В самом сердце Нового Ташкента, среди небоскрёбов, банковских башен, министерских дворцов и университетских кампусов, возвышается грандиозный Пантеон Святой Саиды Шавкатовны. Новый Ташкент — витрина XXI века, город, в который закачивают десятки миллиардов долларов, где электромобили бесшумно скользят по широким проспектам, биржи торгуют будущим, банки считают чужие деньги, а архитекторы соревнуются в высоте зданий. Здесь всё говорит о прогрессе, модернизации и наступлении новой эпохи. И только Пантеон напоминает, что даже в самом технологичном обществе XXI века человеку порой необходима древняя вера — особенно если он хочет получить нечто такое, чего не удаётся добиться обычным путём.
Сам Пантеон представляет собой сооружение невиданной роскоши. В центре — огромный купол, покрытый золотистыми пластинами, которые отражают солнце так ослепительно, что прохожие невольно щурятся, а налоговые инспекторы предпочитают смотреть в другую сторону. Вокруг купола возвышаются двенадцать мраморных колонн — по числу месяцев, в течение которых чиновник может ждать решения по своему вопросу, если не знает правильного адреса. На фасаде высечены слова: «Справедливость, процветание, Третий Ренессанс». Ниже, мелким шрифтом, предусмотрительно добавлено: «Исполнение желаний не гарантируется без соответствующих заслуг и близости к небесной канцелярии».
Внутри, под хрустальными люстрами и фресками, изображающими процветающий Узбекистан, восседает Святая Саида — в образе небесной покровительницы административных возможностей, стратегических активов и удачно складывающихся карьер. Её мраморный лик исполнен спокойствия, а правая рука простёрта над миниатюрной картой страны. На карте особенно ярко подсвечены экономические кластеры, крупные государственные предприятия, перспективные земельные участки и прочие места, где обычный человек видит хозяйственные трудности, а посвящённый — инвестиционные возможности.
Перед статуей стоит золотой алтарь. На нём лежат не свечи и молитвенники, а папки с бизнес-планами, заявления на должности, проекты постановлений, брачные фотографии, визитки зарубежных инвесторов и банковские реквизиты. Вместо колокольного звона здесь раздаётся тихий шелест документов, а вместо ладана витает аромат дорогой кожи, свежей типографской краски и денег, которые ещё не успели попасть в декларацию.
Паломничество начинается с раннего утра. Люди приезжают из всех областей Узбекистана, а некоторые, говорят, добираются даже из-за рубежа. Одни несут подношения, другие — запечатанные конверты, третьи — толстые папки с проектами. Каждый знает: просить можно о чём угодно, но желательно формулировать желание на языке инвестиций, стратегического партнёрства и государственного развития.
У правой колонны преклоняет колени почтенный предприниматель в дорогом костюме.
— О Великая Саида Шавкатовна! — шепчет он, касаясь лбом полированного мрамора. — Устрой так, чтобы мой зять Насрулла наконец инвестировал в мой семейный бизнес. А то человек при деньгах, а ведёт себя так, будто они принадлежат ему. Моё дело — хлопковый кластер. Я ведь не для себя стараюсь, а для национальной экономики. Пусть только немного поможет семье, а там и ВВП подрастёт.
Он кладёт на алтарь макет хлопкоочистительного завода, обрамлённый позолоченной рамкой, и отходит с выражением человека, который только что совершил патриотический поступок.
Следом подходит владелец земельных участков.
— О Богиня наша, Святая Саида! Пошли в наш район мудрого хокима, который направит ресурсы на развитие подземного метро. И пусть станцию откроют прямо во дворе моего дома. Я ведь не ради выгоды прошу — исключительно ради удобства населения. А если население захочет пройти через мой двор, я организую небольшой пункт обслуживания. Символическая плата за проход, охрана, турникеты… Всё ради комфорта граждан!
Святая Саида молчит. Но паломник воспринимает молчание как знак благосклонности: в небесной канцелярии, как известно, не принято давать письменные гарантии до завершения согласований.
Чуть поодаль стоит почтенная дама с дорогой сумкой и молитвенно сложенными руками.
— Бисмилля рахмон рахим, наша Саида! Уповаю на тебя, небесная царица. Сделай так, чтобы муж вернул семейные деньги из офшора и наконец передал их нашим детям. Сын мой Ибадулла мечтает о «Порше», дочери Мафтуне необходима поездка в Америку — исключительно для расширения кругозора, — а внук Зиё должен поступить в престижную ташкентскую школу № 17 имени Ислама Каримова. Он у нас способный мальчик, просто ему нужна правильная образовательная среда, где его способности оценят по достоинству.
Она кладёт к подножию статуи бархатную подушечку с драгоценностями и добавляет:
— Конечно, мы понимаем важность равных возможностей. Но ведь равные возможности не означают, что у всех должны быть одинаковые условия.
В левой части Пантеона собираются паломники попроще. Здесь меньше золота, зато больше искренности и бытовых забот. Правда, и здесь мечты быстро приобретают вполне узнаваемый национальный масштаб.
Пожилая женщина, едва сдерживая слёзы, поднимает руки к небесам:
— О любимая наша Саида Мирзияева! Прости, что отвлекаю тебя от великих дел в Эдеме. Знаем, что забот у тебя много, но взгляни хотя бы на нашу махаллю. Проведи, пожалуйста, канализацию. Махалком давно куда-то дел деньги, а мы до сих пор справляем нужду на улице. Мы не просим небоскрёбов, не просим инвестиционных фондов. Нам бы трубы, колодцы и чтобы зимой не замерзало.
На мгновение в Пантеоне воцаряется неловкая тишина. Канализация — тема слишком земная для столь возвышенного места. Но служитель алтаря терпеливо объясняет женщине, что её обращение будет направлено в соответствующий департамент небесной инфраструктуры. Там ему присвоят номер, рассмотрят в порядке очереди и, при благоприятном расположении административных звёзд, включат в программу будущего благоустройства.
Женщина уходит утешенная. Ей сообщили, что вопрос находится на контроле.
Следующий паломник — солидный мужчина с золотыми часами — просит о более возвышенном.
— Дорогая Саида Шавкатовна! Благослови союз моего рода с семьёй Камила Алламжонова. Пусть его внук женится на моей дочери Зибениссо, выплатит достойный калым, чтобы хватило мне на «Мерседес», жене — на новый дом на Ц-1, а остаток можно было направить на инвестиции в Эмираты. Ведь семейные узы — основа общества, а зарубежные инвестиции — основа современной экономики. Одно другому не противоречит, если правильно оформить документы.
Он низко кланяется и добавляет, что в случае успеха готов пожертвовать Пантеону небольшую статую из чистого золота. Не такую большую, как главная, разумеется, — он всё-таки человек скромный.
За ним появляется молодой человек с дипломом зарубежного университета и папкой рекомендаций.
— Милая Саида Шавкатовна, помоги моему сыну отправиться в Вашингтон. Пусть он станет послом, как, по моему разумению, достойные люди становятся посланниками государства. Ведь если талантливые молодые люди будут представлять Узбекистан за рубежом, это укрепит международные связи и повысит авторитет страны. А если мой сын окажется там, тем лучше: он с детства интересуется дипломатией, особенно той её частью, где предусмотрены хорошая резиденция, достойная зарплата и возможность посещать международные конференции.
Он тоже оставляет подношение. В Пантеоне никто не уточняет, почему дипломатические таланты столь часто обнаруживаются в семьях, уже имеющих доступ к административным возможностям.
И поток людей не иссякает.
С каждым годом растёт ВВП Узбекистана, увеличивается число современных зданий, расширяются магистрали, появляются новые университеты и технологические парки. Вместе с экономикой растёт и паломнический поток. Чем больше в стране денег, тем больше желающих получить благословение на их распределение. Чем шире инвестиционные возможности, тем настойчивее просьбы о том, чтобы инвестиции случайно не прошли мимо нужного семейного круга.
Постепенно перед Пантеоном складывается особая экономика надежды. Здесь существуют собственные категории паломников: просители государственных контрактов, искатели должностей, претенденты на земельные участки, родственники будущих инвесторов, кандидаты на зарубежные назначения и люди, мечтающие о простой канализации. Для каждой категории предусмотрен отдельный вход. Богатые проходят через бронзовые двери с позолотой, влиятельные — через боковой коридор без очереди, а обычные граждане ожидают на площади, где установлен большой электронный экран с надписью: «Ваше обращение очень важно для нас».
Раз в год у подножия Пантеона проводится торжественная церемония подведения итогов. На площади собираются чиновники, предприниматели, представители университетов и общественных организаций. На огромном экране демонстрируются показатели экономического роста, объёмы инвестиций, количество построенных зданий и километры новых дорог. Затем ведущий объявляет число исполненных желаний.
— За прошедший год, — торжественно произносит он, — благодаря мудрости и дальновидности небесной покровительницы удалось значительно расширить возможности для развития бизнеса, укрепить международные связи и повысить эффективность административных процессов.
Толпа аплодирует. В первом ряду улыбаются люди, чьи желания уже сбылись. В дальнем конце площади стоит та самая женщина из махалли. Она пришла узнать, когда же проведут канализацию. Ей сообщают, что её вопрос включён в долгосрочную программу модернизации городской инфраструктуры. Женщина смотрит на золотой купол, вздыхает и уходит домой — по дороге, на которой всё ещё нет нормального водоотведения.
Но в Пантеоне уверены: справедливость требует времени, а великие преобразования не терпят суеты.
Над входом тем временем зажигается новая надпись: «Третий Ренессанс — эпоха равных возможностей». Под ней, чуть ниже, установлена табличка для посвящённых: «Равные возможности предоставляются в соответствии с индивидуальными обстоятельствами».
Именно здесь, по преданию, каждый вечер появляется дух первого президента Ислама Каримова. Он молча обходит колонны, внимательно осматривает золотой алтарь, затем останавливается перед картой страны. Говорят, он узнаёт в происходящем знакомые очертания прежней системы: изменились фасады, выросли небоскрёбы, появились электромобили и новые лозунги, но древняя привычка отделять государственные интересы от семейных по-прежнему чувствует себя превосходно.
Дух ничего не говорит. Возможно, ему просто нечего добавить.
А паломники продолжают прибывать со всех концов света. Они верят, что только здесь их услышат, только здесь мечты обретают административную силу, а просьба, произнесённая в правильном месте и в правильной компании, способна превратиться в инвестиционный проект, государственную должность или перспективный зарубежный актив.
И если кто-нибудь спросит, почему в стране, провозгласившей модернизацию и справедливость, столь многое зависит от близости к определённому кругу людей, ему непременно объяснят, что он неправильно понимает современное государственное управление.
Ведь это не привилегии. Это не семейные преимущества. Это не особый доступ к ресурсам.
Это просто Третий Ренессанс.
А Пантеон Святой Саиды — всего лишь его духовный центр, где каждый может помолиться о равенстве, процветании и справедливости. Особенно если у него есть знакомый, который знает, через какую дверь входить.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
