Итак, Первый международный листинг Национального инвестиционного фонда Узбекистана на Лондонской фондовой бирже подаётся властями как символ новой эпохи. Руководитель Администрации президента Саида Мирзияева заявила, что это отражает «более глубокую трансформацию» экономики страны. Формально событие действительно выглядит значимым: Узбекистан пытается встроиться в глобальный финансовый рынок и привлечь иностранный капитал.
"Сегодня Узбекистан приходит в Лондон не как пограничный рынок, который хочет, чтобы его открыли, а как страна, сознательно меняющая своё экономическое будущее. И сейчас мы только в начале этого пути", - звонко и четко продекламировала старшая дочь нынешнего главы государства под апплодисменты присутствующих.
При всем ее хорошем английском (а это факт!), она все же постаралась опустить многие острыве моменты, которые складывались между Ташкентом и Лондоном. И дело не в позиции бывшего посла Великобритании в Узбекистане Крйга Мюррейя, нет. Там вопросы политико-экономического характероа.
Ведь у инвесторов хорошая память. И главный вопрос сегодня — не листинг, как пытается пропихнуть подданным Королевства узбекская знать, а защита собственности.
Двадцать лет назад Узбекистан уже пытался работать с западными инвесторами. Тогда в страну пришли крупные иностранные компании, включая британскую Oxus Gold. Итог известен: конфликты с государством, отзыв лицензий, налоговые претензии, международные арбитражи и фактическое вытеснение инвесторов из страны. Аналогичные проблемы возникали и у других иностранных компаний. Сама Саида Мирзияева заявила как-то туманно: "Девять лет назад Узбекистан всё ещё оставался в значительной степени закрытым", типа, они не несут отвественность за то, что делал предыдущий президент и его банда.
Однако эти истории стали не просто локальными скандалами. Они сформировали репутацию государства, где правила могут измениться в любой момент, а собственность — перестать быть защищённой по политическому решению. Ушли "Ньюмонт", "Оксус", "Ян Интернешнл", "Балтимор", а также сотни средних предприятий, собственность которых была экспроприирована коррумпированной властью.
Именно поэтому сегодняшний листинг сам по себе не означает фундаментальных изменений. И трудно доказать, что изменения происходят в позитивную сторону, так как граждане жалуются на лишение их самой чувствительной собственности - жилья. Скандалы возникают то там, то сям, но бурные дискуссии происходят в социальных сетях, так как официальные органы предпочитают тишину и подковерные игры. ТЬам, где коррупция, там договоренность имеет латентный характер, а все законы и правила нетранспарентны.
Да, Фондовая биржа — это витрина. Но инвесторы вкладывают деньги не в витрину, а в институты, которые обеспечивают ясность экономической политики:
- прежде всего, независимый суд;
- гарантии неприкосновенности собственности;
- предсказуемость законодательства;
- защиту от административного давления;
- исполнение контрактов.
Если этих механизмов нет, листинг превращается в дорогой PR-проект с ограниченным эффектом. Осознает ли это старшая дочь Мирзияева?
Можно разместить бумаги на Лондонской бирже, провести роуд-шоу, нанять международных консультантов и инвестиционные банки. Но если инвестор понимает, что в критический момент его активы могут оказаться зависимыми от политической воли государства, крупный капитал всё равно будет осторожен. Скорее всего, он предпочтет более благоприятные места, а таких в мире предостаточно, к примеру, Латинская Америка (Парагвай, Уругвай, Чили), Юго-Восточная Азия (Сингапур, Индонезия, Тайвань).
Международные рынки оценивают не заявления, а риски.То есть инвестор всегда будет учитывать риск административного изъятия, давления или пересмотра договорённостей. И международные рейтинги это косвенно подтверждают.
Что показывают международные индексы? Продойдемся по некоторым базовым показателям:
1. Коррупция. Согласно индексу восприятия коррупции Transparency International, Узбекистан получил 31 балл из 100 и находится среди стран с высоким уровнем воспринимаемой коррупции. Transparency International прямо указывает, что слабость институтов, концентрация власти и ограниченность общественного контроля остаются ключевыми проблемами региона Восточной Европы и Центральной Азии.
2. Верховенство закона. Даже в международных обзорах по верховенству закона для региона регулярно подчёркиваются проблемы:
- слабая независимость судов;
- ограниченность системы сдержек и противовесов;
- высокая зависимость институтов от исполнительной власти.
А именно верховенство закона является базовым условием долгосрочных инвестиций.
3. Свобода прессы. Международные индексы свободы прессы стабильно относят большинство стран региона к проблемным или тяжёлым средам для независимой журналистики. Блогеры находятся под угрозой постоянного ареста, а журналисты не могут высказываться, даже социальные сети блокируются.
Для инвесторов это важно не только как вопрос прав человека. Независимая пресса — это механизм публичного контроля над коррупцией, госзакупками и злоупотреблениями власти. Когда медиа ограничены, риски для бизнеса возрастают.
4. Дееспособность государства. Современные инвесторы оценивают не только темпы роста ВВП, но и качество государства:
- насколько исполняются решения судов;
- насколько автономны регуляторы;
- можно ли прогнозировать действия власти;
- существуют ли реальные ограничения для чиновников.
Именно поэтому многие развивающиеся страны с быстрым экономическим ростом всё равно получают ограниченный приток долгосрочного капитала.
Особенно показательно, что о «трансформации экономики» говорит глава Администрации президента Саида Мирзияева, которая по диплому не имеет отношения к экономике и которая никогда лично не занималась бизнесом, не руководила производственным предприятием. При всём её политическом влиянии, должность руководителя администрации — это не институт экономического управления государством. Это не парламент, не независимый регулятор, не кабинет министров и не министерство инвестиций. Администрация президента — технический аппарат высшей власти, обеспечивающий функционирование президентской вертикали. То есть гарпантии дает человек, у которого нет на то власти и права.
Инвесторов же интересуют не политические сигналы, а системные гарантии. Пока защита собственности зависит не от независимого суда и закона, а от текущей конфигурации власти, любые разговоры о глубокой инвестиционной трансформации будут восприниматься с осторожностью. Третий Ренессанс - это лозунг, за которым стоят 2 млн. узбеков, играющих в грин-карт, 2,5 млн. трудовых мигрантов, которым не нашлось места на родине, огромный аппарат репрессий и бюрократии, а также непотизм, кумовство, нетранспарентность бюджетных расходов.
История Oxus Gold остаётся важнее любого биржевого листинга. Потому что международный капитал прежде всего спрашивает: можно ли безопасно владеть активом в этой стране через 10–15 лет?
И пока на этот вопрос нет убедительного институционального ответа, ни Лондонская фондовая биржа, ни громкие заявления чиновников не смогут радикально изменить инвестиционный климат Узбекистана.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
