Почему Онегин не понятТри причины Роман использует "двойную кодировку". Большинство строф написано так, чтобы иметь разные, иногда прямо противоположные, значения для разных групп читателей. Причем Пушкин специально сделал так, чтобы глубокий смысл требовал наблюдательности и критического мышления от читателей (это только для своих). Роман - как бутылка с запиской. Большинство любуется бутылкой, не замечая записки. Скорее всего, Пушкин не рассчитывал, что когда-нибудь глубокий смысл романа будет доступен всем. Наверное, были и до меня неглупые люди, которые могли бы докопаться и расшифровать записку. Но они не докопались из-за содержания записки. Пушкинский экзистенциализм - это не то, чего критики от него ожидали. И тут уже главное - догматизм. Сейчас принимается, в основном, патриотическая версия Достоевского. Попытка подорвать ее может рассматриваться в России как государственное преступление. Мне можно, я тут пишу на Прозе, здесь вообще всякую ерунду можно писать. А для человека, занимающегося наукой или преподаванием, это было бы смертельно. Нельзя оспаривать выдающиеся национальные качества Татьяны, нельзя оспаривать реализм романа. Поэтому мне так повезло, что я смогла открыть новое содержание романа, которое поддерживается текстом, смогла обнаружить, что существующая интерпретация противоречит тексту романа. Я свободна. А профессиональные литературоведы - нет. Поскольку моя интерпретация никогда не будет принята, у других будет шанс открыть все заново. По существу, в школе преподается суррогат романа, потому что суррогат можно использовать для приличных поучений (какими бы глупыми они ни были), а роман нельзя. Кто виноват? Пушкин. Он написал роман не для каждого. По крайней мере, я делаю все от меня зависящее, чтобы сделать мои открытия общедоступными. Проблема еще в том, что нет никакого способа уложить роман в привычные рамки. Очевидная версия романа (где берется самое поверхностное содержание) также рассчитана на то, чтобы возмущать читателей. Например: читатель плачет над письмом Татьяны. Все принимает всерьез. Ожидает, что дальше Онегин окажется или "ангелом хранителем или коварным искусителем". Ничего подобного. Когда Онегин ей вежливо отказывает, нарушаются законы жанра. Затем Татьяна почти падает в обморок при виде Онегина на именинах. Читатель опять жалеет ее. А Онегин танцует с Ольгой. Да и Татьяна тоже не совсем последовательна. Он ей разбил сердце. Несчастная любовь - это навсегда! Особенно такая страстная любовь, как у Татьяны была. Татьяна должна страдать, а читатель ей будет сочувствовать по законам жанра. А она вдруг выходит за кого-то вообще другого. Тот оказывается очень важной шишкой. Непонятно, жалеть ее или радоваться за нее. Затем все начинается с начала, только наоборот. Какая-то странная волокита. Конца вообще нет, как будто Татьяна и Онегин готовы пойти по третьему кругу. То есть, это все нарушает ожидания читателя на каждом шагу. Естественно, у читателя должно возникнуть ощущение, что его водят за нос. И тут, наконец, появляется Достоевский и говорит: вот, что это все значит! Значит, мы, русские, необыкновенно хорошие! И Татьяна, говорит, - национальная героиня. И тут, конечно, удивленные читатели решают, что тогда они тоже за этот роман. Наверное, он не так уж плох. И все критики дружно соглашаются. И теперь положено видеть идеи Достоевского в романе Пушкина. Сам роман лучше не читать, чтобы ничего не смущало.
© Copyright: Марина Сапир, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
