Ничего не знает?

Алишер Таксанов: литературный дневник

Итак, Европейский союз ввёл ограничения в отношении двух предприятий из Узбекистана в рамках 20-го пакета антироссийских санкций. В обновлённый список включены Ферганский химический завод (Farg‘ona Kimyo Zavodi) и Raw Materials Cellulose в Джизакской области. Эти предприятия поставляли нитроцеллюлозу на оборонные предприятия России, включая Пермский, Тамбовский и Казанский государственные пороховые заводы. На основании этого Евросоюз считает, что обе компании «поддерживают военный и промышленный комплекс России» через участие в цепочках поставок".


На основании этой информации можно считать:
1. Нитроцеллюлоза - стратегический продукт, разрешение на экспорт которого выдается Кабинетом Министров Узбекистана. Значит, не только сами предприятия, но и правительство виновато в том, что поставляет ресурс для производства взрывчатых веществ для российской армии.
Квоты, лицензии, объемы и географию экспорта определяют узбекские власти. То есть, Шавкат Мирзияев в курсе, куда уходит нитроцеллюлоза. Вряд ли он сумеет продемонстрировать свою неосведомленность, особенно учитывая тесные связи в рамках "стратегического партнерства" и постоянных телефонных разговоров.


2. Поставляя нитроцеллюлозу для ВПК России, Узбекистан перестает быть нейтральным государством в рамках российско-украинской войны. Он активный подрядчик военных заказов и несет равную с Москвой ответственность за смерть украинцев и разрушение их городов. Когда война закончится - а всякая война заканчивается когда-нибудь! - историки упомянут, как Ташкент содействовал России в оккупации украинской территории.


3. Если бы Ташкент в равной степени поставлял нитроцеллюлозу Украине, то это можно было бы считать равнозначным ответом, это бы уравновесило ситуацию. Однако такой экспорт неизвестен. Значит, узбекские власти не заинтересованы в победе Киева в этой войне.


4. Узбекистан ничего не предпринимает в противодействии вербовки узбекских граждан в российскую армию. По некоторым данным число завербованных достигает 5 тыс. человек, часть из которых уже погибла, а некоорые вернулись на родину, но к ним узбекское правосудие проявило снисхождение - или мягкие приговоры, или небольшие сроки заключения. Отметим, к завербованным в ИГИЛ или в войне в Сирии узбекские власти были более жесткими. Это еще раз подтверждает, что Ташкент не против участия узбеков в войне на стороне России. Возможно, это и форма утилизации своих же граждан. Мирзияев не горит желанием видеть в своей стране людей, имеющих боевой опыт и способных к мятежу. Ведь Евгений Пригожин с ЧВК "Вагнер" показал, что это возможно.


При этом Россия не только ретранслирует свои пропагандиствие передачи на территории Узбекистана, но и открывает филиалы своих вузов, готовя фактически коллаборантов. В социальных сетях уже возникают комменты и материалы узбекских граждан, поддерживающих агрессивные нарративы и планы Кремля; эти же люди первыми и встретят с цветами и лепешками российские танки, когда они покататься по узбекской земле.
Возросшая за последние три года торговля между двумя странами, появление СП - это не из-за благоприятного инвестиционного и экспортно-импортного климата Узбекистана, а потому что республика становится серой зоной для поставок важнейшей продукции ВПК России. Через нее отмываются подсанкционные капиталы олигархов и предприятий.
В итоге Ташкент не может говорить, что он нейтральный на фоне российско-украинской войны. Он просто выбрал Путина, как когда-то кто-то выбирал Гитлера.



Другие статьи в литературном дневнике: