Два направления русской классики

1. Единство и борьба русских классиков

Толстой записал в своем дневнике и объяснял своим знакомым:: «Чехов — это Пушкин в прозе. Он, как Пушкин, двинул вперед форму. И это большая заслуга. Содержания же, как у Пушкина, нет».  Толстой считал, что Чехов и Пушкин  не передают никакого смысла,   не позволяют  сделать никаких выводов.

Но Чехов считал,  что так и надо писать художественные произведения.  Он писал Суворину (30 мая 1888 года).
—----------------------
"Пишущим людям, особливо художникам, пора уже сознаться, что на этом свете ничего не разберешь, как когда-то сознался Сократ и как сознавался Вольтер. …
Вы смешиваете два понятия: решение вопроса и правильная постановка вопроса. Только второе обязательно для художника.. …Суд обязан ставить правильно вопросы, а решают пусть присяжные, каждый на свой вкус. "
—-----------------------------

Толстой не видел смысла в Чехове и Пушкине потому, что он  принадлежал к другому направлению литературы.

Эти два противоположных направления в русской литературе заметил еще Н. Бердяев. Он писал:
----------------
Весь русский XIX век, величайший по творческому подъему век русской истории, был веком нарастающей революции. Раскол, раздвоение этого века довели русское творчество до величайшего напряжения. Русская литература этого века не была ренессансной по своему духу. Лишь в Пушкине были проблески ренессанса. То был золотой век русской поэзии.
…  Начиная с Гоголя русская литература становится учительной, она ищет правды и учит осуществлению правды.
Психологически Гоголь, Л. Толстой, Достоевский во многом сходятся с Белинским, Бакуниным, Чернышевским, Писаревым…
Только Пушкин ставил проблему свободы творчества, независимости творчества поэта от «черни», под которой он понимал, конечно, не народ, а окружавшее его дворянское, чиновничье, придворное общество.
-----------------------------
(Бердяев, Николай. Николай Бердяев. Все произведения в одной книге.(p. 420). Strelbytskyy Multimedia Publishing. Kindle Edition. )

Толстой и Достоевский возглавляли  "дидактическое" ("учительное" в терминологии Бердяева) направление, поучали читателей  на основании их собственных представлений о правильном обществе или о высокой правде. Они ожидали веры и подчинения, не приветствовали вопросов, особенно вопросов с подковыркой.

 Как справедливо заметил Бердяев, все русские критики тоже традиционно принадлежат  к этому направлению. В этом проявлялась тоталитарная тенденция русской литературы.

 А Чехов принадлежал к противоположному направлению, которое Бердяев связывает с Пушкиным. Писатели этого направления  заботились о свободе не только поэта, но и каждого человека жить по-своему, "независимо от черни".  Они не навязывали ответов, а ставили вопросы  и оставляли каждому читателю (как члену жюри) найти свои ответы. Эти-то вопросы и были неудобны дидактикам. Это направление было по существу анти-тоталитарным.

Это второе направление можно назвать экзистенциальным,  поскольку эти писатели  поднимали вопросы аутентичности личности, смысла жизни, индивидуальной свободы, индивидуального сопротивления абсурду действительности, конфликта личности и толпы.  Пушкин был основоположником этого направления со своим романом "Евгений Онегин".

Между этими направлениями существовало что-то вроде борьбы, но эта борьба была односторонняя:  дидактические  писатели и  критики "обезвреживали" произведения экзистенциальных писателей, дописывая свои  выводы за авторов и,  при этом, затушевывали  неудобные вопросы.

Можно даже говорить о насилии дидактиков над экзистенциалистами. Наиболее яркий пример такого насилия  - это  Пушкинская речь  Достоевского, где он навязал  свой, почвеннический, смысл  роману  "Евгений Онегин".  Достоевский назначил Татьяну национальной героиней. Он объяснил это тем, что  она предложила себя в жены Онегину, которого она не знала, а затем вышла замуж за другого и пообещала быть верной ему. Онегина он объявил "моральным эмбрионом", потому что тот не оценил Татьяну. Слова  Достоевского  "Смирись, гордый человек, и потрудись на родной ниве"  звучат как требование наказания   за независимость не только  Онегину, но и Пушкину, который не осудил своего героя. .

На сколько мне известно, официальное литературоведение до сих пор принимает высказывания Достоевского о Пушкине как абсолютную истину.  "Евгений Онегин" Пушкина оказался погребенным под этой интерпретацией.  С тех пор критики навязывают поучительный смысл каждому произведению Пушкина.

Чехову тоже не повезло: его объявили бытописателем. Считается, что у него не надо видеть никакого смысла вообще: он правдиво показывает, как люди чай пьют.  Бердяев не смог противостоять критикам, и не заметил пушкинской природы творчества Чехова.   

Этот текст служит началом большого проекта, где я собираюсь показать, что зрелый Пушкин, Чехов а также некоторые произведения Гоголя и Тютчева принадлежат к экзистенциальному направлению.

     Голос каждого русского классика  очень важен и ценен по-своему. Я хочу здесь сделать доступными голоса художников экзистенциального направления, которое традиционно подавлялось навязанной дидактикой.