Рецензия на «Подобное к подобному» (Марина Байрос-Боголюбова)

В армии мат запрещать нельзя, так как от этого может пострадать обороноспособность государства ввиду проблем с коммуникацией между командным составом и подчиненными

А на каком основании Льва Толстого записали в атеисты? И каким макаром Барков вдруг умудрился у Вас стать современным "поэтом"?
Если уж Вы русскую культуру взялись защищать, нужно быть поаккуратнее

Дмитриев   22.05.2016 13:02     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Дмитриев!
По тону вашего комментария могу предположить, что меня удостоил вниманием матофил, уверовавший, что основа обороноспособности государства - мат между командным составом и подчиненными. Трудно представить, чтобы офицеры царской армии и главнокомандующий – царь отдавали приказы солдатикам (гусарам) не по уставу…:)
Барков же «умудрился стать современным "поэтом"» не у меня, а у предприимчивых издателей в начале 90-х, которые заполнили лотки и книжные развалы этим модным чтивом в разгул гласности. О популярных поэтах, например – Пушкине, также упоминают, как о современном поэте…:)
А теперь об атеисте Л.Н. Толстом, специально для вас, постараюсь поаккуратнее. Я не смею тратить ваше время на мои умозаключения, которые вас столь раздражают в моем творчестве, поэтому сошлюсь на признанных титанов слова и деяний.
У «неатеиста» не могло произойти столь масштабного конфликта с Церковью - в феврале 1901 года был граф и писатель Лев Толстой был отлучен от Церкви торжественным синодальным актом, или, т.е. - было объявлено о его фактическом отпадении от Церкви.
«Неатеист» не может так поступать: в женском монастыре Шамордино жила монахиня, его младшая сестра Маша… Однажды, когда Лев приехал туда, они повздорили с сестрой, и Толстой ей сказал: «Вас тут 600 дур монахинь, и только одна игуменья умная». Это была злая шутка, потому что по настоянию старца Амвросия, который основал этот монастырь, туда должны были принимать всех женщин, даже не грамотных из самых бедных слоев. И тогда Мария Николаевна вышила брату подушечку (она до сих пор хранится в Ясной Поляне), на которой написала: «От 600 шамординских дур».
В книге Павла Басинского «Святой против Льва…» автор приводит цитату из предсмертного дневника отца Иоанна Кронштадтского, дневника 1908 года, где он просит Бога убить Толстого: «Господи, убери с Земли этот труп зловонный». В тот самый год, когда Толстой отмечает 80-летие. И дальше: «Гордостью своей посмрадивший Землю, не дай ему дожить до праздника Рождества Пресвятой Богородицы».
Сам тот факт, что священник молит Бога об убийстве человека - беспрецедентен. Иоанн Кронштадтский написал огромное количество проповедей против него, они публиковались, это свыше 20-ти статей, брошюр, где он называл Толстого сатаной, льстивой лисой, львом рыкающим, который хочет пожрать, поглотить всю российскую молодежь. Отец Иоанн пишет, что надо надеть Льву петлю на шею — и в пучину морскую. Разве Толстой (будь он «неатеистом») удостоился бы подобной хулы?
Это был не конфликт отца Иоанна и Льва — это был конфликт светской (масонской) культуры просвещения и Православной Церкви — это была предыстория революции и гражданской войны, которая произошла в России. Ибо война начинается в головах у людей, а потом уже она оборачивается кровавыми бойнями.
Напомню, что атеист Ленин, разве написал бы к 80-летию «неатеиста» Льва статью «Лев Толстой, как зеркало русской революции», где отметил: «Толстовские идеи - это зеркало слабости, недостатков нашего крестьянского восстания …, и о том, что в противоречиях Толстого отражается психология конфликта «различных слоев русского общества…». Но в 1910-11 годы после смерти Толстого Ленин уже в статьях и реферате «Толстой и русское общество» характеризовал историческую значимость Толстого как выразителя эпохи подготовки революции и эпохи революционных настроений до выступления революционного класса, отметил революционную роль его как критика частной собственности на землю, брака современного, реакционный характер его религии и пр.». По поводу создания романа «Декабристы» Толстой не будь атеистом, вряд ли переписывался бы с масоном-наставником Герценом, в итоге этого общения - выросла «Война и мир».
Толстой сам пишет в «Исповеди» о своем духовном перевороте, который с ним случился в конце 70-х — в начале 80-х, как он стал атеистом, совсем в Бога не верил. Толстой погряз в пороке – в гордыне, ибо искал свое разумение Бога, пытаясь постичь Бога разумом, а не душой. А Церковь призывает людей не постигать, и не слепо верить, отрицая разум, а стяжать (накапливать) силу веры с целью духовного преображение души. Ни один церковный богослов не скажет, что разум — это зло. Толстой не верил, потому что не мог постичь Бога банально – своим витальным разумом. Он говорил: «Я не понимаю этого разумом, а разум дал мне Бог. Если я этого не понимаю разумом, значит, этого не существует просто, и ни для кого этого не существует, вы обманываете самих себя». Толстой стал первым русским писателем всенародно заявившем о своей духовной убогости – атеизме, став предтечей гласности порока для современных радужных существ, ограниченных лишь борьбой за приоритет в светском государстве своих убогих плотских предпочтений.
Отец Иоанн, в отличие от Льва не считал человека царем зверей (природы). Истинная вера дала Иоанну возможность стать проводником Благодати Божьей, поэтому он исцелял безвозмездно не только немощные тела обездоленных людей и богачей всех мастей, но прежде всего – Иоанн исцеляет поныне душу народа. При этом Иоанн написал множество дневников за 10 лет странствий, большинство из них утрачены, но только изданных его дневников сейчас 18 томов. Иоанн Кронштадтский — первый святой для Петербурга. Вторая - святая Ксения Блаженная, к ней на могилу на Смоленском кладбище, к часовне всё время идут потоки людей. Такой же поток людей идет к могиле отца Иоанна, которая находится в Иоанновом монастыре на берегу речки Карповки. Отец Иоанн занимает особое место, ибо среди святых очень мало приходских священников. А Иоанн был среди народа признан святым ещё при жизни, фотографии его в крестьянских домах стояли в божницах рядом с иконами.
Чехов, возвратясь с Сахалина, говорил, что портреты отца Иоанна он видел в каждой сахалинской избе, а он обошел их там несколько тысяч, переписав практически всё население Сахалина. И так же было по всей России — средней полосе и на севере. Где бы он ни появлялся, его окружали тысячные толпы. Слава его была абсолютно безмерна. В Кронштадт приплывало, либо приезжало по льду Финского залива ежедневно тысячи людей. Негде было остановиться, это было действительно место паломничества. К отцу Иоанну шли, потому что он считался исцелителем, что одно его прикосновение достаточно, чтобы безнадежно больной исцелился.
Я верю слову святого Иоанна: Лев Толстой - атеист.

Марина Байрос-Боголюбова   25.05.2016 13:25   Заявить о нарушении

Перейти на страницу произведения
Перейти к списку рецензий на это произведение
Перейти к списку рецензий, полученных автором Марина Байрос-Боголюбова
Перейти к списку рецензий, написанных автором Дмитриев
Перейти к списку рецензий по разделу за 22.05.2016