Архив Конкурсов Копирайта К2 - полученные рецензии

Рецензия на «9. Белый Ворон. Пекло» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Не успел я написать отзыв до окончания конкурса, теперь надеюсь, что автор меня услышит.

Начало очень впечатлило. Но в двух местах я плевался. Первое - памятник Канцлеру. Я бы поставил его в другом месте. Чтоб ГГ размышлял о нем и о Заразе чуть позже, а то как-то сразу в лоб. Там пара абзацев показалась мне резко слабее остального текста: словно смотрел хорошую фантастику, но вдруг банальные зомбокролики повылезали.

Второе - сцена с Вдовой. ИМХО, можно было без мазохизма и рукоприкладства.

Впрочем, в обоих случаях я понял, что плевался зря. Всё нужно для сюжета и для выражения идеи.

Сочно, коротко и по делу написано. Очень понравилось. Я люблю, когда коротко. Более того, не вызывает пессимизма. Знаете, библейские пророки тоже много страшного написали, но оставили место для оптимизма. Потому, что они ведь не предсказывали, они предостерегали. Вот и Вам это хорошо удалось. Теперь буду Вас читать.

Пожалуй, не встречал еще таких замечательных фраз, как в конце текста: длинных, но отлично построенных.

Поздравляю с победой!

С уважением,

Наум Шубаев   20.10.2019 19:36     Заявить о нарушении
Не за что, пишите еще!

С уважением,

Наум Шубаев   23.10.2019 22:03   Заявить о нарушении
Рецензия на «5. С. Моэм. Сон. Рецензии, обсуждение» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Рецензия на «5. С. Моэм. Сон. Рецензии, обсуждение» (Конкурс Копирайта -К2)

Когда блестящий студент, гордость и любимец, сдает не очень удачную работу, я только чешу в затылке и пишу: «Знаю, ты можешь лучше». Рассказ «Сон» не является жемчужиной в наследии Моэма, вещь, откровенно говоря, средненькая, проходная, тем не менее… Тем не менее, и в ней чувствуется рука мастера. Не собираюсь защищать Моэма, ибо он не нуждается в защите. Моя цель – пробудить в вас интерес к его творчеству, ибо вижу: большинство слабо с ним знакомо, а значит, ваша жизнь значительно обеднена. Будьте богаче, друзья мои, будьте богаче.
Моэм – один из величайших рассказчиков в английской литературе, хотя он сам называл себя ведущим писателем второго ряда. Считал, что экспериментировать в литературе не следует, следует писать традиционно, и большое внимание уделял сюжету, «мыслил сюжетом». Ему было интересно рассказывать занимательные истории (кстати, именно это сделало его успешным, тиражи его книг были значительны и быстро раскупались). Все произведения Моэма (рассказы, романы, пьесы) характеризуются ясным, внятным сюжетом, четкой формой и максимальным драматизмом. Есть еще особенности, постараюсь их показать на примере.
Итак, рассказ «Сон». Который, кстати, в оригинале называется The Dream, а не Sleep, как предположил многоуважаемый Кравченко.
Герой, «Я», отправляется из Нью-Йорка в Петроград по службе.
Для тех, кто подзабыл биографию Моэма, напомню, что он был агентом британской разведки и выполнял ряд деликатных поручений. Так, в 1917 г. Моэм вел переговоры с Керенским с целью не допустить выход России из Первой Мировой. Октябрьский переворот завершил его миссию, и Моэм спешно покинул страну.
Свою принадлежность к спецслужбам Моэм скрывал, но опять же, писатель может хорошо скрывать собственные поступки, но о них можно догадаться, если быть наблюдательным читателем (это все к вопросу о мировоззрении). Может быть, вы знакомы с рассказами об Эшендене – более дюжины новелл о судьбе британского агента. Предтеча Джеймса Бонда, но в отличии от 007, Эшенден – глубоко рефлексирующая натура, он не стреляет. Интересно анализировать отношение автора к поступкам своего героя, не всегда нравственных, а порой и совершенно безнравственных.
Вернусь к рассказу «Сон». «Я»-герой совершил утомительное морское путешествие, ему предстоит не менее утомительное путешествие по железной дороге. А в финале поездки – некие запутанные бизнес-дела. Из этой информации мы можем сделать вывод о физическом и моральном состоянии «я»-героя. В ресторане «я» подсаживается за столик к человеку, чье лицо его заинтересовало.
Это типичная завязка многих произведений Моэма. Львиная доля его вещей построена именно таким образом. «Я»-рассказчик случайно встречает некую персону (незнакомую, полузнакомую, хорошо знакомую), и этот человек, мужчина или женщина, изливает «Я» душу.
К вопросу о том, является ли «я» главным действующим лицом. Как правило, у Моэма главным героем является персона, не «я». Литературный конфликт связан с нею, а «я» является слушателем и посредником (функция рассказчика, помните?) между героем и читателем. «Я»-рассказчик Моэма всегда реагирует на услышанное, формирует определенное отношение к услышанному, и это отношение транслирует читателю. Но… Все не просто и однозначно. Высказывая собственное, определенное, отношение к ситуации, «я», тем не менее, оставляет свободу читателю составить собственное мнение, и это происходит за счет использования определенных приемов, для Моэма – весьма характерных.
«Я» подсаживается к заинтересовавшему его лицу. В данном случае, это чрезмерно толстый русский. В каждом произведении Моэма есть описания действующих лиц (внешность, одежда, жесты, привычки и пр.), причем эти описание выделены в отдельные, обособленные, фрагменты. Это отличительная черта его творчества, восходящая к натурализму и неоромантизму.
Обратите внимание, рассказ «Сон» мал по объему, и бОльшую часть составляет описание собеседника «я» - толстого русского. Картина рисуется не очень привлекательная: жирные, как окорока, руки, тонкие пряди, зачесанные, чтобы скрыть лысину и т.д. Моэм всегда предваряет собственно действие описанием персонажей, тем самым формируя отношение к ним. Иногда финал истории кричаще противоречит описанию (под неуклюжей плотью прячется нежное сердце или, наоборот, за ангельской красотой – черствость и жестокость), иногда – не противоречит. Вот это как раз прием, позволяющий читателю составить собственное мнение, может быть, отличное от мнения «я»-рассказчика. Попробуйте и вы при случае поиграть на разнице внешних описаний персонажей, их слов и действий. У Моэма это получалось отлично, почему бы не попробовать и вам?
В разбираемом рассказе собеседник отталкивающий. Как отталкивающа его история. Он рассказывает, как его жена на протяжении некоторого времени видит сон, в котором муж сбрасывает ее с лестницы. Их семейная жизнь и без того не безоблачна – жена болезненно ревнива, а тут еще этот сон. По словам мужа, он и не помышлял об убийстве, но под влиянием рассказов жены поневоле стал об этом думать. (Кстати, название рассказа «The Dream» можно перевести как «Мечта»).
Кульминация рассказа русского:
\\ Я сделал все, что мог. Потом я лежал без сна. Мне казалось, я вижу, как она падает в колодец лестницы, слышу ее вопль и звук удара ее тела о каменный пол. Невольно я содрогнулся.
Мой собеседник умолк, на лбу его выступили капельки пота. Свою историю он рассказывал хорошо, связно, и я слушал с интересом. В бутылке все ещё оставалось немного водки; русский вылил остатки в бокал и выпил залпом.
— Так как же все-таки умерла ваша жена? — спросил я, выдержав паузу.
Мой собеседник достал грязный носовой платок и вытер лоб.
— По странному стечению обстоятельств, она была найдена однажды ночью у подножья лестницы. Сломала себе шею.\\
«Я» шокирован \\ Я был ошеломлён. Неужели он действительно сделал плохо завуалированное признание, что убил свою жену? Этот тучный и медлительный человек непохож был на убийцу; мне трудно было поверить, что он отважился на такое. Кто знает, может, он решил сыграть со мной злую шутку?\\
Это одна из последних фраз рассказа. Далее \\ Через несколько минут мне пришлось уйти, чтобы не опоздать на поезд. Я распрощался с моим собеседником и с того дня больше его не встречал. До сих пор не могу понять, шутил он или говорил всерьёз.\\
Как видите, «я»-герой не имеет определенного мнения - получается, что финал отсутствует? Формально – да, мы, читатели, не можем достоверно узнать, было ли это несчастным случаем и роковым стечением обстоятельств, удавшимся самоубийством или расчетливым убийством. И поэтому рассказ не удался? Нет, коллеги, не все так просто.

Мужик Бородатый 14.05.2019 21:34 • Заявить о нарушении

Архив Конкурсов Копирайта К2   17.07.2019 00:22     Заявить о нарушении
В данном случае отсутствие однозначного финала не является недостатком, потому что рассказ вовсе не про смерть жены.
Переместитесь чуть выше по тексту, примерно в середину диалога мужа, а именно, к фразе: \\Пути мысли человеческой неисповедимы; иной раз у нас возникают соображения, признаться в которых кому-нибудь было бы стыдно. \\
Человек изливает душу случайному собеседнику, которого видит в первый и последний раз. Этот сюжет повторяется у Моэма многократно. Мужчина рассказывает о многолетней любви к женщине, которую десятилетиями считал идеалом, а она все это время жила со своим лакеем. Женщина признается в том, что ее любовник умер, а она идет веселиться на великосветский прием, чтобы никто не догадался о ее состоянии. Мужчина рассказывает о том, как его возлюбленная покончила с собой в день свадьбы своего родного брата потому, что состояла с ним в интимной близости. Шокирующие признания о событиях, полных драматизма. Признания спонтанные, совершаемые в момент, когда чаша переполнилась и человеку следует освободиться от невроза. Что это вам напоминает? Кто догадался, молодец. Речь идет о психоанализе Фрейда - беседа со случайным собеседником как метод свободных ассоциаций. Будет время почитайте про требования к методу, и вы убедитесь, насколько ситуации, создаваемые Моэмом, идеальны.
Смысл не в том, чтобы установить причину смерти жены, а в том, что герой признался постороннему в своих «стыдных», мучительных мыслях.
Почему большинство из вас не узнали ситуацию? (Я надеюсь, что кто-то все же узнал). Думаю, что причин 3, одна из которых неуважительная. Начнем с уважительных.
Рассказ «Сон» написан в 1924 году, почти 100 лет назад. По мере того, как увеличивается временнАя пропасть между автором и читателем, возрастает вероятность несовпадения их позиций. Фрейдизм по-прежнему остается одной из трех мощных теорий, которые подарил человечеству 20 век, но в 21 в. большинство из нас тяготеет все-таки к экзистенциализму.
Кроме того, рассказ «Сон» - не самый лучший образчик творчества Моэма. Возможно, он писал его коленке, и потому литературный конфликт не прописан так, как Моэм умеет. Пожурим его за это.
Третья причина, неуважительная для вас, заключается в том, что вы не читаете рассказы, дорогие мои, а сразу, с первого абзаца чужого текста, стремитесь переделать чужую художественную реальность под себя. Почему это муж не знал, что его жена беременная? Мой, например, сразу догадался. Это не аргумент, это литературная ересь – с одной стороны, стремиться превратить литературу в жизнь, а, с другой, возмущаться, что автор пишет «как на самом деле было». Для оценки произведения надо задавать вопрос: «Зачем?» («Почему?»). Зачем автор сделал героя таким-то? Почему автор заставил героя совершить такой-то поступок? Оценивать художественную реальность следует по законам, которые задал сам автор. Если он их не задал, или задал неправильно, или сам не выполнил того, что сам задал, вот тогда произведение является плохим (или вовсе не является художественным произведением).
Рассказ «Сон» является средним. Средние – это те, что выцветают со временем, те, для объяснения которых через пару десятков лет следует приводить длинные пояснения. Великими становятся те писатели, которые пишут о том и так, что и через сто лет трогает души читателей.
Однако вновь вернусь в рассказу «Сон», ибо хочу показать вам еще одну характерную черту Моэма. Его сюжеты драматичны, полны внутренней борьбы и метаний его героев, и к финалу все сюжетные коллизии разрешаются. Все герои Моэма так или иначе обретают успокоение, делают определенный выбор (вся литература о выборе человека, да). И практически все произведения Моэма имеют намеренно сниженный эмоциональный финал.
«Я» выслушивает поразительное признание и… уходит через несколько минут, боясь опоздать на поезд.\\ Через несколько минут мне пришлось уйти, чтобы не опоздать на поезд. Я распрощался с моим собеседником и с того дня больше его не встречал. До сих пор не могу понять, шутил он или говорил всерьёз.\\
Такое построение характерно для Моэма, но в среднем рассказе оно и реализовано средне.
Вспомните роман «Луна и грош». В финале герой (опять «я») наносит визит к вдове Стрикленда, рассказывает о его последних днях и страшной смерти. Напряжение сцены безусловно. Не поскуплюсь на цитату.
\\Я рассказал им все, что слышал о жизни Чарлза Стрикленда на Таити. Говорить об Ате и ее сыне я счел излишним, но во всем остальном был, по мере возможности, точен. Кончил я рассказом о страшной его смерти. Минуту-другую в комнате царило молчание. Затем Роберт Стрикленд чиркнул спичкой и закурил.
- Жернова господни мелют хоть и медленно, но верно, - внушительно сказал он.
Миссис Стрикленд и миссис Роналдсон благочестиво опустили глаза долу, они явно сочли эти слова цитатой из Священного писания. Мне показалось, что и Роберт Стрикленд разделяет это заблуждение. Сам не знаю почему, я вдруг подумал о сыне Стрикленда и Аты. Мне говорили на Таити, что он веселый, приветливый юноша. Я словно воочию увидел его на шхуне, полуголым, только в коротких штанах. День у него проходит в труде, а ночью, когда шхуна легко скользит по волнам, подгоняемая попутным ветерком, матросы собираются на верхней палубе; покуда капитан с помощниками отдыхают в шезлонгах, попыхивая трубками, он неистово пляшет с другим юношей под визгливые звуки концертино. Над ним густая синева небес, звезды и, сколько глаз хватает, пустыня Тихого океана.
Цитата из Библии вертелась у меня на языке, но я попридержал его, зная, что духовные лица считают кощунством, если простые смертные забираются в их владения. Мой дядя Генри, двадцать семь лет бывший викарием в Уитстебле, в таких случаях говаривал, что дьявол всегда сумеет подыскать и обернуть в свою пользу цитату из Библии. Он еще помнил те времена, когда за шиллинг можно было купить даже не дюжину лучших устриц, а целых тринадцать штук.\\

Как вам упоминание о дяде Генри и устрицах?

Или (еще одна цитата, на этот раз из романа «Театр»). Как вы помните, Джулия после феерической премьеры отправляется в ресторан в одиночестве.

\\Джулия протянула руку к большому залу. Там притушили огни, и с ее места он еще больше напоминал подмостки, где разыгрывается представление.
"Весь мир - театр, в нем женщины, мужчины - все актеры". Но то, что я вижу через эту арку, всего-навсего иллюзия, лишь мы, артисты, реальны в этом мире. Вот в чем ответ Роджеру. Все люди - наше сырье. Мы вносим смысл в их существование. Мы берем их глупые мелкие чувства и преобразуем их в произведения искусства, мы создаем из них красоту, их жизненное назначение - быть зрителями, которые нужны нам для самовыражения. Они инструменты, на которых мы играем, а для чего нужен инструмент, если на нем некому играть?"
Эта мысль развеселила Джулию, и несколько минут она с удовольствием смаковала ее; собственный ум казался ей удивительно ясным.
"Роджер утверждает, что мы не существуем. Как раз наоборот, только мы и существуем. Они тени, мы вкладываем в них телесное содержание. Мы - символы всей этой беспорядочной, бесцельной борьбы, которая называется жизнью, а только символ реален. Говорят: игра - притворство. Это притворство и есть единственная реальность".
Так Джулия своим умом додумалась до платоновской теории "идей". Это преисполнило ее торжества. Джулия ощутила, как ее внезапно залила горячая волна симпатии к этой огромной безымянной толпе, к публике, которая существует лишь затем, чтобы дать ей возможность выразить себя. Вдали от всех, на вершине своей славы, она рассматривала кишащий у ее ног, далеко внизу, людской муравейник. У нее было удивительное чувство свободы от всех земных уз, и это наполняло ее таким экстазом, что все остальное по сравнению с ним не имело цены. Джулия ощущала себя душой, витающей в райских кущах.
К ней подошел метрдотель и спросил с учтивой улыбкой:
- Все в порядке, мисс Лэмберт?
- Все великолепно. Знаете, просто удивительно, какие разные у людей вкусы. Миссис Сиддонс обожала отбивные котлеты; я в этом на нее ни капельки не похожа, я обожаю бифштекс.\\

На этот раз не устрицы, а бифштекс, но тоже хорошо. Моэма множество раз таким способом снижал эмоциональное напряжение своих вещей. Надеюсь, вы не думаете, что он это делал для того, чтобы взбодрить заскучавшего читателя? Это, кстати, к вопросу об отличиях гэгов от иронии.
В заключение рекомендую вам обратить свои взоры к произведениям Моэма. И особенно не рекомендую не пропускать роман «Бремя страстей человеческих». Эта книга из разряда тех, которые следует перечитывать в течение жизни несколько раз, в разном возрасте и с разным опытом. Она того стоит. Да и остальные романы (рассказы, пьесы, статьи) Моэма не плохи.

Мужик Бородатый 14.05.2019 21:32 Заявить о нарушении
Восстановила А. Стрижёва, секретарь мини-конкурса

Архив Конкурсов Копирайта К2   17.07.2019 00:23   Заявить о нарушении
Рецензия на «1. Эдгар По. Морелла. Рецензии, обсуждение» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Подумалось, что если бы действительно проводился конкурс, то автор с ником «Эдгар По» и рассказом «Морелла» заработал бы больше всего оплеух. Разве что чья-то утонченная женская душа эстетски охнула бы что-то под настроение. Однако к бабке не ходи, «Морелла» получила бы последнее место.
Не то, чтобы я был против, но… Но позвольте провести для вас экскурсию по данному произведению, потому что Эдгар По – это столп, на котором зиждется вся современная литература. Среди наших «конкурсантов», по-настоящему, есть только 2 имени, которых без преувеличения и лести можно назвать столпами (не в обиду прочим, в высшей степени достойным участникам). По и Пушкин – без этих людей (умри они во младенчестве) мы жили бы в совсем другом мире. Пушкин – это вся русская поэзия (проза его более игрушечна и потому менее осознаваема), а По…
Начинаем нашу экскурсию.
Перед вами, господа, рассказ «Морелла».

Если бы вы прочли его без пиетета перед именем, которое все слышали и потому считаете достойным, критике вашей не было бы конца.
В самом деле, что за сюжет? Какой-то мужик (даже без имени) женат на какой-то Морелле (а имя ничего себе). Целыми днями супруги занимаются неизвестно чем (немцы какие-то, конгресс, разговоры, голова пухнет). Потом, ни с того ни с сего жена умирает, за мгновение до смерти родив дочь. Автор ваще что-то в медицине понимает? Папа воспитывает дочь (кстати, без имени) непонятно как, непонятно где – а где ваще приметы времени и детали узнаваемого быта? Затем папа неизвестно с какого перепуга решает дочь окрестить (дать имя). Что, называется, созрел, а чем он 10 лет занимался, спрашивается? Почему ничего не описано? Папа решил назвать дочь Мореллой, о, тут явно был умысел, но почему автор не объяснил, какой именно? С мотивацией у автора плоховато, надо бы поработать над текстом после конкурса. Назвал папа дочку Мореллой, а та возьми да и умри. Автор ваще что-то в медицине понимает? Финал в высшей степени не прописан: папа несет дочь в гроб матери, который пуст. Нет, где логика? Зачем папа понес туда дочь, если знал, что там лежит мама? А если знал, что мама не лежит, то почему понес? Нет, текст ужасен, автор, ты о чем думал, когда его принес? Ноль за сюжет, +1 за образы, эмоциональное впечатление, ладно, +2, хоть посмеялись в рецензиях. Итого, автор, иди и учись, как надо писать.
Вот так, друзья, выглядит прямодушное прочтение.

Татьяна, извините, я процитирую вас не потому, что я опять к вам придираюсь, а потому что вы единственная выразили в словах то, что многие подумали.\\ Если бы я жила 150 лет назад и была более впечатлительной натурой, возможно, мне бы такой рассказ и понравился. На сегодняшний день, думаю, он мало актуален.\\
Увы, друзья, разочарую вас. По писал свои рассказы не для того, чтобы напугать читателя ситуацией (как, например, здесь, когда папа несет внезапно умершую девочку в мрачный склеп к трупу матери, а трупа-то нет, сбежал).
Нет, рассказ этот (и другие) написаны для того, чтобы читателя потрясти. Не будем касаться темы, насколько сознательно По к этому стремился, это вопрос спорный. Для простоты постулируем: вещи По – для потрясения. Это как сильно-сильно встряхнуть человека, чтобы тот оторвался от низменного, устремил взор ввысь и содрогнулся перед величием мироздания. В котором есть все. Наверняка все из вас в определенный момент жизни (скорей всего, в юности) испытали дикий страх при мысли о бесконечности космоса? Вот рассказы По примерно об этом.

Эпиграфом к «Морелле» стоят слова Платона «Собой, только собой, в своем вечном единстве». Платон, древнегреческий философ, помимо всего прочего, знаменит своей Онтологией, представлениями об эйдосах, абсолютных сущностях, которые сохраняют свое бытие безотносительно пространства и времени. Благо души по Платону, дуализм души и тела, три части души (разумное начало, яростное начало, страстное начало) – для начала прочтите об этом в пересказе, и я стопроцентно уверен, что вы кое на что воскликните: так я же всегда так и считал! (Как мольеровский герой, вы вполне можете оказаться приверженцем идей Платона, сами того не подозревая).
В рассказе «Морелла» обыгрывается идея Платона о бессмертии души. Тело разложимо и смертно, а душа вечна. Это первый ключ к пониманию идеи рассказа «Мореллы», он не о женщине, он о вечной душе.
Согласны ли вы с этим утверждением?

Далее в рассказе говорится, что Морелла (в данном случае женщина, а не идея) была весьма начитанной особой.
\\Буйный пантеизм Фихте, видоизмененная paliggenesis [Вторичное рождение (греч.).] пифагорейцев и, главное, доктрина тождества, как ее излагал Шеллинг, - вот в чем впечатлительная Морелла обычно находила особую красоту. Тождество, называемое личным, мистер Локк, если не ошибаюсь, справедливо определяет как здравый рассудок мыслящего
существа. А так как под "личностью" мы понимаем рациональное начало, наделенное рассудком, и так как мышлению всегда сопутствует сознание, то именно они и делают нас нами самими, в отличие от всех других существ, которые мыслят. Principium individuationis, представление о личности, которая исчезает - или не исчезает - со смертью, всегда меня жгуче интересовало.\\
А вы разве не задумывались о конечности личности вообще и собственной личности в частности? Исчезаем мы со смертью или все-таки нет?
«Философия тождества» Шеллинга, понятие абсолюта как тождество противоположностей. При случае почитайте (для начала в хорошем пересказе). Абсолют есть неразличимое тождество бытия и мышления, идеального и реального. Вновь стопроцентно уверен, что каждый примерял к себе мысль: а где истинный я? Тот, который думает, пишет рассказы, стараясь выразить в них свои сокровенные мысли, идеал, или тот, который телесный, несовершенный, хочет то есть, то спать, то быт заедает и не дает возможности создать по-настоящему великое? Который из них настоящий я?

В рассказе упоминаются и другие философы, и за каждым именем стоит громаднейший пласт размышлений.
Я не призываю вас кидаться изучать всех этих немцев, потому что с непривычки голова действительно может опухнуть. Я призываю вас критически посмотреть на собственные сочинения. Вы пишете, значит, голова у вас устроена своеобразным образом, есть же люди, которым в голову не приходит марать бумагу. Вам – приходит. Вопрос: что достойно переноса, а что лучше не писать?
Так или иначе, но в каждом рассказе, даже здесь, на Проза.ру, в той или иной степени прослеживаются отзвуки неких философских теорий. Но часто, да что там, почти всегда они предъявляются миру в таком карикатурном виде, что лучше бы они вообще не было предъявлены.
Но и без них нельзя, вот в чем загвоздка! Без идеи, которая апеллирует к высшим образцам человеческого духа, произведение становится ничтожным. Еще раз: идея произведения есть ответ автора на поставленный перед собой, прежде всего, вопрос (и потом уже перед читателем): как надо (поступать, жить)? И этот ответ должен сопрягаться с вечными вопросами, которые волнуют человечество со времен Платона.

Далее хочу обратить внимание на сюжет. Разумеется, на сюжет рассказа «Морелла». Помните, что такое сюжет? Это события, связанные причинно-следственной связью, которые образуют единую, замкнутую систему. Так вот, это определение не работает для «Мореллы».
В принципе, сюжетная линия есть: папа, мама жили; мама родила дочку и умерла; папа маму похоронил; папа дочку воспитывал; дочка умерла; папа понес хоронить дочку. Нельзя сказать, что описываемые события не связаны друг с другом. Вопрос: чем связаны? Что считать связующей логикой? Потому что наша житейская <логика> тут не работает (см. разгромную рецензию выше).
Так вот, рассказ представляет собой удивительный образчик повествования, когда связи между событиями намеренно скрыты. Почему умерла мама? Почему папа держал взаперти дочь целых 10 лет? И т.д. Поэтому есть простор для выстраивания связей – в зависимости от склонности читателя. Будете ли вы трактовать рассказ с точки зрения учения о пантеизме; присовокупите ли вы сюда Шопенгауэра или Фрейда; или придумаете что-то еще, ваше личное дело. Какой бы процесс ни начался у вас в голове, он был запущен именно «Мореллой», рассказом-потрясением. «Морелла» натолкнула вас на раздумья, а уж в какую сторону они пошли, зависит от особенностей вашей личности. Эдгар По никакой ответственности за то не несет.

Думаю, что никто из нас не напишет ничего подобного. Даже уверен в этом. Но вполне возможно, что кто-то из нас способен имплантировать в свой рассказ небольшую часть, кусочек, зернышко настоящей, ценной, важной философской мысли – и это уже огромное достижение. И знаете что? Проверять свою мысль и даже в некоторых случаях (не побоюсь этого слова) копировать лучше с оригинала, нежели с копий, сделанных с копий. Имею в виду вампирские саги и бесконечных попаданцев. Проверяйте себя по По – не ошибетесь никогда.

Мужик Бородатый 30.04.2019 04:00 • Заявить о нарушении
Восстановила А. Стрижёва, секретарь мини-конкурса

Архив Конкурсов Копирайта К2   17.07.2019 00:12     Заявить о нарушении
Рецензия на «Итоги мини-конкурса Критикуй смело» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Пока рассказы не убрали со страницы, предлагаю вам обратить внимание на особенности повествования от 1-го лица. 6 рассказов представили, пожалуй, самый полный спектр возможностей такого рода повествования.
Сначала, как всегда, теоретическая справка.

В литературе разделяют понятия «писатель», «автор», «рассказчик», «главное действующее лицо».
Писатель – это реальная фигура, живой (или уже нет) человек, личность. Писатель относится к реальному миру и создает мир художественный. Анализируя произведение, невозможно отрицать фигуру писателя, он – бог, который создал ту реальность, в которую мы погружаемся. Соответственно, художественная реальность полностью (подчеркиваю: полностью) отражает внутренние установки реального человека, которого мы называем писателем. Здесь было много обсуждений установок Булгакова и По. С таким же задором можно оценивать установки любого (подчеркиваю: любого) писателя – из числа условных конкурсантов ли, из числа будущих реальных конкурсантов ли, из числа тех, чьи книги стоят у вас на полках. Оценивать произведение без учета личности писателя возможно только в случае, если мы читаем работу дебютанта (в значении: в первый раз слышим о таком человеке).

Автор – это тот образ, который создает писатель в каждом своем произведении. С годами установки всякого человека меняются, соответственно, меняется мировоззренческая основа его произведений. Классический пример – творчество Льва Толстого, который в 27 лет написал «Севастопольские рассказы», в 45 – «Анну Каренину», а к концу жизни, после идейного кризиса, принялся писать морализаторские рассказы с названиями «Вражье лепко, а божье крепко», «Где любовь, там и бог», «Упустишь огонь – не потушишь» и т.п. Лермонтов же, прожив всего 27 лет, остался при (более или менее) неизменных взглядах. Оценивать произведение без учета личности автора (а на самом деле, без внимания к тому образу, который писатель <относительно сознательно> создает в данном, конкретном, в том, что в данный момент лежит перед читателем, произведении) возможно только в том случае, если мы читаем работу дебютанта (см. выше).

Рассказчик – лицо, который ведет художественное повествование. Он может стоять «над» событиями (повествование от 3-го лица), может в них непосредственно участвовать (повествование от 1-го лица).

Главное действующее лицо – это протагонист, который является сутью литературного конфликта.

Теперь сведем все понятия вместе (или разделим их, кому как больше нравится).
По ходу развития своего творчества писатель может менять свои маски, представать перед публикой в новом образе (образе автора). Так, литературная новость последних лет. Джоан Роулинг, автор «Гарри Поттера», пробовала себя в реализме (роман «Случайная вакансия»), затем приступила к детективам (серия о Корморане Страйке). Хоть образ автора меняется со временем (вслед за изменением мировоззрения писателя, реальной личности), определенные мотивы сохраняются. Я попытался это проиллюстрировать на примере творчества Булгакова, но уверяю, подобную операцию можно провести надо всеми условными конкурсантами, включая единственного нашего с вами современника – Геймана. У каждого писателя должен быть свой стиль, слышали ведь? Попутно задам вопрос: сможете ли вы определить, где вы «писатель», где – «автор»? Не отмахивайтесь от вопроса, он вовсе не глуп. Особенно он важен для тех, кто пишет на все конкурсы, т.е. на любые темы.

Смотрите, что получается. Вы, писатель, надеваете маску автора, чтобы написать конкретное произведение. Чтобы написать, вам надо создать повествование. Стало быть, вы надеваете еще одну маску, на этот раз – рассказчика. Попутно вы решаете вопрос: будете ли вы натягивать еще одну <маску>, «я»-героя, или ограничитесь взглядом сверху (от 3-го лица). Видите, в какой зеркальный лабиринт я вас завел? По случаю побродите в нем, имея в виду собственное творчество.
Я же выхожу на поле 6 представленных рассказов.
Все написаны от 1-го лица (писатель=автор=рассказчик=главное действующее лицо), в чем разница? Разница в соотношении «рассказчика» и «действующего лица» (разница в писателях/авторах как личностях очевидна и потому не обсуждается).

Эдгар По, «Морелла». Рассказчик является безусловным действующим лицом. «Я» был женат на Морелле, Морелла умерла у него на руках, оставив ему дочь, с которой он потом сосуществовал.

Рэй Брэдбери, «Космонавт». Рассказчик является действующим лицом. «Я» живет с мамой и папой, рассказывает о взаимоотношениях в своей семье, но львиная доля повествования относится к фигуре отца. Поэтому возможна дискуссия: кто же главное действующее лицо? Такой вопрос можно отнести ко многим другим произведениям: Каррауэй рассказывает о Гэтсби, Ватсон - о Шерлоке Холмсе и т.д. Кто из них «главнее» в художественном действии? Если перечтете полемику под «Космонавтом» сейчас, с этим новым знанием, заметите, что она спровоцирована как раз этой «неясностью». Кого обсуждать, мальчика или папу? Соответственно, идет разночтение: а что, собственно, хотел сказать автор (или писатель Рэй Брэдбери)? Тут мы можем уйти еще в один лабиринт, но пока я не рекомендую отрываться от основной экскурсии.

Пушкин, «Выстрел». Рассказчик является действующим лицом. Но «безусловным» ли (как в «Морелле») или «дискуссионным» (как в «Космонавте»)? Смотрите. «Я» рассказывает о своей жизни, Сильвио рассказывает о своей, граф рассказывает о своей. Везде «я», везде индивидуальность. Но присмотритесь повнимательней, как построен рассказ. «Я»-основной рассказчик передает слово Сильвио, то есть делегирует функцию рассказчика о ситуативных событиях. Эту сцену надо рассматривать, как беседу двух персонажей, из которой удалены авторские (в данном случае, «я»-ремарки).
Не поскуплюсь на цитату.
\\Я смотрел на Сильвио с изумлением. Таковое признание совершенно смутило меня. Сильвио продолжал.
— Так точно: я не имею права подвергать себя смерти. Шесть лет тому назад я получил пощечину, и враг мой еще жив.
Любопытство мое сильно было возбуждено.
— Вы с ним не дрались? — спросил я. — Обстоятельства, верно, вас разлучили?
— Я с ним дрался, — отвечал Сильвио, — и вот памятник нашего поединка.
Сильвио встал и вынул из картона красную шапку с золотою кистью, с галуном (то, что французы называют bonnet de police ); он ее надел; она была прострелена на вершок ото лба.
— Вы знаете, — продолжал Сильвио, — что я служил в *** гусарском полку. Характер мой вам известен: я привык первенствовать, но смолоду это было во мне страстию \\
Далее идет рассказ Сильвио, в котором вполне могли быть фразы: «переспросил я», «изумился я», «не поверил я», «Сильвио вздохнул» и т.д. Они просто удалены, и создалось впечатление полной передачи роли рассказчика. Но только впечатление. На деле, никакой передачи не происходило и происходить не могло. Проверьте это утверждение на примере рассказа графа, там использован точно такой же прием. При удалении «неважных» реплик одного собеседника, реплик ситуативных, служебных, тех, что определяют положение собеседника при разговоре, его мимику, жесты и проч., разговор (беседа двоих) становится похож на монолог (речь одного). Но пусть это вас не путает. В «Выстреле» «я»-рассказчик – такое же безусловно главное действующее лицо, как и в «Морелле».

Нил Гейман, «Убийственные тайны». Два рассказчика, кто из них главное действующее лицо?
Рассказ четко распадается на 3 части: 1) «Я» рассказывает о своих приключениях в Лос-Анжелесе, «Я» знакомится с человеком на скамейке. В этом фрагменте «Я» - безусловно главный. 2) Человек на скамейке рассказывает свою историю, где он становится безусловно главным. 3) Собеседники расстаются, первый «я» отправляется в Англию.
В рассказе мы видим четкие переходы, например, по месту действия. То есть, здесь рассказ-матрешка, рассказ в рассказе. С отдельными героями, с отдельными мотивациями, с отдельными финалами. В данном случае не следует ставить вопрос: кто главнее? Вопрос для понимания произведения следует поставить так: зачем? Зачем объединены эти две истории с разными (подчеркиваю, разными) героями и финалами? И насколько они действительно разные?
В «Убийственных тайнах» использован прием матрешки, или рамки, или придумайте ему свое название, какое понравится. Такой же прием использован в оставшихся двух рассказах – «Сон» и «Я убил», но опять – разница в подходах колоссальная.

Булгаков, «Я убил». «Я»-рассказчик присутствует на дружеской вечеринке. Из всех гостей его особо занимает некто Яшвин, со «странной и косенькой улыбочкой». В определенный момент Яшвин рассказывает о своей тайне. Мы видим четкий переход. Вместе с «я» героя меняется место и время действия. Похоже на ситуацию Геймана, правда? Однако разница в том, что «я»-рассказчик Булгакова в гораздо меньшей степени автономен. Он – только интересант, его привлекает необычная фигура Яшвина, тогда как «я»-рассказчик Геймана активно действует (интрижка с подружкой, полет в Лондон). У Геймана первый «я» деятелен не менее, чем второй. У Булгакова первый «я» не такой. Он более служебен, что ли. Нужен для того, чтобы служить в полной мере посредником между автором и читателем (а как мы помним, функция фигуры рассказчика именно такая). Далее мы опять можем углубиться в лабиринт – уже новый, но опять предлагаю повременить с этим.

Моэм, «Сон». Формально рассказ построен так же, как два предыдущих. «Я» встречается со случайным собеседником, который раскрывает ему свою душу. В случае данного рассказа Моэма я бы в большей степени сравнил его с «Выстрелом». Фактически «я»-рассказ русского знакомца есть ничто иное, как затянувшийся монолог, наподобие монолога Сильвио или графа. Но обратите внимание на эффект отстранения. Сравните, как «я»-рассказчика Пушкина относится к услышанному и как – «я»-рассказчика Моэма. И не потому, что, скажем, странный русский рассказал шокирующую историю, ведь и у Пушкина идет речь об убийстве. И не потому, что собеседник неприятен (жирный, обрюзглый). Нет, разница в отношении автора, который есть маска писателя, который есть реальная личность с определенным мировоззрением.

Мужик Бородатый 12.05.2019 17:58 • Заявить о нарушении

Архив Конкурсов Копирайта К2   16.07.2019 23:27     Заявить о нарушении
Наш экскурсионный круг замкнулся. В начале мы попытались разделить понятия «писатель», «автор», «рассказчик», «главное действующее лицо», но по факту стало ясно, что деление это искусственное. На примере 6 случайно выбранных рассказов разных авторов ясно, что художественный текст – это очень сложное переплетение многих нитей. Анализируя и оценивая произведение, не следует сбрасывать со счетов жизненные установки писателя, реального человека, имеющего имя, фамилию, год рождения и, возможно, год смерти. Так же, как нельзя сбрасывать со счетов маску автора, которую данный писатель предпочел надеть для данного случая. Как художественные приемы. Как и многое-многое другое.
Смотрите, впереди конкурс. В том числе, и конкурс рецензентов. Как я понимаю, это первый опыт на данной площадке. Зачем, вообще, нужно рецензировать чужие произведения, если только вы не зарабатываете этим на жизнь? Это обязательно нужно делать, если вы – только читатель, потому что оценка чужого опыта есть проверка своего. А если вы еще и писатель (или считаете себя таковым), то вам рецензирование необходимо для определения в своем собственном писательском опыте.

Мужик Бородатый 12.05.2019 16:18 Заявить о нарушении

Восстановила А. Стрижева, секретарь конкурса

Архив Конкурсов Копирайта К2   16.07.2019 23:37   Заявить о нарушении
Рецензия на «Людмила Душкина. Охотник и заяц» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Люда, привет! Что-то я эту штуку у тебя не помню. Читала со смешанными чувствами: хотелось и ржать и плакать. Ух, как я не люблю таких... увлеченных.... и Гриб жалко бедняжку))) Сгубили, гады. И кота вот тоже. Кстати, понравилось, как ты описала жизнь бедной живности. В целом - чудная вещь, спасибо большущее)))

Марина Добрынина   19.10.2017 16:58     Заявить о нарушении
Марина, спасибо!) "ржать и плакать" - вот просто бальзам на душу - к этому и стремилась)) Тебя ещё наверное не было на К2, на том конкурсе: тогда народ, не дожидаясь результатов, пошел с шапкой собирать баллы для анонса на главной)) А Скотину многие так просто рвались усыновить)) Спасибо, Марина)

Душкина Людмила   20.10.2017 06:41   Заявить о нарушении
Рецензия на «Александр Кравченко. Сон» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Приглашаю Вас на свою страницу где представлены мои рассказы-участники Конкурса. Школы Копирайта К2.
Вот мой рассказ СОН на моей странице http://www.proza.ru/2016/06/02/931.
С уважением к бывшему руководителю, и благодарностью за учёбу. ИВА возвращайся:'(

Александр Кравченко 8   15.06.2017 20:23     Заявить о нарушении
Рецензия на «Разорванные страницы. Светлана Маслова» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Если автор цитирует в аннотации чужой дикторский текст из фильма
http://www.youtube.com/watch?v=FrXjCLKrtKQ
то пусть хотя бы кавычки ставит.

Владислав Мирзоян   20.05.2017 20:35     Заявить о нарушении
3 мин 46 сек - 4 мин 33 - прямая цитата.

Владислав Мирзоян   20.05.2017 21:14   Заявить о нарушении
Рецензия на «13. Юлия Григорьева 2. Чёртова плюха» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Замечательно!
оценка для рейтинга: понравилось
"Пожалев собаку, так переживающую из-за хозяйки, Соня, стараясь никого не разбудить, выскользнула во двор, залитый лунным светом. Под босыми ногами неприятно скрипело и шуршало, кололась влажная от росы трава. Тропинка уводила куда-то вниз, где что-то бурлило и плескалось. А Пальма стояла прямо перед Соней и глухо рычала, оскалив поблескивающие в лунном свете клыки. Снова раздался вой. Но это выла какая-то другая собака, не Пальма. А Соне было необходимо спустится по этой тропинке к реке, где её уже давно ждал плот..." Но - ошибка: не "спустится", а - спуститься. С мягким знаком. Босая Соня... А вот - босая Зоя: http://www.proza.ru/2016/09/17/2070

Принц Андромеды   19.09.2016 07:35     Заявить о нарушении
Рецензия на «Зачем К2, в котором нас читают» (Архив Конкурсов Копирайта К2)

Ой, а можно я скопирую эту статейку себе на страницу в Сборник "Пособие для начинающих авторов"?
Я собираю вот такой материал, и сама время от времени перечитываю, освежая в памяти, и своим друзьям, которые только-только делают первые пробы пера, советую почитать.
Мне бы очень хотелось, чтобы и мои произведения покритиковали читатели.
Но вот в чём проблема: мне не нужна критика простого читателя. Даже из самых лучших побуждений человек может ввести автора в заблуждение, т.к. он не является специалистом.
Я бы хотела услышать мнение компетентных людей. Это возможно?

Лариса Евсикова   24.08.2016 14:59     Заявить о нарушении