***

Табиб,Рустам...кишлак,Рахим ,декхане...оши бурида,плов,курутоб...Золотая тюбетейка.
чабаны,Кер - оглы...дастан о героях.рубаи (четверостишие) и наъты

КОЛЫМ ДЛЯ НЕВЕСТЫ

Готов храбрец, моря пересекая,
Гнать иноходца, ловчему под стать,
Чтобы газель прекрасная такая
Могла всю жизнь ему принадлежать.
из эпоса "Кёр-оглы"

1.На вершине скалы.

Ахмет вычёсывал дворницкой метлой окурки из пожухшей,истлевшей за зиму под сугробом, сухой травы.Так же ему в детстве приходилось вычёсывать репьи из шерсти баранов.Подопечные мальца-чабана блеяли от боли,причиняемой выдранными клоками,недовольно лягались и даже, вывернувшись, норовили бодаться.Он - черносливоглазый,с мерлушкой смоляных кучерявин, выбивающихся из-под тюбетейки, в продольно-полосатом халате отражался в бараньем глазу. И чтобы непокорный не брыкался, надо было срочно зажимать барана между ног и даже держать ,усмиряя его прыть,ухватившись за крутой рог,чтобы разбойник не устроил корриды.А если старшие братья Саид и Рустам появлялись на пастбище,когда Ахмет для той же процедуры оседлывал козу, великовозрастные болваны с уже пробившимися над верхней губой усиками,покатывались со смеху,глумясь и приговаривая:
- Ты что это братец,Ахмет -джан,оседлал,козу?Засадить ей хочешь? Смотри окотится рогатенькими! Ха,ха,ха!

И тогда Ахмет отшвыривал гребень или ножницы,если это было в сезон стрижки,и,косолапя,убегал по кривой каменистой тропе в гору.Его душила обида,ему хотелось отомстить ,он размазывал по щекам слезы, утирал сопли,сочащиеся из простуженного ночевками у костра носа,он обламывал ногти о трещины в скале,чтобы взобраться под самые облака,поближе к Аллаху.Чтобы ,усевшись там ,видеть глумливых братьев маленькими и ничтожными,а отару роем мошек.Даже верный пёс Джулай не мог взобраться на эту скалу,ведь она была выше девятиэтажек спального микрорайона,где он теперь дворничал. Заливаясь громким лаем и хватая Ахмета за шальвары, как он делал с овцами разбегающегося стада,покусывая их за мохнатые "штанишки" шерсти,пёс в конце концов останавливался, свесив набок алый флажок языка, царапал неприступный камень прочными когтями, но взобраться на верхотуру не мог, только вилял хвостом, повизгивая и прижимая уши обычно бдительно торчавшие топориком: а не подкрадывается ли к отаре волк, шакал или барс?

Даже новые тридцатипятиэтажные высотки жилых комплексов, где у дворников имелись и механические снегоуборочники,и газонокосилки были ниже той заветной скалы , носящей название Визирь. И поэтому всякий раз, когда на Ахмета "накатывало" , он воображал себя взбирающимся на самую вершину Визиря,где мог уединиться и успокоиться в мыслях о вечном. Но здесь, среди коробок спального района- "хрущеб" и "брежнёб", не было такой скалы. И ничто не могло заменить её. Как то, выполняя поручение начальницы ТСЖ, молоденькой голубоглазки славянского типа, взбирался Ахмет на крышу, лазил по чердаку, но там не было ничего кроме голубиного помета и с писком шарахающихся по темны углам летучих мышей, норовящих задевать лицо мерзкими кожистыми крыльями. Сидя же на скале, он мог наблюдать полет орлов, обнимающих высоту раскидистыми крыльями,мог созерцать караваны облаков, двугорбыми верблюдами и слонами направляющихся в Китай и Индию за дорогими шелками, пряностями и драгоценными каменьями.Он отчетливо видел купцов и погонщиков в дорогих парчовых халатах и чалмах, покачивающихся между верблюжьих горбов. Он мог разглядеть и сверкающие бивни слона, и прекрасную персиянку в прикрепленном на его спине мини-дворце паланкина. В тех облаках он лицезрел и отца с дедом. И хотя они не были ни пророками, ни дервишами, а только чабанами, они представлялись ему таковыми. Мудрыми. Добрыми. Практически бессмертными. Когда совсем маленьким он видел седобородого своего предка в чалме, халате , подпоясанном кушаком , с посохом в руке, ему казалось, что дед только что пришел из дальних стран, а то и из иных эпох.

Жильцы многоэтажки могли бросать окурки с балконов ,из лоджий и окон.И то были не какие-нибудь махорочные закрутыши, которыми пользовался дед, разрывая
на аккуратные прямоугольнички газету "Коммунист Таджикистана".Нет, выкуренные лишь до половины дорогие сигареты с фильтром, тонки дамские сигаретки с алыми ободками помады и даже окурки сигары. Нередки бывали и шприцы с остатками коричневатой жидкости. Сметая всё это на совковую лопату, Ахмет приговаривал:"Шайтаны!" Шприцы на выброс! Если бы такой шприц и маленькая ампулка сыворотки, - жива бы осталась его первая любовь, за которую он готов уже был заплатить калым.Но в их прилепившемся ласточкиным гнездом к склону горы кишлаке
не было врача или фельдшера-табиба* и за ним надо было трястись на ишаке в соседнюю деревню, через перевал, размышляя о том, где же добыть денег на колым. Дед когда-то платил за бабку Ахмета баранами, отец за мать - советскими рублями. Ахмет -бумажка к бумажке складывал купленные в банке Душанбе долларовые сотенные.И всякий раз когда он, вернувшись из шумной столицы, укладывал в шкатулку очередную купюру, он встречался взглядом с зеленым Бенджамином Франклином."Скоро Зульфия будет твоя!"- как бы подмигивал лысоватый англосакс столь непохожий на Исмаила Сомони на национальных купюрах.Но ни за каких баранов, ни за какие деньги невозможно было купить в их горном кишлаке шприц и ампулы с противоядием -и наступившая на притаившуюся в саду под персиковым деревом змею Зульфия затихла у него на руках, сомкнув веки своих черных, как ночи в горах, глаз без жалоб на краткость бытия.

2.Газон и "мусорка"

Разве можно было сравнить худосочный газон с разнотравьем горной долины ,а овчарку детства Джулая с собаками жильцов дома,где вначале снял квартиру старший,потом средний брат,а уж следом за ними туда же вселился и Ахмет.
Напрасно ТСЖ оснащало газон запретительными знаками с изображением перечеркнутого черного кобеля в красном кругу.Пренебрегая запретами,двуногие хозяева четверолапых выгуливали своих питомцев именно в "запретной зоне". Поэтому псы и собачонки всех пород удобряли травку летом,портили девственно непорочную белизну сугробов зимой- и с этим ничего невозможно было поделать.Зимой гранулы и кучки испражнений друзей человека припорашивало новым снегом.А по весне Ахмету приходилось всё , что оттаивало вместе с окурками, шприцами и использованными презервативами сгребать в доставшуюся от предшественника оцинкованную ванну -и увозить на тележке на "мусорку". Эта ванна досталась ему по наследству от предыдущего дворника-таджика и представляла собой реликт тех самых советских времен, когда в барачном коридорчике можно было увидеть и коромысло на гвозде, и велосипед, и такую вот ванну, напоминающую о стихотворении: "Мама на кухне стирала ой бельё, котик усатый смотрел на неё, мама устала,легла на кровать, а котик взял мыло и начал стирать".
В кишлаке, где родились и выросли Ахмет и его братья, их мама в такой ванне не только намыливала сорванцов хозяйственным мылом, омывала нагретой на тандыре водой из горного ручья, пока они подрастали , но и напевала песни о древних батырах, отрывки из "Шах -Наме" , а дед . бренча на дутаре, тянул бесконечную балладу о народном заступнике "Горгули".Бывало он и рубаи Хойяма и Низами наборматывал, полоща трахею горловым пением, идастаны о героях, и рубаи, и наты.Как только все это многотомье умещалось в плешивой, опушенной сединой голове. Хотя , может,то и не дед а ветер завывал в ущелье, шакал голосил. Или разыгрывающий из себя дервиша бомж в душанбинском подземном переходе, которому спешащий мимо люд изредка бросал монеты в одноразовый пластиковый стаканчик из под разливного вина.
- Может, тоже так же хочешь петь , прося подаяния!? Ты же у нас мастер!И пи твоих -талантах!-ехидничал старший брат, вместе с ним, на своей "японке" мотавшийся Ахмета в столицу ,проверять свои счета, пока средний пас отару.
Сгребая мусор в ванну, Ахмет катил его на сооруженной из детской каляски тележке до мусорника. Он это делал , как бы баюкая младенца в колыбельке и напевая. И когда взяв вес рывком , переваливал ванну за край контейнера так что он тяжести давившей на ладони ручками ванны немели пальцы, он думал о том, что уже на требующем особой беглости пальцев трехструнном смычковом рубабе,после таких тренировок ему уже не повиртуозничать. А ведь как раз звуками этой таджикской скрипки он пленил сердце своей первой невесты. На свадьбе. Она выделила его среди других музыкантов и , когда он её провожал до дувала, сказала:
- Ах, Ахмет!У твоей рубабы женский голос. Так звучит, что за сердце хватает!
И чмокнув его в щеку, убежала, хлестнув его в резком повороте бессчетными косичками по лицу.

3. Дутар*, дойра** и най***

Да, Ахмет знал древние напевы, мог аккомпанировать на дутаре,отбивать ритм на бубне дойры и созывать стадо звуками ная. тому обучил его дед, игравший на свадьбах и по праздникам.По

Приснилось. Падающий с верхотуры окурок разрастается , тяжелеет, заостряется и превращается в свистящую угловатыми стабилизаторами, выпущенную из под крыла бомбардировщика ракету. Взрыв, осыпающиеся железобетонные конструкции. Под ними ...Он среди ращгребающих завалы иранцев. Они выносят одну за одной девушек , и среди них она - для колыма для которой он копил деньги. ..Но и деньги-где они. Опять снится. Он возвращается в съемную квартиру , лезет под кровать, чтобы проверит наличие долларов. Вот он чемодан. Но почему -то он открыт...На полу валяетяс цветастый платок для... Пусто. Доллары исчези. Их украли...

У эрзерумского паши Джафара был ашуг по имени Джунун. Был он искусным певцом и человеком бывалым. Многих ашугов, похвалявшихся умением своим, победил он на певчих турнирах и отобрал у них сазы. Многих парней обучил он своему мастерству и подарил им сазы.

Традиционные инструменты таджикской национальной музыки
Музыкальное творчество является неотъемлемой составляющей культурного наследия Таджикистана. Истоки этого искусства уходят в глубокую древность, когда формировались различные его направления, жанры, виды на основе творчества предков таджикского народа – древних восточных иранцев, таких как бактрийцы, согдийцы, хорезмийцы, парфяне, а также многих других народов, живших на территории Средней Азии, Афганистана, Пакистана и Ирана. Музыка многих народов возникла на стыке различных культур, поэтому важно узнавать больше о музыке разных народов, так как музыка объединяет всех.

Дойра
Дойра представляет из себя изогнутый деревянный или металлический обруч, который натянут кожей. Этот музыкальный инструмент служит для создания удивительных мелодий и ритмов. Благодаря своей круглой форме и высокому качеству звука дойра приобрела популярность и прочно укоренилась в музыкальных традициях разных народов Востока.

Неизвестен
Ритмы дойры
3:37
Дутар — это струнный музыкальный инструмент, который славится своим особенным звуком и величественным внешним видом. В Таджикистане дутар используется в различных музыкальных жанрах, таких как классическая музыка, фолк, рок и джаз. Он также является неотъемлемой частью традиционных свадебных и похоронных обрядов.

Туркменский национальный инструмент(Mammedow Akmuhammet)
Дутар
2:30
Рубаб - это струнно-смычковый инструмент, который является одним из самых древних в мире. Для него характерна грушевидная форма; он имеет три струны и смычок, что позволяет музыканту исполнять виртуозные мелодии и аккорды.

рубаб
рубаб
6:41
Най – это духовой инструмент, который имеет коническую форму и изготовлен из тростника или дерева. Звучание ная отличается мягкостью и глубиной, что делает его идеальным инструментом для исполнения народных мелодий и классических произведений.

Неизвестен
Най
1:53
Узнав про множество интересных таджикских музыкальных инструментов, мы можем сказать, что это не просто инструменты для создания музыки, а отражение культуры и традиций народа. Каждый инструмент имеет свою уникальную историю, особенности звучания и место в национальной музыке. Изучая музыкальные инструменты Таджикистана, мы можем глубже понять душу таджикского народа, его стремление к гармонии и красоте.

Другие статьи в литературном дневнике:

• 03.05.2026. ***
• 02.05.2026. ***