- Avosh! - говорил Гус Хиддинк на тренировках сборной России. Что означало - импровизируйте! И добавьте нечто не формулируемое к своей игре. Вы способны. Аналогов "авось" в иных языках нет. Гус это знал, и превратил в иррациональное оружие.
******
10 лет назад 24 сентября я встал без будильника в половине четвёртого утра – начало прямой трансляции из Торонто полуфинала Кубка Мира Канада – Россия. И эта игра полностью укладывается в штамп «досрочный финал».
Сборная России привезла на турнир команду, которой не было более ни у кого. Тренерский штаб, где трое специалистов топ-уровня работают слаженно, не тянут одеяло на себя и учитывают каждый нюанс? – Нет, у нас Олег Знарок и Владислав Третьяк в вип-ложе, а игроки, что прекрасно слышно по микрофону, который прикрепили к Евгению Кузнецову в матче с молодыми звёздами Северной Америки, всё решают самостоятельно и ситуативно, с декоративным силуэтом тренера на скамейке. Поставленная реализация большинства? – Я вас умоляю: разыгрываем как придётся, но кого-то обязательно посетит озарение. Вариативные схемы, коих у тех же шведов и финнов, не говоря о канадцах, с десяток? – Уберите от нас все эти «литхрестоматии», мы играем по наитию: то Кузнецов забьёт сумасшедший гол, то Кучеров точно бросит там, где положено отдавать пас, то Тарасенко выполнит ювелирный и совершенно неподготовленный бросок, то Панарин явится из ниоткуда на пятачок.
Помимо всего прочего, сборная России не особо лезет создавать помехи на пятачке и заниматься любимыми в североамериканской школе подправлениями шайбы с заслоном голкиперу. Нет, мы поэты игры и сейчас вам будет Бродский, когда всё звучит, и совершенно непонятно, что и откуда берётся.
Это чудо, что с таким хрупким хоккеем мы убрали в том Кубке молодых звёзд Северной Америки с Макдэвидом и Мэттьюзом, а также вечно неудобных финнов в их топовом составе. И до последнего трепали нервы Канаде с её безупречным командным интеллектом и отточенностью каждого элемента хоккея.
Счёт 2:1 в нашу пользу, в концовке второго периода Кросби привычно демонстрирует свои золотые руки, вырезая идеальный пас Маршанду, и начинается двухминутка сборной России: моменты у Тарасенко и Малкина, штанга после броска Орлова, когда хозяева льда в принципе не понимают, как это остановить. Более молодым звёздам НХЛ это стоило четырёх пропущенных шайб за 6 минут.
В тот раз у нас не сложилось. Но я перематываю плёнку памяти на 5 утра ровно 10 лет назад: скоро третий период, счёт 2:2. Российский хоккей жив, несмотря на состояние тренерских кадров и привычный бардак, возведённый в достоинство.
«Так играть невозможно», написал мне североамериканский приятель. «Lots of talents, я понимаю. Но у нас в Канаде за такую философию игры тренеров бы просто четвертовали, при всей демократии».
И после финальной сирены было одно ощущение: мало. Катастрофически мало хоккея столь космического уровня.
А потом я пересматривал матч группового турнира Кубка Канады-84, где мы обыграли хозяев со счётом 6:3. Он казался мне идеалом на уровне воспоминаний. На контрасте с 2016-м, я ужаснулся той Канаде, от командного интеллекта до скорости принятия решений. Не говоря о вратарях. Сергей Бобровский на пике в 2016-м (а тогда это был лучший вратарь мира) в 1984-м показался бы инопланетянином по своему уровню. Как и нынешняя сборная Канады.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
