Памятые даты и лица. ЛабрюйерЛабрюйер (1645-1696) родился в состоятельной дворянской семье в Париже. Благодаря происхождению и хорошему образованию он был вхож в высшие аристократические круги и стал воспитателем внука Конде, юного герцога Бурбонского. Жизнь среди придворного блеска давала возможность наблюдать развитие человеческих страстей, возбуждаемых интригами, честолюбием, погоней за земными благами, близостью к великим мира сего. Свои наблюдения он предложил едва ли не ради шутки издателю, и в 1688 году вышла его единственная книга – "Характеры, или Нравы нынешнего века", которая многократно была переиздана во Франции и почти сразу же переведена на основные европейск "Чтение 'Характеров' заставляет НЕКОТОРЫЕ ЦИТАТЫ *) Свобода — это не праздность, а возможность свободно располагать своим временем и выбирать себе род занятий. *) Если бедность — мать преступлений, то недалекий ум — их отец. *) Трудно сказать, чего больше заслуживает нерешительность — жалости или презрения, и неизвестно, что опаснее — принять ошибочное решение или не принимать никакого. *) Жизнь коротка и безотрадна: она вся уходит на ожидание. Мы откладываем отдых и радости на будущее, часто на то время, когда уже утрачиваем лучшее, что имеем, — здоровье и молодость. Это время наконец наступает, но и тогда мы не перестаем ждать исполнения наших желаний; мы ждем и тогда, когда приходит недуг, сводящий нас в могилу. Если бы даже нам удалось исцелиться, мы снова принялись бы ждать. *) Жизнь — трагедия для того, кто чувствует, и комедия для того, кто мыслит. *) Набор эпитетов -- плохая похвала: факты хвалят человека, а не манера их рассказывать. *) Между всеми различными выражениями, которыми можно передать ту или другую из наших мыслей, есть только одно хорошее. Не всегда находишь его, когда говоришь или пишешь, но несомненно, однакож, что оно существует, что всякое другое выражение слабо и не удовлетворяет умного человека, желающего быть понятым. *) Философ проводит жизнь в наблюдениях над людьми, употребляя свои способности на то, чтобы распознавать их порочные и смешные стороны. Если он дает тот или другой оборот своим мыслям, то он делает это не столько из авторского тщеславия, сколько для того, чтобы выразить найденную им истину с полной ясностью, которая необходима для произведения впечатления, согласного с его намерениями. Тем не менее некоторые читатели воображают, что они с лихвой вознаграждают его, если говорят важным тоном, что они прочли его книгу и что она умна *) Автор напрасно старается возбудить удивление своим произведением. Глупцы удивляются иногда, но ведь они -- глупцы. Умные же люди носят в себе зародыши всех истин и всех чувств, и потому для них ничто не ново; они мало удивляются, они одобряют. *) Есть умы, если можно так выразиться, низшие и подчиненные. Они, кажется, только для того и созданы, чтобы быть сборниками, реестрами, складами всех произведений гениев. Они -- плагиаторы, переводчики, компиляторы; они не мыслят, но сообщают то, что другие мыслили, а так как выбор чужих мыслей требует работы собственной мысли, то они дурно и неправильно делают его: они склонны скорее к передаче многих вещей, чем превосходных *) Критика -- далеко не всегда произведение таланта: она сводится обыкновенно к ремеслу, в котором нужно больше здоровья, чем ума, больше труда, чем способности, больше привычки, чем дарования. Если же критикует человек, у которого больше начитанности, чем рассудительности, тогда такая критика вредит и писателю и читателю *) Не должно выставлять смешным то, в чем нет ничего смешного: это ведет к порче вкуса, к извращению и своего суждения и суждения других. Но если в чем-либо действительно есть смешное, его следует выставлять, щадя людей, так, чтобы это и нравилось и поучало. *) "Гораций или Депрео сказал это раньше вас". Верю вам на слово, но я сказал это по-своему. Разве я не могу думать после них о том, что истинно и о чем еще многие будут думать после меня? *) Если счастье быть человеком знатного происхождения, то не меньшее счастье быть и таким, о котором не осведомляются, знатного ли он происхождения. *) Опыт показывает, что слабость или снисходительность к себе и строгость к другим -- в сущности один и тот же порок. *) Самые сильные желания наши не исполняются, а если и исполняются, то не в то время и не при тех обстоятельствах, когда достижение желаемого доставило бы наибольшее удовольствие. © Copyright: Владимир Дмитриевич Соколов, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
