Заявление главы Узбекистана Шавката Мирзияев о том, что именно на органы внутренних дел приходится наибольшее число жалоб граждан — 148 тысяч за год — является не просто статистикой. Сами цифры не несут нагрузки, если не осмысливать масштаб и угрозы социально-политической стабильности. Это индикатор системного неблагополучия. Причём речь идёт не о частных сбоях, а о признаках институционального кризиса. Причем долгосрочного кризиса, берущего начала с конца 1980-х, когда милиция встроилась в криминальный бизнес и стала обслуживать ОПГ.
Если сравнить с другими ведомствами — энергетикой, здравоохранением, социальной сферой — становится очевидно: МВД воспринимается населением как наиболее проблемная и конфликтная структура, как орган, вызывающий отторжение и ненависть у граждан, в частности, в связи с его с обслуживанием застройщиков, ОПГ, репрессиями в отношении активистов, блогеров, журналистов, верующих. Это особенно тревожно, учитывая, что именно правоохранительные органы должны обеспечивать защиту прав и доверие к государству. Однако, уже десятки лет сотрудники МВД делают все, что бы недоверие населения сохранялось на одном уровне.
Официально озвученные проблемы — грубое обращение сотрудников и неудовлетворительное качество следствия — выглядят как поверхностные симптомы. Ведь на "глубине" скрыты такие явления как хищения, вымогательство, пытки, унижения человеческого достоинства, чванство, презрение к простым гражданам, непотизм - целый набор "прелестей", взятых еще с времен сталинского ГУЛАГа и ежовского НКВД. На практике они часто являются следствием более глубоких деформаций:
- Деградация профессиональной культуры — когда служебная этика подменяется формализмом или силовым подходом;
- Отсутствие реальной ответственности — жалобы есть, но системные последствия для виновных ограничены, а порой и отсутствуют;
- Разрыв между населением и институтами власти — люди не доверяют тем, кто должен их защищать, потому что на любом уровне сталкиваются с хамством и вымогательством.
Такие явления редко возникают сами по себе. Они формируются в среде, где искажены стимулы и отсутствует прозрачность. А МВД никогда не было транспарентным для общества.
Хотя в заявлении Мирзияева напрямую не говорится о коррупции, логика развития подобных систем указывает на её высокую вероятность как структурной проблемы. Когда жалобы носят массовый характер, качество работы признаётся неудовлетворительным на высшем уровне, требуются экстренные кадровые перестановки — это часто означает, что внутри системы укоренились практики, подрывающие её эффективность.
К таким практикам могут относиться:
- Взятки как неформальный механизм решения вопросов;
- Кумовство при назначениях, снижающее уровень профессионализма;
- Клановость, формирующая закрытые группы влияния;
- Хищения ресурсов, ослабляющие материальную базу системы.
Когда подобные явления становятся регулярными, они перестают быть отклонением — и превращаются в «норму», то есть в хроническую институциональную болезнь.
Да, после критического совещания произошли назначения и увольнения. Это типичная реакция на кризис — обновление персонала. Однако история многих стран показывает: без изменения правил игры кадровые перестановки дают лишь временный эффект. То есть новые назначенцы вступают в старые правила игры, и начинается новый виток коррупции и злоупотреблений. Система или ломает кадры, или подстраивает их под себя. МВД периода Третьего Ренессанса (Ш.Мирзияева) мало чем отличается от периода Великого будущего (И.Каримова): тот же контроль за экономикой и репрессии в отношении инакомыслящих.
Если система поощряет лояльность выше компетентности, а контроль остаётся формальным, новые кадры со временем воспроизводят те же практики. Увы, за 10 лет т.н. реформ второго президента существенных изменений в силовых структурах видеть не приходится. МВД и его структуры (колонии, СИЗО. госзаказ, назначения, награждения и т.д.) остаются вне общественного контроля и непубличны.
Отдельного внимания заслуживает поручение президента посетить конкретные регионы — Денаус, Ургут, Самарканд, Фергану и другие. Это указывает на концентрацию проблем в определённых точках. Хотя это всего лишь ярко проявленные симптомы, в реальности прогнила вся система МВД, внезависимости от географических точек. В Ташкенте берут взяток не меньше, чем в Гулистане или Термезе, просто объемы другие.
Но здесь возникает ключевой вопрос: это локальные сбои или проявление общенациональной модели? Если жалобы распределены неравномерно, но по одинаковым причинам — это признак системного дефекта, а не региональной специфики, и с этим невозможно не согласится. МВД носит репрессивный, карательный характер, хотя всегда провозглашалась идея - ПРАВООХРАНИТЕЛЬНАЯ миссия. Но на охране прав и свобод невозможны коррупция и отступные, нелегальный бизнес и откаты. Система не может подрубать себе "ноги". К примеру, в закон подводится явно коррупционные формы работы: так от 10% до 100% конфискованные ресурсов идет в бюджет МВД, то есть работа не по защите прав и свобод, а по выдавливанию ресурсов у граждан - вот цели современных сотрудников МВД. Отсбюда отжимы квартир, вымогательства на дорогах, бизнес вертухаев, крышивание проституток и валютчиков, дружба с мафией.
Предложение Ш.Мирзияева повысить квалификацию участковых и следователей — шаг в правильном направлении. Однако он эффективен только при наличии трёх условий:
- Реальной подотчётности сотрудников;
- Прозрачных механизмов контроля;
- Независимости от внутренних кланов и связей.
Без этого обучение превращается в формальность, не влияющую на поведение. Но увы, закрытая система подбора и расстановки кадров делает эту миссиию неисполнимой. Ситуация, описанная в статье, указывает не просто на недостатки в работе МВД, а на признаки более глубокой институциональной эрозии. Массовые жалобы, признание проблем на высшем уровне, кадровые чистки и необходимость «повышать культуру общения» — всё это элементы одной картины.
Если такие явления сохраняются длительное время, они действительно могут превратиться в хроническую «болезнь» системы — где коррупция, кумовство и низкая ответственность становятся не исключением, а правилом. Ведь постоянные снятия с должностей высших чинов МВД в обвинениях в коррупции, хищениях, увольнения в связи с некомпетентностью или бездействием, тому свидетельство. Главный вызов здесь — не в том, чтобы исправить отдельные ошибки, а в том, чтобы изменить саму логику функционирования системы. Без этого любые реформы рискуют остаться косметическими. Но, похоже, вреимя здесь остановилось, и в ближайшие годы трудно ожидать изменений в силовом блоке государства.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
