. [2]

Лаура залилась смехом и запрокинула голову назад, и пара непослушных прядей выскочили из прически и пружинисто упали на плечи. А Никита любовался этой необычной экзотической девушкой, случайно попавшей в поле его внимания и притяжения, яркой синей птицей, уже запутавшейся в его ловчих сетях.

- Ты проиграл!
- Да быть такого не может! Признавайся, что это за духи?
- Как же так? Это же «Gold», Coach.

Никита шлепнул себя по лбу.

- Я же думал про них тоже! Но на тебе они как-то совсем иначе раскрываются. И это не самый трендовый аромат, хотя очень крутой. И тебе идут.

Он снова нагнулся к ее волосам, чтоб принюхаться, но в этот момент низ свечи окончательно расплавилось, фитиль провалился на дно подсвечника и потух. Никита и Лаура вместе обернулись на погасший источник света. Но к изумлению обоих, спустя мгновение, огонек снова вспыхнул. Сначала очень неуверенно, едва заметно, но затем разгорелся с новой силой. Казалось, это была какая-то заключительная агония пламени, и оно вот-вот снова потухнет. Но на удивление, подсвечник изнутри светился ярким и ровным огоньком.

- Нет, ты тоже это видел?! Мне же не одной показалось?
- Да. Потух и снова загорелся.
- Как такое возможно?
- Чудеса, - усмехнулся Никита.

Но Лауре стало интересно, что там может так гореть. Она подошла и заглянула в подсвечник.

- Ты посмотри только. Фитиль так удачно упал, что снова горит, как ни в чем не бывало! Правда, чудеса...

Лаура и не заметила, как Никита очутился сзади и совсем близко, вплотную к ней. Он молча положил ей руки на плечи и стал нежно стягивать тонкие бретельки ее платья. Лаура резко развернулась и оказалась нос к носу с ним.

- Никита, не надо, - она уверенно взяла его за руки, отняла их от своих плеч и вернула бретельки на место.

Но он не сдавался. Крепко обняв, Никита попытался поцеловать её. Но Лаура отстранилась:
- Ты вообще-то проиграл поцелуй. Тебе не полагается.

Никита взглянул на нее вдруг серьезно, без усмешек:
- Я что, настолько противен тебе?
- Вовсе нет. Просто ты сам не знаешь, что делаешь.
- Я не настолько пьян, чтоб не соображать, что делаю.
- Завтра мы оба будем жалеть об этом.
- Я точно не буду ни о чем жалеть.
- Кто бы сомневался...
- Только один поцелуй. И если совсем нет, то отпущу тебя. Обещаю.

У Лауры перехватило дыхание. Она и хотела бы возразить, но на мгновение совсем потеряла способность сопротивляться под влиянием его взгляда. Никита воспользовался её замешательством и поцеловал. У неё не осталось шансов.


---------
Сноски:
[1] Строки из песни «White winter hymnal» группы Fleet Foxes.
[2] «Shalimar» от Guerlain, «Mon» от Guerlain, «For Her» от Narciso Rodriguez – наименование популярных женских духов.


Продолжение следует...