Медиация - между правом и диалогом

В последние годы в России медиация из экзотического термина превратилась в реальный инструмент. А недавно произошло событие, которое многие коллеги встретили с воодушевлением: профессия «медиатор» наконец-то внесена в государственный классификатор (ОКПДТР).

Теперь мы существуем как формально - в системе учёта под кодом 202023, так и для общества — обретя новый, юридически признанный статус.

Однако является ли присвоение кода лишь техническим актом? Для меня это стало поводом задуматься о гораздо более глубоком и тревожном вопросе: что на самом деле означает это «признание» и не таит ли оно в себе риска утратить в глазах общественности суть того, чем мы занимаемся? Продолжим начатый ранее разговор — «Код 202023. Что будет с медиацией?» (http://proza.ru/2026/01/12/1798).

Медиаторов нередко спрашивают: «Вы ведь помогаете людям решать споры — значит, вы юристы?» Этот вопрос закономерен и глубоко симптоматичен. В сознании многих людей медиация и ранее ассоциировалась с юридической сферой, а теперь - после того, как в Общероссийском классификаторе занятий (ОКЗ) медиаторам присвоили код 2619 — «Специалисты в области права, не входящие в другие группы» - для этого появился ещё один серьезный повод.

Почему такое отождествление ошибочно и чем это чревато для миссии медиаторов. Начнем с вопроса – «Откуда берётся путаница?»

Причин несколько, и они системны:

1. Формальная классификация. Код 2619 в ОКЗ невольно наводит на мысль: «Раз вы в группе “специалистов в области права” — значит, вы юристы». Но классификатор отражает лишь сферу применения (правовые отношения), а не суть деятельности.

2. Контекстуальная близость. Медиация часто касается споров, вытекающих из правовых отношений (семейных, трудовых, коммерческих), поэтому её воспринимают как «юридическую услугу».

3. Недостаток информированности. Медиатор принципиально не даёт юридических консультаций и не защищает интересы сторон. Это прямое требование Закона.

Так в чём отличительная от юристов суть деятельности медиаторов? Позвольте провести чёткую грань через призму закона и практики.

1. Цель и роль.

- Юрист (адвокат, консультант) — защищает интересы клиента. Его задача — правовая оценка, подготовка документов, представление позиции в суде. Он активный защитник одной из сторон.

- Медиатор — нейтральный посредник. Его задача, согласно Федеральному закону от 27.07.2010 №193-ФЗ, — не «выиграть дело», а создать условия для диалога и помочь сторонам самим найти решение. Он не принимает решений за них. Статья 15 ФЗ-193 прямо запрещает медиатору оказывать сторонам юридическую помощь.
Наша роль — фасилитация, а не представительство.

2. Правовая основа.

- Деятельность юристов регулируется профильными законами (об адвокатуре, о нотариате), процессуальными кодексами (ГПК, АПК).

- Медиация имеет собственный правовой фундамент — ФЗ-193 «Об альтернативной процедуре урегулирования споров…». Это отдельный, самостоятельный метод, а не придаток юриспруденции.

Почему путаница опасна? Практические риски:

1. Ложные ожидания сторон. Клиент, приходя с ожиданием получить юридический прогноз или оценку шансов в суде, обречён на разочарование. Он может счесть процедуру бесполезной, так и не воспользовавшись её настоящей силой — созданием условий для конструктивного диалога сторон.

2. Этические и правовые нарушения. Медиатор, начинающий давать правовые советы, грубо нарушает закон (ст.15 ФЗ-193) и мгновенно теряет нейтральность — краеугольный камень нашей профессии.

3. Подрыв доверия к методу. Когда стороны понимают, что «это не то, что они искали», они формируют негативное мнение о медиации в целом.

4. Профессиональная дезориентация. Коллеги-медиаторы (особенно без базового юридического образования) могут испытывать давление стереотипа, чувствуя себя «недостаточными» профессионалами.

Что мы - медиаторы - можем сделать для прояснения ситуации? Наша сила в стратегия ясности. Вот принципы, которые, на мой взгляд, мы должны неукоснительно соблюдать:

1. Честность с первого контакта. В соглашении о проведении процедуры и на предварительной встрече мы ясно фиксируем: «Я — медиатор, а не юрист. Я не даю правовых советов. Моя задача — помочь вам договориться». Если будет необходимость и добровольное согласие сторон, то после завершения медиативных сессий мы можем помочь придать соглашению сторон правовой статус через его нотариальное заверение.
 
2. Чёткие границы компетенции. Если вопрос требует юридической экспертизы, то мы прямо рекомендуем сторонам обратиться к специалисту. В некоторых случаях, с согласия сторон, возможно приглашение юриста на сессию как эксперта — но не как участника.

3. Акцент на нашей уникальной ценности. Мы не «частичные юристы». Мы — специалисты по диалогу, по управлению коммуникацией, по поиску решений в плоскости интересов, а не только прав. Наше базовое или дополнительное образование в области психологии, философии и конфликтологии — не недостаток, а  зачастую ключевое преимущество.

4. Просвещение как миссия. В разговорах с клиентами, коллегами, в публичном поле важно объяснять: медиация — не «упрощённый суд», а самостоятельный метод, основанный на психологии, этике и искусстве коммуникации. Мы не защитники одной из сторон – мы архитекторы моста между ними, создатели условий для принятия сторонами самостоятельных взаимовыгодных решений.

Философское послесловие.

Юридическая система оперирует категориями «прав/неправ», «виновен/невиновен». Медиация же работает с человеческими переживаниями, подлинными интересами, ценностями и, самое важное, - с будущим. Мы чаще говорим не о том, «кто прав», а о том, «КАК жить дальше». Мы строим не бастионы правоты, а мосты в будущее.

Когда меня спрашивают: «А вы точно не юрист?», я отвечаю: «Нет, я медиатор. Юрист поможет вам прояснить положения законов, доказать свою правоту. Я же помогу вам найти общий язык там, где вы не можете сделать это самостоятельно».

Настоящей «территорией» медиации как было, так и остается - пространство МЕЖДУ сторонами, та самая территория, где рождается взаимопонимание.

Наш профессиональный фокус взгляда на проблемы – человекоцентричность.
 
Повторюсь ещё раз - мы строители мостов для взаимопонимания. И это — достойная, уникальная не только профессия, но и миссия в постоянно усложняющихся условиях жизни людей.