Формы рабства.Господство и подчинение - определяющие форма взаимодействия в обществе. Вся свобода, которая у тебя есть - это только выбирать вариации. Одновременно в один и тот же момент ты можешь и подчинять и господствовать. Например, на работе начальство приказывает выполнять поручения - в этом случае ты раб, но, когда ты делаешь покупку в магазине и приказываешь достать тот или иной товар - ты господин. Хотя это эфемерно. Попробуй не подчиниться на работе и будут неприятности, а продавщица может нагрубить. Созданная колония: Марксистское правительство недавней колонии приняло общину с распростертыми объятьями — их приезд был выгоден и с финансовой, и с политической точек зрения. В дела коммуны власти не вмешивались, и Джонс получил уникальную возможность создать собственное маленькое государство. Колония получила название Джонстаун. Жили в Джонстауне так. Мужья отдельно от жен, дети отдельно от родителей. Рядовые члены с утра до вечера работали на полях, выращивая «экологически чистый» урожай, а по ночам Джонс произносил перед ними многочасовые проповеди. Информация из внешнего мира тщательно фильтровалась, и до паствы доходили лишь сведения о том, что Америка катится в пропасть, что ядерная война неумолимо приближается, что вся остальная часть человечества озабочена лишь одним — как бы извести джонстаунских счастливцев. Для подавления недовольства и инакомыслия преподобный завел вооруженную до зубов охрану. Эти сто головорезов могли как угодно глумиться над паствой. Избиения, пытки и сексуальное насилие были в порядке вещей. Про интоксикацию литературой. Зависимость от печатного текста - тоже своего рода рабство. Естественно, что мы зависим не от самих буквенных знаков, а от симфонии зрительно-звуковых галлюцинаций, которую они порождают. Название болезни не графомания - нет. Графомания - это тяга постоянно выплескивать на экран внутренние переживания. А тут речь о библиофилии - к слову, ею страдал виртуоз графического рисунка Обри Бёрдслей - (его опыты в прозаическом искусстве скорее напоминают умело продуманные в каждой детали, эстетически напыщенные картины, нежели действа) - страсти к прочтению как можно большего количества книг, причем в отдельно взятом направлении. Я, как библиофил, например, если чувствую, что стиль произведения отличается плоскостью, скудностью и бедностью словарного запаса, негармоничной структурой построения предложений, либо чрезмерно витиеват, теряет изначальную осмысленность и направленность, не целостен и, самое главное, не пробуждает интереса (самый загадочный на мой взгляд элемент литературного произведения), проще говоря, если я чувствую, что это растиражированная, безвкусная желтуха, порнуха, обладающая эстетической ценностью не более, чем кусок туалетной бумаги, - я бросаю чтение, несмотря на похвалы критиков и прочие рекомендации. Эстетическое чувство не должно терпеть никакого насилия; усидчивость - да, необходимо, но не насилие. В таком роде человек приходит к сильной зависимости от печатного текста, которая, в отличие от библиофилии ( греческий корень -фил- - обозначает любовь к чему-то), носит название библиомании (мания - навязчивое состояние, полностью завладевающее больным). Периодами эту зависимость можно одолеть, ее затмевают впечатления внешнего мира, но затем неизменно следует фаза литературного запоя - печатный текст манит, список не испробованных авторов навязчиво маячит перед глазами. Человек срывается, отгораживается от внешнего мира и начинает усиленно, маниакально читать. В отличие о других наркотиков, этот активно навязывается и пропагандируется обществом, как высшее благо; как будто люди за минувшие столетия не осознали, какой тотальный вред может быть сконцентрирован на острие пера. Пером подготавливались революции, пером уничтожались миллионы; зверства, безумия, войны и эпидемии - все это ужасные детища пера, желания оставить след, какой разрушительный бы он ни был. О, Скрижали Завета, владеете вы силой и властью, превосходящей Золотого Тельца! Воистину, человек может одолеть все виды телесных зависимостей, но наркоманию души - никогда. © Copyright: Юлия Вересковская, 2010.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
