Полемика, полемика...Петр Золин написал рецензию на мою статью «Кадровая политика власти в СССР 1939-1953» после того, как мы с ним продискутировали по поводу его работы. А вернее, на общие темы. Вот такая была рецензия: Вот и все «аргументы». Подумал и решил, что Петр Золин, вероятно, хотел сказать, что западные лидеры при «работе с кадрами» действовали примерно так же, как Сталин, то есть подбирали чиновников высшего ранга по принципу личной преданности, готовых беспрекословно исполнить любое указание, даже идущее вразрез с законом, и любой конфликт, любое неподчинение приводило к тому, что «непослушный» стирался в «лагерную пыль». Если же кто-то думает по-другому, считает Петр Золин, следовательно, у него «западные предвзятости почти на каждом шагу». При этом, что также интересно, я не сравнивал Сталина с западными политиками, и кадровую политику не сравнивал, просто описывал особенности советской кадровой политики в сталинскую эпоху. Спорить с Петром Золиным бесполезно, - только время терять. Понял это по предшествующей дискуссии. Такое впечатление, что Петр Золин не понимает слов оппонента. И в любом случае будет настаивать на своей правоте. Интересно окончание рецензии Петра Золина: «Вероятно, на сайт пришел еще один "либеральный демократ", с трудом сам-то осознающий это» Непонятно, то ли хотят сказать, что я последователь Жириновского, то ли сторонник безбрежного, неконтролироуемого частного предпринимательства. Вот эта заключительная фраза Петра Золина меня и заинтересовала... __________________ А на самом деле, кто я? Политикой интересуюсь, но не слишком, причем критикую деятелей всего политического спектра. У меня ко всем есть вопросы, особенно к «правым» и «националистам – фундаменталистам». Вообще больше склоняюсь к политической модели, которую можно назвать «социализм с человеческим лицом». Хотя и понимаю, что подобная конструкция мало где эффективно заработает. В России тоже вред ли сможет работать эффективно. Но я не окунаюсь в политику - интересуюсь историей. Считаю, что историческое знание должно быть максимально деполитизировано, что история, переписанная на потребу актуальным проблемам политической жизни, не имеет права на существование как наука. Это ангажированная публицистика, к ней и надо соответствующим образом относиться. Вообще политические, расовые, национальные, религиозные предубеждения историка (и профессионала, и любителя) вредят подлинному историческому знанию. Ну а как же личность исследователя, его симпатии-антипатии? Они не должны мешать, во всяком случае, препятствовать прояснению подлинной исторической картины возможно меньше. Возможно меньше сиюминутные страсти должны влиять на процесс исторического познания. Достижения историографии – да, влияют и влиять должны, этим история и современна, именно поэтому и говорится, что каждое поколение пишет свою историю. Но не на потребу политической конъюктуре! Человек, каждый человек, имеет в душе некий стержень, в нем заложено самой природой стремление к нравствственному закону, обладающему объективной и всеобщей значимостью. Максимы, то есть субъективные правила, которые предъявляет к себе человек, должны стремиться к этим принципам всеобщего законодательства. Итак, кантовское звездное небо над головой и моральный закон во мне, то есть в просторечии, – совесть человека и есть та опора, которая позволяет историку следовать принципам исторической науки. История – наука гуманитарная по определению, поэтому подобный взгляд на позицию историка вполне правомерен. © Copyright: Игорь Абросимов, 2009.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
