Книга на кровати

     Книжный шкаф стоит открытым. Точнее, у одного из книжных шкафов открыта дверца. К чему это уточнение?
     Душно, обещают грозу. Смешно: метеоролог обещает грозу, вроде, как он Зевс. Надоедливая мушка мельтешит перед глазами. Села на голое плечо. Неприятно щекотно. Шлепок ладони. Нужно собираться. Звучит как нечто грустное, но на самом деле встреча приятно ожидаемая.
     Сирены сегодня не выли. Может, испугались грозового грома? Пусть каждый день льёт. До потопа. Возможно, тогда получится увидеть Арарат? Увидеть Арарат и захлебнуться. В коньяке.
     Книжный шкаф открыт не просто так. Беру книгу, написанную каллиграфическим почерком, бросаю на незастеленную кровать, после встречи почитаю.
     Мушка проползла по спине. Её привлекает запах с утра немытого тела. В душ! Пусть ко мне подлетают и щекочут бабочки! На улице громыхнуло. Пошёл дождь. Сверкнуло, и дождь перетёк в ливень.
     Под горячими струями ещё более душно. Перед запотевшим зеркалом решаю побриться. Щетине три дня отроду и она выглядит небрежностью. Если бы она была недельной, можно было бы соврать, что решил отпустить бороду. Запотевшее зеркало не мешает. Могу бриться вслепую. Огрехи в виде седых клочковатых кустиков всегда можно оправдать спешкой. «Простите за небрежность.»
     Вытираясь, широко раскидываю руки. Какая маленькая душевая кабина была в последней гостинице! Но я бы с удовольствием променял бы эту малюсенькую кабину на шикарные ванные в Париже, Будапеште, Каннах, Риме. Нет, пожалуй, Рим я сохраню нетронутым. Уютная гостиница на узкой улочке с лимонным двориком.
     После ванной иду на кухню. На столе лежит нетронутая гора чебуреков. Все домочадцы спят. Дома всё хорошо.
     Интересно, кто-нибудь из осуждённых на казнь просил на последний завтрак, обед, ужин чебуреки? Зачем будущему повешенному последняя еда, последняя сигарета, последняя молитва, но никогда – последняя прогулка? Вообще, зачем перспективно казнимому – человеческое отношение? Судя по всему, он сам не особо утруждался гуманизмом.
     Выхожу на улицу. После дождя положено быть свежо. Но от асфальта поднимается пар. Душно. Лужи. На скамейке два бомжа источают смрад. Как не стараюсь, ноги быстро становятся влажными. Мокрыми.
     «Разрешите? Вот заявление. Спасибо.»
     Я уволился. Иду читать книгу.